Мальчик Киттон и Коллекционер Ярлыков

      Я бегу по лесу. Лучи закатного солнца пробиваются сквозь зелёную листву высоких деревьев. Они слепят меня, но мой бег ни на минуту не замедляется. От одного дерева к другому. Один склон за другим. Словно как маленькое приключение. Я бегу, никто не сможет догнать меня. Ветер в волосах и фантазия. Иногда я встречаю препятствия, например, как: огромное поваленное дерево, внезапные выпирающие корни или камни. Да, пару раз я упал и слегка ударил коленки, испачкал штаны с ладонями, но это меня не останавливало. Ведь сейчас меня волновало моё маленькое «путешествие».      Два дня назад мы с родителями и другими родственниками устроили семейный поход. Кузины, кузены, дяди и тёти. Все собрались на одной поляне в лесу. У всех были свои палатки, вкусная еда, страшные и удивительные истории. Кто-то любил ходить за дровами, кто-то рыбачил, некоторые просто бродили по лесу и болтали. Я больше всего люблю бег в таких местах. Будто бежишь от чего-то неизведанного и такого таинственного. Мне восемь, чего ещё мне хотеть? Я желаю только приключений и только.      И вот новая жизнь. Новая история с новыми приключениями. Разве не прелестно? Позвольте вновь представиться, моё имя Децимус Дэйм, я генерал-лейтенант и один из Великих Теоретиков. В прошлый раз я представил вашему чувственному вниманию пять из историй о мирах тайных, сокрытых от обычного взора человека. Но я отличаюсь от обычных. Таких как я, единицы. Возможно, вы вспомните одну из нас, я представил её в самом начале нашего с вами пути. Имя ей Тоби Кин. Но суть сейчас не о нас, нет, рассказ повествует о нём, о мальчишке, бежавшему по лесу.      Быстрее. Ещё. Словно быть единым с ветром. Бежать на ровне с потоком воздуха. Ноги уже болят, а лёгкие обжигает от долгого бега. Но разве ж я остановлюсь? Конечно нет! Меня невозможно остановить! Только так я могу чувствовать себя по-настоящему свободным! Как птица в полёте. Разве иметь крылья не было бы прекрасно? Только вот иногда я несусь без задней мысли и случается что-то глупое и обычно, в конечном итоге, я остаюсь с синяками и ссадинами.      В принципе, так и произошло. Мысли запутали от переизбытка чистого горного воздуха и фантазий, ноги сразу же нашли свой камень преткновения, буквально. Я скатился по склону. Сначала я почувствовал боль в плече, потом спина с копчиком, рука и колени. Всё болело от резкого падения кубарем, а одежда абсолютно не в пригодном состоянии. Светлые джинсы теперь были полностью испачканы в траве, земле и порваны в некоторых местах. Оранжевый джемпер с молнией спас белую футболку от грязи, хотя саму кофту это не спасло конечно. Вся спина испачкана! И что же я скажу маме? Она ведь говорила мне не бегать. Пообещала ведь наказать если испачкаюсь сильнее обычного. И за эту грязь она меня точно убьёт!      Я обернулся. Посмотрел с какого склона мне пришлось слететь. Да, было больно, и больно до сих пор, но всё же это невероятно круто! Чувствую себя каким-нибудь героем из фильмов или комиксов. Бесстрашным и всесильным! Буду рассказывать одноклассникам, как я упал с высоченного утёса и вообще ни разу не поранился! Ну, почти. Хотя, они наверняка мне не поверят. Все точно начнут завидовать. И вообще, даже если они мне не поверят, я им покажу свои боевые раны, да! — Сколько радости в одном падении...      — Что за?!.. Кто здесь? – Мальчишка буквально подпрыгнул на месте, вцепившись в свой джемпер.      — Я здесь. – Раздался голос из-за спины. Мальчишка резко обернулся что аж голова закружилась, но там никого не было. Ни за деревьями, ни за кустами. – А теперь внезапно здесь.      Мальчишка крутился из стороны в сторону. Следовал за голосом как под гипнозом. Но как бы он не старался, как бы быстро не оборачивался, он просто мог разглядеть то, что зовёт его. Этот голос. В какой-то момент парнишка даже подумал, что всё это ему лишь чудится. «Может головой сильно ударился? Или это всего лишь сон?» Однако, о чём бы он не думал, вся ситуация была в разы сложнее. Конечно, ему ведь всего восемь лет, как он мог понимать, что происходит. Итак, аlea est jacta* (жребий брошен). Когда парень стал по-настоящему ощущать приближение страха, он стал отступать. Один маленький шажок за другим. Постепенно и медленно. Только чувство страха заставило мальчишку забыть о том чувстве свободы и «героическом» падении.      — Сбегаешь? Как трусливо. Я-то думал ты хочешь веселья. – Ехидный голос вновь раздался в округе. Пожалуй, из-за всего происходящего, парень подумал, что это лишь голоса в его взбалмошном воображении и только. – Да прекрати уже наконец! Вот он – я.      Как-то мальчишка понял, осознал наконец откуда раздались эти слова. Он сразу же всмотрелся в кусты и за деревья, в зелёную чащу. Пацан слышал ветер, гуляющий в листве, голоса семьи где-то вдалеке и неизвестное ему шуршание сверху. Резко подняв свой взгляд карих глаз, парнишка увидел его.      Сидел там, на тонкой ветке человек. Мужчина, явно сильный и высокий. И всё-таки такая тонкая ветка удерживала его вес. Незнакомец улыбался и наблюдал за мной. Я был ошарашен. Что же это такое? Как он это делает? Кто он? Столько вопросов у меня никогда не было. А тут всего один человек и уже вон как голова забита. В мгновение человек спрыгнул с ветки и встал передо мной, всего в трёх шагах. Как я заметил, он высокий и плечи широкие. Значит точно очень сильный!       — Как тебя зовут, мальчик?       — Родители не разрешают мне болтать с незнакомцами.       — Это правильно. Но я ведь не незнакомец.       — А кто вы тогда? Я вас никогда не видел. Вы друг мамы и папы?       — Ха-ха-ха. – Звонкий голос распространился вокруг мальчика, как колыбель. – Нет, я не друг твоих родителей. Но я могу стать другом тебе и тогда я уже не буду незнакомцем, так?       — И как же ты станешь моим другом? Я даже твоего имени не знаю, а ты моего. – Мальчик говорил более уверенно, словно считал стоявшего перед ним взрослого глупцом, который задаёт очевидные вопросы.       — Ну тогда, мне следует представиться. Меня зовут – «Таг». Будем знакомы...       — Я Киттон, но родители и друзья в школе зовут просто «Кит» и кстати, мне хоть и восемь, но я не дурак. Твоё имя очевидно не настоящее.       — Правда? С чего ты так решил?       — Просто оно тебе совершенно не подходит.       Что ж, мальчишка был в чём-то определённо прав. Мужчина перед ним выглядел совершенно невозможно и одновременно с этим, приземлённо. Он высокий и, очевидно, атлет. Чёрные джинсы; кроссовки глубокого тёмно-синего цвета, почти-что космического; серебряная цепь, закреплённая за ремень и тянущаяся к заднему карману, а также заправленная рубашка, самая классическая, которая только может быть. Под ней виднелась чёрная тонкая водолазка, которая слегка покрывала горло.       На кистях незнакомца были нарисованы странные символы, схемы. Все татуировки имели закономерность в виде окружностей и треугольников, а также неизвестных мальчику символов, букв. Так же, почти на каждом пальце было кольцо, а то и два, с разными драгоценными камнями, из разного металла. А тонкие серебряные браслеты были увешаны маленькими несуразными брелками и формами. Конечно, «Таг» казался мальчишке странным и по совместительству с этим – волшебным. Кит любит ходить с родителями на выступления магов и иллюзионистов. Каждый трюк казался реальным, они казались реальными и все они выглядели одинаково. Одинаково странно. Как безумный шляпник в истории про Алису.       У «Тага» утончённые черты лица. Как у человека, имеющего по истине потрясающую генетику. Описать его просто: белая кожа, как мрамор; бордовые губы; прямой нос; длинные ресницы с самыми голубыми глазами какие только видел мир и конечно тёмные как воронье крыло локоны. Волосы незнакомца были небрежно заглажены назад, ложась на шею. Вроде подобная причёска называется маллет. А эта некая неряшливость придавала мужчине вид человека, которому можно с лёгкостью в сердце доверится. Возможно, на более зрелых людей это бы и не сработало, но маленький мальчик совсем иное дело. Киттон может и делал вид недоверчивого, осторожного мальчика, но на самом деле в какой-то мере, он восхищался незнакомцем и его внешним видом.       — Но ты можешь ко мне обращаться именно так. Настоящие имена — это слишком большая роскошь. И не следует говорить мне своё имя.       — Но я уже его сказал.       — Нет, законы действуют иначе. Только при полном произношении твоё имя войдёт в силу действия закона. Так всё работает.       — Я тебя не понимаю. Ты слишком странный. Говоришь какую-то ерунду.       — Правда? Тогда может я покажу тебе то, что изменит твоё мнение?       — Что такого ты можешь сказать? – Мальчик заинтересовался. Он непроизвольно подошёл ближе к «Тагу» и внимательно посмотрел на то, что незнакомый мужчина доставал из кармана. То оказалось золотое кольцо и толстая белая нить.       — Это поможет тебе увидеть нечто удивительное. Такое, что даже во снах или фантазиях кажется поразительным. – «Таг» просунул нитку через кольцо и аккуратно обойдя мальчишку, повесил на его шею самодельную «цепочку» с золотым кольцом. – А теперь, пойдём со мной.       — Но там мои родители.       — Не бойся, они и не заметят, что ты ушёл. Мы вернёмся через пару минут. Точнее для них это будет пара минут. Для нас же, часы великого приключения.       — Приключение? Ладно. – С воодушевление сказал парнишка. – Какое оно будет?       — Я не могу знать всего, ведь на то это и приключение. Могу с полной уверенностью сказать только то, что будет весело. Мы с тобой будем героями этой сказки.       — Правда? Тогда...тогда я согласен. Хочу приключения. Хочу повеселиться!       После слов юного Киттона на лице «Тага» появилась улыбка. Лучезарная и такая заразительная, что парнишка и сам поддался этому чувству радости и веселья. «Таг» подошёл к ближайшему толстому дереву. Он прикоснулся к нему рукой, закрыл глаза и древо будто подчиняясь стало выкручиваться в нечто напоминающее арку. Треск сухого дуба был столь громок и душераздирающим, что всё нутро мальчика сжалось на мгновение. Теперь спереди был лишь внушительный арочный проход, созданный прямо из ствола древа. Сквозь него виден был лишь лес, уже знакомый и обыденный.      Кит непонимающе посмотрел на своего нового друга, напарника по приключениям, ведь там, впереди, ничего не было. Лишь лес, по которому мальчишка совсем недавно бежал без задней мысли. «Таг» абсолютно точно понял мысли Киттона, он не понимал и был растерян. «Таг» уверенно подошёл ближе к могучему дубу и безмолвно, взглядом он подозвал к себе мальчишку. Вместе они ступили в неизвестность, созданную странником. Шаг за грань. В одну секунду пространство скрутилось в спираль, наподобие «золотого сечения». Голова мальчика закружилась, ещё бы немного и он бы потерял равновесие. «Таг» среагировал быстро и подхватив парнишку за руку придержал его, чтобы тот не упал.      Как только пространство нормализовалось, а чувство тошноты отступило, Кит лицезрел самый диковинный, восхитительный пейзаж. Парнишка, совсем юный ещё, уже не мог поверить своим глазам, не мог поверить в то, что подобный вид может существовать в нашем мире. Красочные леса, скалы и водопады, которые даже со столь дальнего расстояния, казались неимоверно огромными. Мальчик молчал в полном изумлении. Всё представшее перед ним пространство, восстало в его разуме в самых великих размерах. Как весь мир, кратер, внутри самой земной коры, на глубине, вдали от людей и жизни на поверхности. Сверху свисало множество сталактитов, лились ручьи подземных вод, а звёзды заменялись драгоценными камни невероятной красоты. Глаза рассказывали о многом, верно, но и слух был не обделён прекрасными ощущениями и властью. Шум многочисленных водопадов и шелест необъятной листвы превратился в симфонию. Словно природный оркестр заиграл свою индивидуальную мелодию. Как гипноз.      Киттон смотрел на всё с открытым ртом, пребывая в полнейшем удивлении, уже предвкушая те приключения, которые мог представить этот мир. Как только уровень восхищения хоть на немного понизился, мальчик обернулся назад. Позади всё ещё была дубовая арка и густой лес за ней, но не тот же самый, а совсем иной и незнакомый. Как и весь мир перед ним в столь чарующем окрасе. Парнишка даже чувствовал, как воздух этого места отличался, насколько он был чище и легче, что дурманил.       — Что это за место? – Спросил Киттон, всё ещё загипнотизировано, смотря на небольшую, лишь малую часть неизведанного им места.       — Мутеррам. Так прозвали это место первопроходцы. Хочешь посмотреть ближе, побродить там? А то с этого утёса совсем ничего не видно. Да и какое это приключение? Стоя здесь – ничего не произойдёт.       — А можно? Ну... Пойти туда?       — Конечно. Это полностью свободный мир. Здесь нет правил. Делай что желаешь, исследуй и смотри. Ты главный герой.       — Круто! Как туда можно спуститься?       — Где-то здесь есть тропа. Пойдём.      «Таг» направился вглубь леса, за портал, созданного из дуба. Мальчишка шёл за ним вприпрыжку, предвещая новые приключения и странности. Кит представлял всё что только могло прийти в юный разум. Насколько позволяло воображение. «Таг» же держался ровно, уверенно, как солдат, но улыбка не сходила с лица мужчины, а глаза с прищуром смотрели на мальчика. Через, примерные, десять минут напарники вышли на каменистый берег, усыпанный средними и довольно внушительными гладкими камнями. Все до единого валуна были с вкраплениями изумрудов, золота и самого глубокого цвета лазурита. Всё покрыто ими, вся почва, вся трава, которую было очень трудно разглядеть. На радостях, забравшись на один из больших камней, Киттон сверху вниз разглядел окружающий их суровый, непробиваемый сад. Спереди он увидел бушующую реку, услышал, как она ревёт, а оглянувшись назад увидел тот самый утёс, но теперь он видел и другую его сторону. С самой земли, из-под камней взросли, пробились зелёные лианы с разными мелкими цветками, они укрыли утёс, будто пытаясь защитить, как природное одеяло.      С самой лучезарной улыбкой Киттон обернулся посмотреть на своего нового друга. «Таг» внимательно наблюдал за мальцом, остерегаясь падения, но всё же улыбался, давая понять, что всё хорошо и что он может делать всё что только угодно его душе. Предупредив мужчину, Кит, пробираясь через каждый камень приближался к неистовой реке. Он скакал от одного булыжника к другому, представляя, будто перепрыгивал через утёсы. И вот, он наконец спрыгнул с последнего камня на песок цвета рубинов, кроваво-красный и не менее яркий розовый. Совершенно не раздумывая, мальчик разулся, снял носки и совсем по чуть-чуть стал входить в бодрящую воду дикой реки. В отражении абсолютно прозрачности отразилось лицо парнишки. Светлые кудрявые локоны, карие глаза полные наивности и радости, а также улыбка, да такая, какая только детям и доступна. Столь очаровательная, что вся магия не могла сравниться с ними.      В общем, возле реки они находились около получаса, но казалось будто и вовсе одно мгновение. Киттон плескался в своё удовольствие, не обращая внимание ни на что. Его штаны практически полностью намокли, футболка и джемпер получили лишь малую брызг, что разлетались во все стороны. Со временем, как мальчишка вымотался, а одежда и ноги высохли, маленькое приключение продолжилось вновь. «Таг» повёл парня по рубиновому берегу кристальной реки. Как объяснил мужчина, так её прозвали из-за её дна, ведь там были совсем не камни, а кристаллы, что отражали от себя свет драгоценностей на «небе» мира Мутеррам. Ступая по песку «Таг» рассказывал о своих давних приключениях и что когда-то, прибыв сюда впервые он был так же рад, как и Киттон сейчас. Как дитя. Что когда-то этот мир повлиял на него очень сильно.      Шаг за шагом они пришли к древесному мосту. В прямом смысле данный мост был возведён самими деревьями и природой. Корни тёмных с золотой листвой деревьев восстали из-под почвы и сформировали между собой внушительных размеров мост, соединяя противоположные берега. Дуэт путешественников не задумываясь прошли на другой берег, прямо в золотистый лес. Трава под ногами казалась обычной, а вот в коре деревьев Киттон углядел будто вены, по которым к лиственным кронам двигалась серебряная жидкость. Спрашивать у «Тага» про это он не стал, подумал, что мужчина станет объяснять что-то на заумном, как в школе. Мальчику это конечно не было интересно. Поэтому продолжив путь в полной тишине, они присели отдохнуть возле поваленного древа.      Мальчик задавал вопросы, совершенно безобидные и детские по очевидной причине. С каждой секундой он наступал всё сильнее и сильнее. «Таг» даже не успевал осмысливать весь тот шквал слов, которые вылетали изо рта мальчишки. Спустя минут пять они продолжили путешествие по Мутеррам. Идя по лесу, в абсолютном спокойствии, резко прозвучал истошный крик. Похожий на звериный, дикий и отчаянный. «Таг» быстро среагировал, он преградил Киттону путь своей рукой и сказал молчать. Он стоял неподвижно, внимательно наблюдая за лесом, в ожидании зверя. В итоге из-за дерева выглянула лиса. Да не самая обычная. В её внешнем виде осталось неизменным только белая грудь и внешняя чёрная окраска ушей. Зрачки же были пугающими, чёрного цвета, круглыми. А самое удивительной чертой была её шерсть. Лиса больше не имела то привычное рыжее сияние, вся шерсть теперь была зелёного, ядовитого цвета.       — Это лиса? Почему она так выглядит? – Кит насторожился и инстинктивно отошёл на пару шагов назад, за спину «Тага».       — Всё нормально, видимо она поранилась. Возможно, подвернула лапку. – Мужчина стал понемногу приближаться к животному, чтобы не спугнуть того. Сев на корточки «Таг» вытянул руку в поиске доверия.       — Почему она не рыжая? Лисы же обычно рыжие, да? Я их никогда не видел, но...       — В твоём мире – конечно они рыжие. В Мутеррам – не совсем, с учётом того, что это даже не лиса.       — Что?! А кто же это?       — Тише, не пугай его.       Лис, или как мы узнали ранее, что-то напоминающее лису, подошло ближе к незнакомцу. Понюхав протянутую руку мокрым носиком, она открыла рот и вытянула язык. Киттон не совсем понимал, что здесь происходило, но вот «Таг» прекрасно осознавал, что ему нужно делать.       — Ясно, заноса в язык попала. Скорее всего охотилась и попала по дереву. Бедняга. – «Таг» легонько погладил животное по голове и смотря прямо в его чёрные глаза, он резко выдернул занозу. Животное вздрогнуло, издало истошный писк, но осталось рядом. – Вот и всё.       — Как лиса могла попасть по дереву языком? Это странно. – Мужчину забавляло непонимание мальчишки, «Таг» протянул руку и подозвал парня к себе. Киттон осторожно подошёл к лисе, он протянул дрожащую руку к лисе и так же осторожно погладил её по голове. – Какая мягкая.       — Здесь, в этом месте, всё может казаться странным. Например, – «Таг» прикоснулся ко лбу животного двумя пальцами и в мгновение лиса исчезла, а на пальцах появился хамелеон, – хамелеоны здесь не маскируются с помощью окружающего их цвета, не в примерные цвета. Здесь они маскируются под животных, разных, но единственное что они не могут скрыть, это их зелёный цвет.       — Ого... Невероятно!      С улыбкой на лице, мужчина аккуратно переместил хамелеона на ветку одного из золотистых деревьев. После этого маленького инцидента парочка путешественников побрела дальше. В пути Киттон интересовался всем. Кто такой «Таг»? Откуда он узнал об этом мире? Кем были те первопроходцы, о которых он говорил? Как появилось это место? Но «Таг», невзирая на неконтролируемое любопытство мальчишки не отвечал на вопросы прямо, он делал это с уклоном и совершенно не затрагивая правду. Ходил вокруг да около. Киттон ничего не мог с этим поделать, приходилось лишь дуться время от времени.      И всё же, в процессе своей волшебной прогулки в Мутеррам они лицезрели не менее красочные места. После золотистой чащи они вышли к полям алмазных подсолнухов. Ослепляющие своими алмазными сердцевинами подсолнухи длиной в два метра слегка мешали, но всё же искатели приключений были упорными. В итоге, они смогли продвинуться в глубь изумительного мирка. После полей они ступили на территорию костяных волков, самих волков парни не встретили, но со слов «Тага» Кит понял, что и не особо он горит желанием пересекаться с ними. После был водопад фруктовых садов, который впадал в озерцо с голубоватым туманом, в центре которого возросло внушительных размеров дерево, с которого свисали фрукты бирюзового цвета, по форме напоминающие гранат. К слову, «Таг» строго настрого запретил есть эти плоды и притрагиваться к ним вовсе.      После отдыха на берега этого озерца, они двинули дальше, а именно к подножью горы Титанов. Киттон с широко раскрытыми глазами посмотрел на предстоящий путь и нервно сглотнув, но всё же храбро двинулся за «Тагом». Мужчина твёрдо ступал по скалистой серой земле, часто оглядываясь на парнишку, который шёл за ним следом. Ближе к вершине становилось теплее, атмосфера становилась влажнее, а воздух – тяжелее. Спустя пятнадцать минут восьмилетний парень уже тяжело дышал, как от долгого бега по трассе. Единственное что придало ему сил, так это слова его напарника о том, что вершина была уже совсем рядом.       «Таг» первым добрался до вершины. Тропа сюда была не лёгкой даже для него и его физической силы, и всё же, мальчишка удостоился честной похвалы от мужчины за то, что тот добрался без посторонней помощи. Но это уже было не столь важно, ведь вот, они наконец здесь, в самой высокой точке Мутеррам. Вершина горы Титанов. Да, сама гора была огромной, широкой, в которой было прорыто множество шахт и туннелей. Однако сама вершина была небольшой, совсем маленькой. На ней мог бы поместиться разве что не слишком широкий матрас, не более того.      «Таг» и Киттон сели на голую окаменелую поверхность горы. С первого взгляда, кажется, будто они сели просто отдохнуть, перевести дыхание, но на самом деле они лишь смотрели на то, что предстало перед ними, на то, что можно было увидеть только с этой точки. И «Таг» хотел, чтобы парнишка увидел красоту этого подземного мира. Извилистые реки разных цветов как вены расположились в своей хаотичной композиции по земле. Разные районы этого мира с точки горы Титанов напоминали разноцветный сад самых редких растений и цветов. Слева Киттон увидел каменные столбы, окружённые розами и лавандой. Чуть дальше возникли песчаные бури, наполненные частичками чего-то что имело характерный зелёный цвет. Справа же расположилась сожжённая земля, все деревья превратились в пепел, растения, которые остались более-менее при своей изначальной форме, стали изогнутыми и безобразными, а костяные волки очевидно управляли той частью земли Мутеррам. И вот наступил главный момент. Закат искусственного солнца подземного мира.       — Там, где светит подземное солнце, – «Таг» указывал пальцем в даль, на яркий огненный свет, – находится каменная башня со множеством скрытых тайн в ней. На её вершине расположен источник энергии этого мира. Именно он заменяет солнце.       — Он тухнет на ночь?       — Ты про "ночь"? – «Таг» хитро ухмыльнулся. – Как думаешь, сколько прошло времени с начала нашего путешествия?       — Эм... Часов пять?       — Что ж, близко. Здесь прошло около часов четырёх, а там, в твоём мире, прошло всего около десяти минут, а если точнее девять минут и три секунды.       — Как?       — Время в разных мирах действует по-разному. – «Таг» встал перед парнем, дабы выглядеть более величественно, мужчина развёл руками и продолжил свой монолог. – Существует великое множество миров! Все они удивительны и полны приключений!       — И я могу в них попасть? Во все?       — Конечно! Я помогу тебе! Я ведь твой...       Земля ушла из-под ног в одну секунду. Даже перемещение сюда казалось более длительным. «Таг» в своём воодушевлённом состоянии не заметил край вершины. И вот, он уже буквально цепляется за жизнь, держась за уступ всего одно рукой. Ссадины стали щипать, а пальцы быстро уставать. Тянущаяся боль заполнила руку мужчины. Киттон мигом подоспел и схватил свисающего с горы друга. Со всей своей силой у Кита, конечно, не получалось удержать «Тага». Как бы он не пытался у него не выходило помочь. Пальцы мужчины стали твердеть, а мелкие камни впивались в кожу, от чего становилось ещё хуже.       — Я...я не могу! Не получается удержать!..       — Всё нормально, ты сможешь!       — Нет! Не выходит!      Силы парнишки иссякали быстрее чем обычно. Он боялся потерять того, кого встретил совсем недавно, но будто вечность знал его. Киттон не хотел потерять своего единственного друга, того, кто показал все эти чудеса. Больше всего мальчишка не желал терять эти диковинные места. Такой мир мог быть только в мечтах и снах парня, а с помощью «Тага» он взаправду оказался здесь. Кит упрямо держал руку мужчины. Он не отпускал. Рука потела, как и лоб. С каждой секундой он терял контроль. По лицу своего друга Кит видел, что он уже не может держаться. Силы были на исходе.       — Не выходит...       — Это твоё приключение парень, так не позволяй непутёвому мне всё испортить своим падением. Ты сможешь. Тебе хватит сил. В этом мире всё иначе, помнишь? Ты герой этой истории.       Слова магия, волшебным способом эти вроде бы обычные слова придали мальчишке сил. В итоге, сквозь долгие попытки, Киттон вытянул своего друга на твёрдую ровную поверхность горы Титанов и на радостях мальчик обнял своего друга. «Таг» в свою очередь так же обнял мальца и став перед ним на колено, он сказал:       — Я горжусь тобой. Ты молодец. Я же говорил, у тебя всё получится.       — Да, точно. Спасибо, «Таг»! Меня зовут Киттон Майкл Джексон.       — Зачем ты?.. Я же говорил, законы...       — Законы моего мира такие, да, но не Мутеррам. Так что, вот! Ничего страшного не происходит. – На лице мальчика озарилась детская улыбка, полная радости и облегчения.       — Ох уж эта наивная детская простата. – Знакомая лучезарная и добрая улыбка исчезла с лица мужчины, появилась лишь ухмылка, не внушающая ничего хорошего.       — Что?       — Ничего.       «Таг» коснулся лба мальчика двумя пальцами и всё потемнело. Точнее, всё исчезло и никогда не существовало.      Некогда именовавший себя «Таг» вошёл в гостиную со слабо пылающим огнём в камине. Интерьер комнаты напоминал девятнадцатый век. Резная мебель, красочные ковры и обои, массивные картины и книги на деревянных полках. А выше мраморной полки камина располагались таблички с золотыми буквами. Мужчина подошёл к журнальному столику и кинул на него пиджак своего костюма "тройки". Следом за ним зашёл ещё один человек, без лишних вопрос тот сел на один из зелёных диванчиков и скрестив ноги, стал ждать, пока хозяин дома закончит свои дела. «Таг» подошёл к стене с табличками. На всех были написаны разные имена, без особых обозначений или дат.      В руках он также держал одну из таких же табличек. Присмотрев определённое место, «Таг» повесил табличку чуть поодаль от «золотой середины». На табличке было написано следующее: «Киттон Майкл Джексон». Улыбнувшись и поправив бордовую жилетку своего костюма, «Таг» присел напротив своего внезапного гостя. С минуту они молчали, сражались взглядами, но гость не выдержал нагрузки, проиграл, и в итоге развеял тишину.       — Чьё оно? Это имя? – Поинтересовался гость своим басовитым голосом.       — Мальчика.       — Это был ребёнок?       — Что тебя так удивляет? Я давно не охотился за именами, тем более если их владелец ещё совсем дитя. Милое, непонимающие и совершенно невинное дитя. Это было забавно, ты бы видел. – Ухмылка, больше напоминающая оскал, заиграла на лице «Тага».       — Что с ним?       — Ничего плохого. Он с родителями в глупом лесу, в палатке. Я бы не навредил ему. Физически. Я не головорез, забыл?       — Неважно как, ты уже сделал это, достаточно навредил, создав эту табличку! Законы...       — Не смей повышать голос в моём доме. – Гость замялся, испугался. – Для чего ты вообще пришёл? Ты не можешь указывать мне. Ты боишься меня, остерегаешься, как и многие. Ты приходишь сюда только потому, что ты мне не так противен, как остальные. Но будем честны, я всё же лучше тебя. Сильнее, могущественнее и умнее.       — Но законы...       — Не говори мне о законах, их создал я. Все подобные тебе подчиняются им, а значит, вы все мои. Уверен, ты помнишь об этом. Я чёртов Тазарус Кейгмилан. Я выше всех вас до единого. – Чувствуя голос хозяина всех мирских и инородных законов, камин стал извергать адский огонь, всего на секунду, но ещё бы немного, и от комнаты бы ничего не осталось не сдержи он свой нрав.       — Не будь настолько самоуверенным и самодовольным, Кейгмилан. Все мы часть общества особого и чуткого. Все мы коллекционеры своих вещей, я это понимаю. И чту все...твои законы. Это суть каждого из нас. И я понимаю, что ты не можешь иначе достигать своих целей. – Гость встал, а за ним, следуя этикету и встал недавно назвавший себя Кейгмилан. – Однако я не терплю коллекционирования детей и всего что с ними связанно. Это отвратно. Ещё увидимся, Тазарус Кейгмилан. Коллекционер Ярлыков.       — До встречи, Коллекционер Бусин.       Гость вышел из комнаты вальяжно, не спеша. И как только тот покинул комнату, зашла пожилая женщина в костюме горничной.       — Господин, желаете ли вы чего-нибудь?       — О, моя дорогая Марта, бурбон, пожалуйста. – Женщина легко поклонилась и ушла.      Тазарус Кейгмилан смотрел на свои таблички, на свою коллекцию. Глаза бегали от одного имени к другому. Все они казались ему столь неважными и неинтересными, даже то, которое он получил совсем недавно. Что же стало с мальчиком после кражи его имени? Он не почувствует этого, не сразу. Если глаза – это зеркало души человека, то имя – единственный достойный ярлык, определяющий нас.       Украдёшь душу, жертва станет как безмозглая кукла без чувств, ну или маньяком. Украдёшь ярлык, имя, жертва станет непостоянной. Жертва потеряется в своей же жизни, вся уверенность и смелость пропадёт и будет лишь извилистый путь из неверных решений и события похожие на пытку. Именно поэтому Кейгмилан коллекционирует их. Забирает индивидуальность, их внутренний голос. И так каждый раз. Как только в руки мужчины попадает новый ярлык, в его коллекцию. Кейгмилан ходит от одной таблички к другой, рассматривая. И всегда он замирает в определённой точке, в той самой «золотой середине» над камином. Вдруг лёгкий стук по дереву. Он оборачивается и видит Марту с подносом, на котором одиноко стоит стакан с тёмной жидкостью. Тот улыбается и направляется к своей слуге в своей привычной вальяжной манере.       А над камином висит лишь одна табличка, лишь один ярлык достойный излишнего внимания от хозяина. Табличка с именем «Тазарус Кейгмилан».