Глава 25 "Невозмутимость"

Kак ​ни ​стpаннo, ​Иссeй ​никогда ​по-настоящему ​не ​боялся ​за ​себя, ​хотя ​и ​чувствовал, ​что ​неизвестная ​женщина, ​вторгшаяся ​в ​их ​личную ​жизнь, ​была ​довольно ​сильной. ​Даже ​после ​того, ​как ​Pиас ​и ​Cона ​объяснили, ​кто ​такая ​Грейфия ​Люцифуг ​и ​что ​для ​них ​значит ​ее ​присутствие ​здесь, ​Иссей ​не ​испугался ​по-настоящему. ​Конечно, ​он ​был ​обеспокоен ​тем ​фактом, ​что ​могущественное ​существо ​с ​титулом ​самой ​сильной ​королевы ​могло ​просто ​появиться, ​когда ​он ​занимался ​сексом, ​было ​очень ​тревожным. ​И ​еще ​он ​беспокоился ​за ​Сону ​и ​Риас. ​Обе ​девочки ​казались ​обезумевшими ​от ​мысли, ​что ​их ​семьи ​узнают ​о ​нем. ​ ​Иссей ​старался ​не ​обижаться ​на ​это, ​ставя ​себя ​на ​их ​место; ​он ​понимал, ​как ​трудно ​сказать ​родителям, ​что ​ты ​нашел ​любовь ​всей ​своей ​жизни ​в ​виде ​властного ​мужчины ​с ​постоянно ​растущим ​гаремом. ​И ​вдвойне ​это ​касалось ​Риас, ​которая, ​судя ​по ​всему, ​была ​помолвлена. ​Это ​заставило ​Иссея ​немного ​защитить ​его ​первое ​заметное ​завоевание, ​и ​в ​конце ​концов, ​это ​было ​главной ​причиной, ​по ​которой ​он ​принял ​решение ​об ​их ​нынешнем ​плане ​действий. ​ ​Грейфия ​Люцифуг ​была ​не ​из ​тех ​женщин, ​которых ​можно ​привязать ​к ​кровати ​и ​держать ​взаперти, ​по ​крайней ​мере ​в ​нормальных ​обстоятельствах. ​Однако ​с ​падшими ​ангелами ​и ​Азией ​на ​его ​стороне, ​Иссей ​имел ​доступ ​к ​величайшей ​слабости ​дьявола, ​независимо ​от ​того, ​сколько ​власти ​они ​имели. ​Свет ​был ​великим ​уравнителем ​в ​этом ​случае, ​предоставляя ​им ​способ ​связать ​могущественную ​женщину-дьявола ​и ​удержать ​ее ​от ​побега. ​ ​И ​вот ​теперь ​он ​стоял ​здесь, ​склонившись ​над ​кроватью, ​на ​которой ​лежала ​без ​сознания ​женщина ​с ​пропитанными ​светом ​веревками ​вокруг ​запястий ​и ​лодыжек, ​постоянно ​обжигая ​ее ​плоть. ​Рядом ​с ​ним ​Дрэйг ​нетерпеливо ​расхаживала ​взад-вперед, ​облизывая ​губы, ​а ​ее ​хвост ​хлестал ​сзади. ​Hемного ​позабавленная ​драконьей ​девушкой, ​Иссей ​посмотрел ​на ​нее ​и ​поднял ​бровь. ​ ​“Неужели ​тебе ​так ​не ​терпится ​приступить ​к ​работе, ​Дрэйг?” ​ ​Остановившись, ​Дрейг ​наконец-то ​перевела ​взгляд ​с ​Грейфии ​на ​ее ​хозяина, ​улыбаясь ​во ​весь ​рот. ​ ​“Прошло ​много ​времени ​с ​тех ​пор, ​как ​я ​могла ​сражаться ​с ​кем-то ​настолько ​сильным ​на ​равных. ​Mои ​последние ​несколько ​хозяев ​явно ​отсутствовали. ​Я ​надеюсь, ​что ​она ​попытается ​вырваться, ​хотя ​бы ​для ​того, ​чтобы ​я ​могла ​снова ​уложить ​ее.” ​ ​Иссей ​усмехнулся ​и ​открыл ​было ​рот, ​чтобы ​ответить, ​но ​тут ​же ​отвлекся ​на ​какое-то ​движение ​рядом ​с ​кроватью. ​Грейфия ​со ​стоном ​проснулась, ​прежде ​чем ​на ​короткое ​время ​освободиться ​от ​своих ​пут. ​Tолько ​когда ​она ​это ​сделала, ​свет, ​пронизывающий ​упомянутые ​путы, ​стал ​ярче, ​заставляя ​ее ​кричать ​от ​гнева ​и ​боли, ​пока ​она, ​наконец, ​не ​успокоилась ​и ​не ​посмотрела ​на ​него ​со ​злостью. ​Иссей ​легко ​улыбнулся ​в ​ответ, ​чувствуя ​себя ​удивительно ​спокойным ​даже ​с ​такой ​более ​зрелой, ​сильной ​женщиной, ​как ​Грейфия, ​явно ​недовольной ​им. ​ ​“Ты ​же ​не ​думаешь, ​что ​сможешь ​держать ​меня ​так ​вечно. ​Даже ​с ​твоим ​коварным ​использованием ​света, ​я ​могу ​вырваться ​из ​этих ​пут, ​если ​захочу.” ​ ​Иссей ​помахал ​ей ​рукой, ​как ​бы ​говоря: ​"давай ​уже". ​ ​“Идти ​вперед. ​Bот ​почему ​Дрэйг ​здесь. ​Она ​очень ​хочет, ​чтобы ​ты ​попробовала, ​чтобы ​у ​нее ​был ​второй ​раунд.” ​ ​Глаза ​Грейфии ​метались ​между ​уверенным ​молодым ​человеком ​и ​первобытной ​силой, ​которую ​он ​сумел ​укротить ​и ​превратить ​в ​сверхсексуальную ​девушку-дракона. ​В ​конце ​концов, ​серебристоволосая ​дьяволица ​позволила ​себе ​слегка ​улыбнуться ​и ​откинулась ​на ​кровать, ​уставившись ​в ​потолок. ​ ​“В ​данном ​случае ​я ​признаю ​свое ​поражение. ​Пока ​что ​ты ​взял ​надо ​мной ​верх. ​Но ​если ​ты ​думаешь, ​что ​мое ​исчезновение ​будет ​долго ​оставаться ​незамеченным, ​то ​тебе ​предстоит ​еще ​одна ​вещь, ​молодой ​человек. ​Продержи ​меня ​здесь ​еще ​долго, ​и ​сам ​Люцифер ​придет ​искать ​свою ​пропавшую ​служанку.” ​ ​Однако ​вместо ​того, ​чтобы ​запаниковать, ​как ​она ​надеялась, ​Иссей ​просто ​кивнул ​с ​широкой ​улыбкой ​на ​лице, ​хотя ​Грейфия ​не ​могла ​видеть ​этого ​со ​своего ​нынешнего ​положения. ​ ​“Да. ​Риас ​мне ​все ​об ​этом ​рассказала. ​Я ​знаю, ​что ​мы ​работаем ​с ​ограниченным ​временем, ​поэтому ​у ​меня ​нет ​роскоши ​ждать, ​пока ​вы ​придете ​ко ​мне. ​Давайте ​повеселимся ​вместе ​Грейфия, ​и ​если ​ты ​хочешь ​вырваться ​на ​свободу ​и ​сопротивляться ​в ​любое ​время, ​не ​стесняйся ​делать ​это!” ​ ​Внезапно ​Иссей ​оказался ​на ​кровати ​перед ​ней, ​и ​глаза ​Грейфии ​расширились ​от ​возмущения, ​когда ​молодой ​человек ​наклонился ​и ​схватил ​белый ​фартук, ​в ​который ​были ​завернуты ​ее ​огромные ​сиськи. ​Французский ​костюм ​горничной ​Грейфии ​был ​немного ​противоречив. ​На ​нем ​почти ​не ​было ​видно ​кожи, ​кроме ​ее ​рук ​и ​лица, ​но ​прямо ​в ​центре ​его ​было ​большое ​окно ​в ​синем ​жакете, ​который ​она ​носила, ​показывая ​ее ​большие ​груди. ​Конечно, ​это ​было ​нормально, ​потому ​что ​обычно ​они ​были ​должным ​образом ​прикрыты ​белым ​фартуком, ​который ​лежал ​под ​синей ​курткой. ​ ​Иссей ​ухватился ​за ​эту ​белую ​часть ​обеими ​руками ​и ​потянул, ​грубо ​разрывая ​ее ​и ​обнажая ​свои ​массивные ​грудные ​клетки, ​одетые ​только ​в ​кружевной ​белый ​лифчик. ​Грейфия ​задохнулась ​и ​на ​мгновение ​напряглась ​в ​своих ​оковах, ​прежде ​чем ​увидела ​предвкушающую ​ухмылку ​Дрэйг ​и ​успокоилась ​прежде, ​чем ​свет, ​проникший ​в ​них, ​смог ​причинить ​еще ​больший ​вред ​ее ​телу. ​ ​Женщина ​вернулась ​к ​своему ​обычному ​поведению, ​собирая ​все ​остатки ​стоицизма, ​которые ​у ​нее ​были, ​и ​становясь ​внешне ​невыразительной, ​когда ​Иссей ​небрежно ​откинул ​чашечки ​лифчика ​с ​ее ​груди, ​позволяя ​ее ​огромным ​грудям ​отскакивать ​от ​их ​границ. ​Однако ​именно ​в ​этом ​безэмоциональном ​вакууме ​Грейфия ​осознала ​нечто ​поразительное. ​Она ​была ​возбуждена. ​ ​Вполне ​понятно, ​что ​раньше ​она ​этого ​не ​замечала. ​Седовласая ​женщина ​не ​привыкла ​чувствовать ​возбуждение. ​На ​самом ​деле, ​она ​была ​немного ​холодна. ​Даже ​Сирзек ​не ​мог ​заставить ​ее ​двигатель ​работать ​большую ​часть ​времени; ​она ​просто ​нежно ​любила ​его ​как ​друга ​и ​как ​своего ​короля. ​Они ​зачали ​Милликас, ​но ​их ​сексуальная ​жизнь ​была ​более ​чем ​немного ​лишена ​блеска ​независимо ​от ​этого. ​В ​конце ​концов, ​Грейфия ​была ​счастлива ​служить ​своему ​королю, ​но ​Сирзек ​не ​был ​так ​уж ​счастлив, ​зная, ​что ​ей ​не ​очень-то ​нравится ​их ​совокупление. ​ ​В ​результате ​они ​уже ​несколько ​месяцев ​не ​занимались ​сексом, ​хотя ​их ​отношения ​как ​хозяина ​и ​слуги, ​короля ​и ​королевы ​оставались ​такими ​же ​крепкими, ​как ​и ​прежде. ​Но ​тот ​факт, ​что ​теперь ​она ​была ​возбуждена, ​поразил ​Грейфию ​до ​некоторой ​степени. ​И ​это ​вызвало ​старые ​эмоции ​и ​чувства, ​которые ​она ​давно ​считала ​похороненными, ​даже ​когда ​Иссей ​наклонился ​к ​ней ​и ​взял ​в ​рот ​одну ​из ​ее ​сисек. ​ ​Грейфии ​пришлось ​подавить ​вздох, ​и ​она ​подавила ​его, ​но ​сам ​факт ​того, ​что ​это ​было ​необходимо, ​говорил ​о ​том, ​как ​много ​неприятностей ​она ​действительно ​испытывала ​здесь. ​Ей ​не ​грозила ​смерть, ​но ​седовласый ​дьявол ​начал ​понимать, ​что ​угроза, ​исходящая ​от ​Иссея, ​была ​гораздо ​более ​зловещей, ​чем ​смерть. ​ ​“Так ​вот ​как ​ты ​соблазнил ​Риас ​и ​наследницу ​Ситри? ​Я ​вовсе ​не ​глупый ​молодой ​человек. ​Я ​могу ​сказать, ​что ​ты ​пытаешься ​сделать ​со ​мной.” ​ ​Иссей ​на ​мгновение ​оторвался ​от ​сосания ​ее ​груди, ​но ​не ​перестал ​щупать ​и ​мять ​ее ​большие ​толстые ​сиськи, ​когда ​он ​злобно ​ухмыльнулся ​ей. ​ ​- ​Разве ​важно, ​что ​ты ​можешь ​сказать, ​пока ​это ​работает? ​Хм, ​у ​меня ​был ​довольно ​хороший ​послужной ​список ​с ​пари... ​вы ​хотели ​бы ​сделать ​ставку? ​Если ​ты ​победишь, ​я ​отпущу ​тебя ​раньше ​и ​приму ​любое ​наказание, ​которое ​ты ​захочешь, ​даже ​смерть.” ​ ​Грейфия ​не ​думала ​и ​вчера, ​и ​ее ​глаза ​сужаются, ​когда ​она ​смотрит ​на ​коварного ​молодого ​человека, ​стоящего ​на ​коленях ​рядом ​с ​ее ​связанной ​фигурой. ​ ​“А ​в ​чем ​суть ​этого ​пари? ​А ​что ​ты ​получишь, ​если ​я ​как-то ​проиграю?” ​ ​Иссей ​хихикает ​и ​проводит ​кончиками ​пальцев ​по ​ее ​уже ​красным ​сиськам, ​двигаясь ​мягко, ​а ​не ​резко, ​как ​он ​делал ​мгновение ​назад, ​на ​этот ​раз ​исследуя ​ее ​мягкую ​чувствительную ​плоть ​восхитительным ​способом, ​от ​которого ​у ​нее ​по ​спине ​пробегали ​мурашки ​и ​дрожь. ​ ​“Если ​я ​выиграю, ​ты ​поклянешься ​в ​своей ​полной ​и ​абсолютной ​преданности ​мне, ​Иссей ​Хеду, ​императору ​красных ​драконов. ​Ты ​подчиняешься ​моему ​правилу ​и ​повинуешься ​Мне, ​и ​только ​мне ​превыше ​всех ​остальных. ​Если ​я ​выиграю ​... ​ты ​предашь ​своего ​хозяина, ​чтобы ​быть ​со ​мной. ​Что ​же ​касается ​Пари…” ​ ​Здесь ​молодой ​человек ​усмехается ​и ​полностью ​откидывается ​назад, ​его ​руки ​с ​благодарностью ​оставляют ​ее ​грудь ​на ​мгновение. ​Хотя ​то, ​что ​он ​делает ​с ​ними, ​не ​совсем ​желательно, ​поскольку ​Грейфия ​наблюдает, ​как ​Иссей ​расстегивает ​его ​штаны ​и ​вытаскивает ​свой ​пульсирующий ​твердый ​член ​из ​пределов ​своих ​боксеров. ​Он ​определенно ​больше, ​чем ​у ​Сирзек, ​где ​это ​имеет ​значение, ​хотя ​Грэйфия ​никогда ​бы ​не ​признала ​этого ​за ​миллион ​лет. ​ ​Более ​того, ​запах ​его ​мускуса ​и ​его ​возбуждение ​достигают ​ее ​носа ​в ​следующий ​момент ​и ​атакуют ​ее ​чувства. ​Грейфия ​стискивает ​зубы ​и ​изо ​всех ​сил ​пытается ​справиться ​с ​ощущениями, ​которые ​он ​вызывает ​в ​ней, ​отрывая ​взгляд ​от ​его ​члена ​и ​вызывающе ​глядя ​на ​его ​самодовольное ​ухмыляющееся ​лицо. ​ ​- ​Пари ​очень ​простое. ​Все, ​что ​тебе ​нужно ​сделать, ​это ​сопротивляться ​мне, ​пока ​я ​не ​стану ​мягким. ​До ​тех ​пор, ​пока ​ты ​не ​устанешь ​умолять ​меня ​по ​собственной ​воле ​о ​моем ​члене, ​я ​буду ​считать ​тебя ​победителем ​нашего ​маленького ​Пари. ​Состязание ​силы ​воли ​и ​выносливости. ​- ​А ​ты ​что ​скажешь?” ​ ​Первый ​порыв ​седовласой ​горничной-сказать ​"нет". ​В ​конце ​концов, ​она ​понимает, ​что ​на ​самом ​деле ​говорит ​Иссей. ​На ​протяжении ​всего ​их ​"состязания" ​она, ​как ​ожидается, ​будет ​активно ​участвовать ​в ​своем ​собственном ​изнасиловании. ​Это ​будет ​скорее ​"битва", ​чем ​его ​нападение ​на ​нее, ​и ​она ​будет ​пытаться ​доставить ​ему ​удовольствие ​до ​завершения, ​прежде ​чем ​он ​сможет ​сделать ​то ​же ​самое ​с ​ней. ​ ​И ​все ​же, ​ее ​единственным ​вариантом ​было ​оставаться ​пассивной ​и ​позволить ​ему ​делать ​с ​ней ​все, ​что ​он ​захочет, ​в ​то ​время ​как ​она ​отказывалась ​отвечать. ​Проблема ​заключалась ​в ​том, ​что ​чем ​больше ​проходило ​времени, ​тем ​меньше ​Грэйфия ​была ​уверена, ​что ​это ​будет ​возможным ​вариантом. ​Она ​уже ​чувствовала ​последствия ​того, ​что ​Иссей ​сделал ​с ​Риас ​и ​Соной. ​Она ​знала, ​что ​сможет ​сопротивляться ​ему ​какое-то ​время, ​если ​он ​оставит ​ее ​в ​покое, ​но ​если ​он ​продолжит ​приставать ​к ​ее ​телу ​или, ​что ​еще ​хуже, ​будет ​пихать ​этот ​большой ​твердый ​член ​в ​ее ​дырочки, ​она ​не ​сомневалась, ​что ​в ​конце ​концов ​сломается, ​возможно, ​до ​того, ​как ​ее ​хватятся ​и ​кто-то ​придет ​за ​ней. ​ ​В ​конце ​концов, ​пари ​было ​ее ​лучшим ​шансом ​освободиться, ​потому ​что ​это ​дало ​Иссею ​один ​сеанс, ​чтобы ​потенциально ​склонить ​ее ​к ​своей ​воле, ​а ​не ​несколько ​сеансов, ​перемежающихся ​перерывами ​на ​восстановление. ​Он ​почти ​наверняка ​все ​еще ​будет ​трахать ​ее, ​но ​Грейфия ​не ​могла ​себе ​представить, ​что ​молодой ​человек ​успеет ​сделать ​больше, ​чем ​пару ​раз, ​прежде ​чем ​станет ​мягким. ​Она ​будет ​играть ​по ​правилам ​Иссея, ​и ​как ​только ​молодой ​человек ​устанет, ​у ​нее ​появится ​возможность ​отомстить. ​Встретив ​выжидающий ​взгляд ​Иссея, ​Грейфия ​отрывисто ​кивнула. ​ ​“Я ​принимаю ​условия ​вашего ​Пари.” ​ ​Усмешка ​Иссея ​была ​более ​чем ​немного ​тревожной, ​когда ​он ​снова ​принялся ​ласкать ​ее ​грудь, ​но ​Грейфия ​проигнорировала ​ее, ​отдавая ​предпочтение ​насущному ​вопросу. ​ ​“Если ​ты ​собираешься ​играть ​с ​моей ​грудью ​вот ​так, ​то ​мне ​кажется ​вполне ​уместным, ​что ​у ​меня ​есть ​шанс ​побороться.” ​ ​Они ​оба ​знали, ​что ​она ​имела ​в ​виду, ​так ​же ​как ​и ​то, ​что ​она ​не ​собиралась ​прямо ​говорить ​это. ​Иссей ​улыбнулся ​и ​все ​же ​кивнул, ​убрав ​руки ​с ​груди ​седовласой ​женщины ​и ​забравшись ​ей ​на ​голову. ​Лицо ​Грейфии ​ничего ​не ​выражало, ​когда ​он ​направил ​кончик ​своего ​члена ​вниз ​к ​ее ​губам, ​но ​она ​все ​равно ​открылась, ​взяла ​его ​в ​рот ​и ​начала ​отсасывать, ​даже ​когда ​он ​вернулся ​к ​тому, ​что ​делал.