Часть 1

Ему всегда говорили: "Бери пример с Ариадны, вот какая хорошая девочка!!!" Да он и сам видел, что его сестра намного лучше него. Все учителя покупались на неё миловидную внешность: рыжие волосы, которые при движении казались огромным костром на голове, светло-карие глаза, иногда казавшиеся красными, и немного смуглая кожа, принимаемая за загар. Она любила подшутить над кем-то да так, что никто никогда не мог понять, как она проворачивает эти фокусы. Ей всё прощали после не очень искреннего:"Извините, я так больше не буду". Когда её, Дадли и их компашку в очередной раз ловили — лишь глаза закатывали и отпускали:"Девочка же". А ещё у неё был шрам. Аккуратный небольшой шрамик на лбу в виде пятиконечной звёзды. Смотря на него, Гарри лишь сильнее натягивал чёлку на лицо, стараясь скрыть ту его половину, что рассекал шрам в виде молнии. Он в принципе на фоне своей яркой сестры казался совсем обычным ребёнком: волосы цвета вороного крыла, контрастирующая с ними бледная кожа, скромный и тихий характер. Единственное, что в нём выделялось, почти светилось иногда, — его зелёные глаза. Тётя Петунья всегда морщились и говорила, что за такие глаза и она бы сжигала во времена Инквизиции. Когда Гарри спрашивал, а не было ли таких же глаз у его родителей, тётя фыркала и говорила: "Конечно нет". Он молчал. Обычно это заканчивалось тем, что дядя Вернон снова рассказывал им о том, что их родители трагически погибли, а их детей отдали им, добрым людям, приютивших двух сироток. Ариадна со смехом благодарила их, но уверенно заявляла, что знает, её родители живы и обязательно за ней вернуться. Гарри молча наблюдал за этим из угла и мысленно надеялся, что их родители и правда умерли. Он не хотел верить, что они отправили их сюда, подвергнув Гарри постоянному насилию. Разумеется его сестра оказалась права. Как обычно. Именно по этому на их одиннадцатый День Рождения в дверь постучал Джеймс Поттер. У Гарри было настойчивое желание захлопнуть эту самую дверь так сильно, чтобы успеть попасть непутёвому родителю по носу, но сестра уже прыгнула на него с радостным визгом и объятиями. Как бы мальчик не относился к Поттерам-старшим, с Ариадной он прожил несколько лет, и её было бы по-человечески жаль, если бы он прихлопнул её дверью. Не Джеймса. Они тройкой переместились на кухню, которую им гостеприимно выделили Дурсли, при этом презрительно косясь на Поттера-старшего. Гарри с ужасом осознал, что может понять их. Джеймс рассказал им всю историю о Волан-де-Морте. Об ужасах войны, о потерях, о постоянном страхе. Потом он рассказал им "Сказку", как про себя назвал её Гарри, в которой злого-презлого волшебника побеждают два годовалых младенца. Ужас. На этот кто-то купился? Оказалось, что да, потому что весь Магический мир считает Ариадну и их брата Ричарда Девочкой-и-Мальчиком,-которые-выжили. Чтобы слава не соблазнила их вместе, её отправили сюда, оставив самого младшего поближе к родителям. Про Гарри он ничего не сказал. Только выдал на руки все его документы, откуда он и узнал, что его, вообще-то, правильно зовут Гарольд Регулус Поттер. Регулус... Ему нравилось. Он знал, что это имя звезды, и это создавало какую-то связь с его сестрой, но... В его голове Регулус — это человек. С трагичной судьбой, постоянно в тени, потому что "Ну, ты же тихий ребёнок, сам справишься", скованный стандартами, правилами и требованиями, который свернул не туда, но потом осознал свои ошибки и попытался их исправить, сделать лучше, только не успел. Почти. Гарри чувствовал с этим человеком не объяснимую связь, даже если сам её придумал. Ари — Ариадна Лилиан Поттер — спросила, зачем их время рождения уточнили до секунд, но что Джеймс со смехом ей ответил, что они все родились в одну минуту, а различать как-то надо. Посмотрев в документы сестры, Гарри — Регулус — увидел выведенные аккуратным почерком "31 июля, 23:59:30", пока у него было "31 июля 23:59:00". Он широко улыбнулся. Именно Джеймс сопроводил их до Косой Аллеи, буквально косой, где большую часть времени они провели, потому что люди не могли поверить, что они, наконец-то, увидели ту самую Ариадну Поттер!! Рег, закатив глаза, ушёл в книжный. Джеймс даже не обратил внимания. Именно благодаря этому в его руках оказались книги, которые, как подсказывало ему чутьё, его псевдо-отец в жизни не подпустил бы к своим детям ближе, чем на пять метров, ещё и сжёг бы их. А ведь книжки, довольно тяжёлые и старые, носили такие милые названия как "Этикет: что должен знать каждый волшебник", "Палата Лордов: цели, задачи и обязанности", "История Магической Британии (генеалогическое дерево прилагается)" и многие другие, полезные ему, как Наследнику Древнейшего и Благороднейшего Рода Поттер. Он усмехнулся, рассматривая свои покупки. Краем глаза он заметил, что продавщица отзеркалила его выражение, и посмотрел на неё с недоумением, опасно сверкая глазами. Та даже глазом не повела. —Возьми это тоже, — она протянула ему "История Слизерина", — я уверена, тебе будет полезно. Он дал больше денег, чем требовалось, но точно не зря. Поттер-старший вернул их к Дурслям, сказав, что сожалеет об этом и это точно последний раз. Правда, смотрел он только на Ариадну, поэтому надежда Гарри быстро умерла, вместе с верой, что Джеймс может быть хорошим отцом. Месяц прошёл быстро. Ари старалась оторваться по полной, поэтому её розыгрыши вместе с Дадли стали заметно чаще, и маленький волшебник молился, чтобы они не вспомнили про него и их дурацкую "Охоту на Гарри". Сам он прятался в своём чулане, так как все комнаты были заняты, освещая себе беспалочковым Люмосом и читал всё, что купил. Читал ночью и днём, забыв о еде, сне и многом другом. В принципе, Дурсли и Ари этому только способствовали, забыв про него напрочь. Он вышел лишь за неделю до первого сентября. Выглядел он как обычно плохо. Тётя Петунья, поморщилась, но ничего не сказала, продолжив заниматься своими делами. Регулус воспринял это как хороший знак, поэтому взял небольшую сумку и ушёл из дома четыре по Тисовой на весь день, вернувшись ближе к ночи, когда все уже готовились ко сну. Дядя Вернон тихо пробурчал что-то про невоспитанных мальчишек, которых в его время пороли ремнями нещадно, и ушёл в спальню, подталкиваемый женой. Сестра посмеялась с его болезненного вида, сказала, что он похож на воскресшего мертвеца, не заметила, как он вздрогнул, пожелала спокойной ночи и убежала к себе. Гарри остался один на первом этаже, и как же он был рад. Но вот, наконец, наступило первое сентября. Ари ещё вечером прошлого дня уговорила тётю и дядю доехать до Кинг-Кросс, чтобы они успели на поезд. Те, нехотя, согласились, а Гарри попробовал представить, что было бы, если бы спросил он? Мысли были мрачные. Они прошли на платформу девять и три четверти так, как учил их Джеймс, и сразу заметили мальчика, рассказывающего бабушке о потяренной жабе. Ариадна хихикнула, и Гарри пришлось пихнуть её в бок. —Хей, - возмутилась младшенькая. —Следи за языком и реакциями, — спокойно объяснил ей Гарри. —Но ведь это и правда смешно! —Я так не думаю и тебе не советую, — он закатил глаза. — В конце концов, не я же известная на всю Магическую Британию героиня, хаха, — он со злорадным удовольствием наблюдал, как его сестра понимает, что он прав, и надувает губки. Новое чувство было...приятным. Они разместились в одном купе, но Ариадна сразу убежала, бросив напоследок:"Извини, я хочу попробовать найти Ричарда!!!" Почему-то она не сомневалась, что их брат — крутой парень, в отличие от того, с кем она провела десять лет жизни под одной крышей. Гарри на это только глаза закатил, достал книгу и начал перечитывать историю возникновения Палаты Лордов в магмире. При первом прочтении ему не всё было понятно... Прошло не очень много времени, прежде, чем Ари, просунув в купе лишь голову, сказала, что Ричарда она не нашла, зато встретила очень крутых ребят и, если что, искать её там!!! И правда, Гарри разглядел на ней ещё три головы: рыжую, кудрявую и голову мальчика, который потерял жабу. Рег лишь кивнул, и Ари убежала довольная, утащив с собой всю компанию. Минут, наверно, через десять дверь в его купе снова открылась. Гарри цокнул, и уже хотел отчитать сестру или любого другого за то, что отрывают его от чтения, но гость начал говорить раньше: —Мне сказали, что в этом купе едет Поттер. Не уж то это правда? Я думал, для героя Хогвартс-экспресс слишком жалок... — Драко не закончил свою речь, переведя взгляд на того, сидел в купе в абсолютном одиночестве. Вместо привычного взбешённого взгляда карих глаз, которые казались красными из-за рыжих волос, привычного со светских приёмов, он встретился с холодными и ошеломляющими изумрудами на бледном, поистине аристократического оттенка, коим Ричард никогда не славился, лице. Тем не менее, черты сходства были. У кого, как не у Поттера, может быть фигурный шрам на лбу? Пускай не солнце, а молния, но ничего же, правда? Знакомый незнакомец усмехнулся, и Драко заторможенно узнал то выражение лица, которое возникает у его отца при заключении особо удачной сделки. —Рад приветствовать вас, Наследник Малфой, Наследник Гойл, Наследник Крэбб, — зеленоглазый волшебник ( все трое признали, что его глаза действительно очаровывают, заманивают к себе, чтобы съест, и ему подошла бы слизеринская мантия) встал, отложив книгу, тем самым проявляя уважение ко всем троим, и слегка поклонился, чтобы поприветствовать равных. Дети опешили. Да, их воспитывали в строгости и правилах, иногда перегибая, но не ругая, если они разговаривали со сверстниками в неформальной обстановке свободнее. Поезд для них считался именно такой, "нейтральной", зоной, поэтому услышать официальное приветствие...было минимум неожиданно. Первым очнулся Драко и толкнул своих вассалов. —Взаимно, Наследник... — Они все опешили, не уверенные, что хотя бы начали правильно. В купе раздался совсем тихий шёлковый смех. —Наследник Поттер, приятно познакомиться, — он протянул руку, и Драко неуверенно её пожал, всё ещё пребывая где-то у себя в мыслях типо "Но ведь Наследник Поттер не он? Разве нет?" —Взаимно, — тут Малфой решил оправдать свою фамилию. — Позволите ли Вы, Наследник Поттер, привести к Вам в купе ещё нескольких человек? Все они Наследники или Наследницы своих Родов, и, я уверен, будут заинтересованы в знакомстве с Вами. Я надеюсь, взаимно заинтересованы. В конце концов, нам ещё долго работать вместе, — серебряные глаза встретились с изумрудными, создавая забавное сочетание традиционных цветов Слизерина. Рег снова усмехнулся. Драко ответил ему тем же. —Разумеется, Наследник Малфой. Когда вернётесь — постучите два раза, — он закрыл за ними дверь. Троица переглянулись и на перегонки побежала искать Панси, Дафну, Тео и Блейза, ищущих сводное купе, чтобы успеть рассказать им такое!! Вернулись они только через пятнадцать минут. Уже подходя, Драко заметил у нужного им купе какую-то рыжеволосую девочку с огромной компанией учеников почти всех курсов и факультетов, подозрительно похожую на Ричарда Поттера, но не придал этому значения. Сейчас его и, он был уверена, его спутников интересовал совсем другой человек, на фоне которого эта девочка и Мальчик,-который-выжил выглядяли...слишком ярко, аж до слёз. Вульгарно даже, как бы сказала его maman. К их счастью, девочка быстро убежала, не заметив их, и увела с собой сборище людей, поэтому Драко постучал ровно два раза. Открыл им выглядевший теперь чуть более потрёпанно Поттер. Поняв, кто к нему вернулся, он мило улыбнулся и в ответ получил тоже. Кажется, его это даже порадовало. Новоприбывшие представились временному хозяину этого купе, он ответил им тем же, также сильно удивив. Они сначала не поверили своему другу детства, когда тот прибежал и начала рассказывать, что есть ещё один Поттер!! А теперь... Вот как получается. Они начали разговор. Абсолютно типичный светский разговор о погоде, политике, планах и школе, ничего личного. Пока Малфой не решился. —Наследник Поттер, — в полной тишине он приклекал к себе все возможное внимание, благо его научили с таким справляться, — можно ли попросить Вас о трёх вещах? Он по глазам видел — его уловку поняли. Типичная слизеринская усмешка была видна даже там. Почему-то его это порадовало. Редко кто замечал, что его вопрос — тоже просьба, поэтому входит в эту тройку. —Конечно, Наследник Малфой. —Для начала, прошу, называйте меня Драко, — широкий жест доверия с его стороны. Ничего на удивлённые взгляды друзей он ответит не мог, сам пребывал в шоке от своих поступков. —Хорошо, ...Драко, — казалось, что Знакомый незнакомец впервые пробудет чьё-то имя на вкус. —Тогда и Вы...ты, — поправил он сам себя, досадуя, что допустил ошибку, — называй меня Регулус. —Наследник Поттер, называйте меня Дафной, пожалуйста, и, не сочтите за наглость, но почему именно Регулус? — Увидев, что Малфой впал в некоторый шок, ведь его мама происходила из Рода Блэк, а потому её сын прекрасно знал именна всех звёзд, среди которых была и Регулус, Гринграсс решила взять дело в свои руки. —Это моё второе имя, Дафна. И ты тоже можешь называть по этому имени. Вы все можете, — он обвёл странным взглядом всех присутствующих в купе. —А, если не секрет, какое первое? —Гарольд, — он пожал плечами, — а моё полное звучит как "Гарольд Регулус Поттер". Тебя же это интересовало, не так ли? — Он встретился взглядами с Гринграсс, и в его зелёных глазах плескалось веселье. Она едва не выдохнула от облегчения и кивнула. Он улыбнулся, но намного теплее, чем прежде. —Красивое... — Пробормотала Дафна. Гарри лишь тихо-тихо посмеялся, но тут кое-что вспомнил и снова посмотрел на Драко. —А какая третья просьба? Малфой тоже вспомнил о своём вопросе и улыбнулся. —Не сочтёшь лишним нам рассказать о своём детстве? — Серебряные глаза сияли весельем и жаждой крови. Как хорошо, что тоже самое было у каждого в купе. Особенно в зелёных глазах напротив. Гарри начал свой рассказ с самого начала. После того, как он закончил на Джеймса ещё минут пятнадцать выливалось столько грязи и оскорблений, сколько Рег даже в худшие дни не слышал от дяди Вернона. Он искренне надеялся, что уши Поттера-старшего разболятся и отвалятся. Наконец-то они приехали. Выйдя из поезда, они сразу услышали зычный голос егеря и пошли к нему. Все, кроме Гарри. Он с тревогой осматривал выходящих первокурсников. Успокоился он только тогда, когда услышал неподалёку взрыв смеха, в эпицентре которого явственно виднелись две рыжие макушки. Выдохнув, он снова на какое-то время забыл о своей сестре. Не маленькая. А он впервые в жизни узнал, насколько же это приятно — общаться с теми, с кем действительно есть о чём поговорить, а не просто стоять и неловко молчать рядом с друзьями Ариадны. Когда он вернулся — его встретили одобрительные взгляды и уже ставшие привычные усмешки, строго определённые. Он ответил им тем же. За всё время, проведённое в поезде вместе, он понял, что эти ребята невероятно ревнивые, и если уж человек им понравился — ни за что не отпустят. Не то, чтобы он не был таким же. Их группа разделилась по соседним лодочкам, поэтому разговоры между ними не прекращались. Они с отвращением смотрели, какой цирк устроили Ари и её компашка, пока забирались в лодки, заставив Хагрида, и без того переживающего за учеников в этом пути, заметно понервничать, а Гарри прятал лицо в ладонях от стыда. Сидящий рядом Драко мог только сочувствующие сжать его плечо, не решаясь сказать, что Ариадна ещё не самый худший пример Поттеров. Наконец-то они добрались до самого Хогвартса. Там их уже ждала на вид довольно статная женщина, во взгляде которой одновременно виднелись строгость и любовь к учениках, а рядом с ней... Драко, Тео и Блейз заметили его раньше всех и зашипела лучше змей. Пока Панси пробовала их успокоить, Рег посмотрел туда, куда был направлен взгляд пускай и более спокойной, но не менее злой Дафны. Его злое утробное рычание привлекло внимание остальных мальчиков их группы и помогло им успокоиться. —Эм, да, Регулус... — Драко замялся и попытался привести себя в порядок. — Это Ричард Джеймс Поттер, Мальчик,-который-выжил или Главный засранец этой галактики, — злорадно закончил он. Даже не зная брата лично, Гарри был готов с ним согласиться только из-за того, как Ричард смотрел на толпу восхищённых первокурсников, смотрящих ему в рот. Да ему самому одиннадцать наступило месяц назад! Они одни из самых младших на курсе! Воодушевлённое описание грехов Ричарда Поттера со всех их встреч от Драко прервал громкий писк:"Ричард!!!" И все увидели лишь рыжую кляксу, позже опознанную, как Ариадна Поттер, налетевшую на не менее рыжие пятно, уже известно кого. Ричард посмеялся с выходки сестры, которую до этого ни разу в жизни не видел, может даже не подозревал о её существовании, и нежно погладил её по волосам. Все смотрели на сцену семейного воссоединения с умилением. Кроме Гарри. Он сжимал кулаки и с нечитаемым взглядом смотрел на Поттеров. Он не сразу почувствовал руки на плечах. Когда же это произошло, он с удивлением посмотрел на Драко и Блейза, которые глазами обещали, что будут рядом в случае чего. Он улыбнулся им. Конечное "случай чего" будет. Обязательно будет. Их ненадолго заперли в небольшой каморке. К тому моменту, когда их выводили, Гарри начал молиться и умолять, чтобы его просто повесили, потому что столько похвалы о самом себе, как от Ричарда, он слышал только... Да ни у кого. Ни у кого он больше не слышал столько пустого пиара. Даже Драко, выглядевший, как типичный маменький сынок, умел доказывать каждое своё слово делами. А Ричард... Да, Рег осознавал, что, возможно, думает так о Мальчике,-который-выжил выжил из-за ревности или зависти... Но, судя по реакции его друзей, он не ошибался. Распределение началось. Ханна Эббот, Сьюезн Боунс, Терри Брут... С приближением буквы "П" Гарри всё больше нервничал. Что, если он окажется не на Слизерина, а, например, на Хаффлпаффе? Нет, он не то, чтобы не считал себя трудолюбивым, совсем наоборот, но он знал, что все его друзья попадут на Слизерин. Они сами так сказали ещё в поезде и в кратце объяснили, как будет проходить процесс распределения. Чтобы отвлечься он решил осмотреть предподавательский стол. С краю сидел профессор Снейп — крёстный Драко. Потом профессор Флитвик — известный на весь мир дуэлянт. Профессор Спраут, любимая всеми факультетами, в первую очередь своим собственным, потому что принимает любого ученика таким, какой он есть, верит в них и помогает, не обращая внимания на цвет оторочки его мантии. А дальше... Посмотрев на ту, кто сидел рядом с ней, Ри помрачнел. Не понять, кем является рыжеволосая ведьма с зелёными глаза, менее яркими, чем у него , но всё такими же узнаваемыми, было сложно. —Познакомься, это наш преподаватель, — заметив, куда он смотрит, Драко правильно понял ход его мыслей. —Леди Поттер ведёт с третьего курса маглловедение, — заметив испуганный вид друга, включился к ним разговор Тео, глазами выражая сочувствие и поддержку. Сама мысль о том, что Поттеры хоть когда-то приобретут над ним законный контроль приводила Рега в ярость, поэтому он промолчал и сосредоточился на директоре по центру преподавательского стола. А не скромно ли ему сидеть на троне?! К счастью, его друзья могли понять, что с ним сейчас происходит и не трогали его, просто были рядом. За это он был им крайне благодарен. —Арианда Поттер!!! — Наконец-то объявила профессор МакГонагалл, выглядя при этом несколько удивлённой. Гарри прищурился. Ему показалось или директор действительно вздрогнул из-за имени его сестры? А уж когда его маленькая рыжая беда под шёпот Зала "Ариадна? Та самая Ариадна Поттер?" вышла к табурету — на Дамболдора стало страшно смотреть, тот побледнел, как Смерть. "Что с ним? Ему точно не пора к праотцам?"— думал Гарри, стараясь унять дрожь от мысли:"Я следующий, я следующий, я..." Шляпа, едва коснувшись головы Ари, прокричала:"Гриффиндор!!!" Рег морально приготовился идти, как профессор прокричала:"Ричард Поттер!!!" Ему казалось, что на него вылили ведро ледяной воды и бросили в ледяную камеру к другим забытым вещам. Он лишь смутно почувствовал прикосновение к руке и посмотрел, кто это был. Встретившись со взглядом Снежной Дафны, в котором читалось:"Ты не один", он стал спокойнее. Он не позволит Поттерам иметь над ним хоть какой-то контроль. Не позволит. Ричард подошёл к табурету, как на сцену, периодически подмигивая девчонкам с разных факультетов и курсов. Плюсом поступить в Дом Змей для Гарри стало то, что ни одна слизеринка не смотрела на его брата восхищённо. "Как же он всех достал",— злорадно подумал он. Как и в прошлый раз, Шляпа лишь коснулась головы Ричарда, как прокричала:"Гриффиндор!!!" Он с самодовольным видом ушёл к своему столу, где его уже ждали. —Гарольд Поттер, — тут МакГонагалл не смогла сдержать своего удивления и начала недоверчиво осматривать толпу первокурсников. Шёпот Зала снова достиг невероятного шума. Названный закатил глаза и аккуратно "выплыл" из толпы. Дети расступались перед ним, провожая шокированным взглядами. К их счастью, они были такими не одни. Судя по взглядам преподавателей, кроме, разумеется Лилиан Поттер, резко помрачневшей, они тоже не знали о существовании третьего ребёнка Поттеров. "Вообще-то первого",— стало его последней мыслей перед ним, как профессор трясущимися руками надела на него Шляпу. —"Здравствуйте",— подумал он скорее для галочки, чем реально желая заводить разговор с артефактом. Он не в настроении сейчас; оказывается, все эти слухи имеют на него грозадо больше влияния, чем он думал... —"Здравствуйте, молодой человек, — внезапно услышал он у себя в голове абсолютно точно не свой голос. Он едва не дёрнулся, но вовремя вспомнил, что его репутации это лучше не сделает, поэтому сдержался. —Надо же, ещё один Поттер... Лили с Джеймсом прям постарались... "—Сарказм из голоса Шляпы можно было грести ложками, что заставило Гарри немного улыбнуться. —"И не говорите, Госпожа Шляпа" —"Так ещё и не могут позаботиться о них нормально... Ай, что с них взять, Лили всегда интересовалась мнением окружающих больше, чем своей душой, про Джеймса говорить нечего... Но куда же нам тебя отправить, юный Регулус?" — Ему симпатизировало то, что Шляпа называет его вторым именем. —"Туда, где мне будет хорошо. Хоть когда-то" —"Что ж, тогда..." Слизерин!!! — Наконец-то крикнула Шляпа. Большой зал погрузился в гробовую тишину. В ней отчётливо было слышно, как артефакт и Гарри фыркают, после чего мальчик снимает Шляпу, отдаёт её в руки ошарашенной до безмолвия МакГонагалл и идёт к своему столу. Сев за место, которое ему предложил Драко, он с трудом нашёл сестру за другим столом и отсалютовал ей стаканом тыквенного сока. Та, казалось, из-за него цветом лица скоро сравняется с цветом волос, поэтому рядом сидящим детям (как их там? Герми Грейнджер и Невилл Лонгботтом? Как только Наследника такого Рода угодило попасть в его сестру?) пришлось её срочно успокаивать. Ричи же уже активно общался с рыжими близнецами под неодобрительный взгляд...ещё одного рыжика? Сколько их на Гриффиндора? Рыжие сразу отправляются на этот факультет? Когда Рон Уизли тоже отправился ко львам под радостный свисти близнецов, Гарри убедился в своей теории. Как хорошо, что он не рыжий. На следующее утро он получил красный конверт. Его друзья поморщился в отвращении и продолжили завтрак, сказав ему: —Лучше открой его, иначе он сам взорвётся и будет кричать громче. — Он ничего не понял, но привык верить им на слово в вопросах магического мира и открыл конверт. Он в жизни не подумала бы, что Джеймс может так кричать. Особенно когда пьян. А ведь ему говорили, что Лили Эванс-Поттер — умная ведьма. Наступила учёба. К чести МакГонагалл и Дамболдора, совместных пар у первого курса Слизерина и Гриффиндора было мало. Только вот когда были... Обычно начинали либо Драко, либо Ричард. Остальные подтягивались следом, только Гарри стоял в стороне, хотя оба рыжих Поттера активно участвовали в потасовках, да так, что оттащить от ровесников-слизеринцев их могли только или старшие змейки, или преподаватели, не носящие фамилию "Поттер", и оба факультета оставались при своих баллах. Когда проходила Лили — Слизерин терял свои очки со скоростью света. Единственный, кто защищал Слизерин едва ли не собственным телом — Северус Снейп. Гарри зауважал его сразу же, как только узнал, что именно он является деканом их факультета. Всё-таки ссориться со своими — себе дороже. Ещё больше Рег его зауважал, когда тот завалил и Ариадну, и Ричарда на первом же уроке зельеварения. Он, как никто другой, знал, что его сестра учебники за месяц лета, что у них был, ни разу не открывала. И, как выяснилось, их брат ушёл недалеко от неё, ведь ответы на вопросы профессора были буквально в прологе — ознакомлении с возможностями зельеварения. Регулус же предмет, который вёл их декан, сразу понравился. Это было так же легко, как готовить, нужно просто чувствовать, какой продукт что больше любит, как лучше проявляет свои свойства, вкусовые и не очень, как правильно обрабатывать. К концу урока у него получилось его первое зелье. Идеальное. Увидев это, Снейп долго и молча смотрел на него, удовлетворительно усмехнулся и ушёл ругать Невилл и Ричарда за испорченные за зря продукты. Регулус воспринял это, как похвалу. Чёрт, ему действительно нравится зельеварение. Так и прошёл первый курс. Гарри не интересовался, как живёт его сестра, потому что сам он жил прекрасно. Вместе с друзьями они проштудировали всю библиотеку, и они пообещали, что пришлют ему пару книг из личных семейных запахов, какие разрешат родители, пока у него не появится доступ к хранилищам Поттеров. Он улыбался им и думал, что у него самые лучшие друзья. А потом он узнал, что Ариадна и Ричард едва не умерли, зачем-то пойдя туда, где очевидно был их не состоявшийся в прошлом убийца. Интересно, жизнь их чему-то учит? Тем не менее, как только он услышал от Флинта, что его сестра в Больничном крыле, он, сказав, что скоро вернётся, со всех ног рванул туда, даже не зная точно, где оно находится, и встретился с директором. Тот выглядел так, будто, как и сам мальчик, долго бежал. Они пару секунд смотрели в сияющие глаза другого и одновременно побежали. Параллельно Рег анализировал то, что Дамболдор бежит вместе с ним. Для начала, это странно. А потом, это значит, что директора не было в школе, значит его брат и сестра не могли обратиться к нему напрямую. А его заместителем является... Они зашли ровно тогда, когда МакГонагалл извинялась за то, что не поверила им, когда они сказали ей, что камень в опасности. Регулс опешил. Было непривычно видеть обычно строгую МакГонагалл такой... виноватой. Тут, к счастью, вмешался Дамболдор. —Ну-ну, Минерва, — Минерва МакГонагалл...ей подходит, особенно если помнить, какой у неё однофамилец в мире маггловской поэзии, — не стоит себя винить, ты ни в чём не виновата. Никто не мог предугадать, что Волан-де-Морт, — Гарри не понял, почему почти все присутствующие вздрогнули, и посмотрел на директора, подняв бровь. Тот ответил ему медленным кивков, будто обещал объяснять позже. —Главное, что наши смелые Ричард и Ариадна смогли с ним справится, хотя и сильно рисковали, — директор сурово посмотрел на них своими ярко-голубыми очками из-под очков-полумесяцев. — Тем не менее, такую храбрость нельзя не вознаградить, но об этом я скажу уже на Пиру... Гарольд, не поздно ли Вам гулять одному? — Директор был прав: часы пробили комендантский час. — Давайте я провожу до гостинной Слизерина, пока Северус, наш драгоценный зельевар, готовит для Ваших брата и сестры лечебные отвары. — Даже если мальчик хотел отказаться — рука на плече заставила его передумать. — Да, Джеймс, варит он, а кто ещё? Ты? — Директор строго посмотрел на Главного Аврора, который выглядел пристыженным, но не сожалеющим. —Когда тебя в последний раз пустили к котлу — он взорвался. Я не хочу рисковать здоровьем юных Ариадны и Ричарда, — только бы тупой не заметил, как отличалась интонация Дамболдора, когда он говорил имена двух гриффиндорвцев. Гарри заинтересован. Они вышли в пустующие коридоры. По дороге им попадались только старосты, которые очень удивлённо смотрели на слизеринца рядом с Дамболдором — выпускником Гриффиндора. —Доброй ночи, мистер Уизли, а почему Вы тут? Разве Ваш брат не в Больничном крыле? — Спросил директор, когда они встретили Перси. Тот побледнел, хотя казалось, что дальше некуда, и побежал туда, от куда они шли. —Профессор Дамболдор, мистер Поттер что-то натворил? — Спросила Джемма, патрулирующая вместе с рыжиком. По её глазам Гарри увидел, что если он что-то натворил — голову его с плеч. Но только в гостиной Слизерина или в кабинете Снейпа. —Да, мистер Поттер действительно попал в ситуацию. — Улыбаясь, признался директор, пока сердце мальчика пропустило пару ударов от обещания в глазах старосты. — Но не этот. Не подскажите, мисс Фарли, где находится гостиная Слизерина? А то, признаться честно, совсем запамятовал... — Выглядел Дамболдор действительно сожалеющим. У обоих слизеринцев не хватило духу фыркнуть или закатить глаза на такую дискриминацию. —К чему Вам, профессор Дамболдор? Давайте я провожу мистера Поттера до нашей гостинной, — девушка уже довольно болезненно сжала плечо мальчика, он едва не поморщился. —Не стоит, мисс Фарли, — директор посмотрел на неё, как пару минут смотрел на Ричи и Ари. — Мне нужно поговорить с юным Гарольдом о его братье и сестре. Вы же наверняка слышали о том, что с ними случилось? — Рука директора во время разговора мягко заменила женскую ладонь на плече Поттера. Девушка посмотрела ему в глаза с вызовом. Она слизеринка и не собирается так просто отдавать то, что принадлежит её факультету. Разумеется она проиграла, но оба слизеринца знали — это не позор и не конец. Просто... Заметка на будущее. Она быстро переглянулась с Гарри. Любой змеёныш сразу учится понимать себе подобных без слов именно для таких ситуаций. —Хорошо, — наконец-то медленно произнесла она. — Тогда, дойдя до кабинете профессора Снейпа, поверните налево и пройдите до ближайшей картины. Она там одна. Дальше, я думаю, мистер Поттер справится без Вас. —Она едва не зарычала на чужака, но вовремя вспомнила, какую должность занимает этот "чужак". — Доброй ночи, профессор, мистер Поттер, — и она ушла, быстро цокая каблуками, снова оставив их наедине. Весь их разговор убедил Регулуса, что ему срочно нужно задать вопросы. —Профессор? — Обратился к директору мальчик, когда они подходили к подземельям. —Да, юный Гарольд? — Голос Дамболдора был таким, будто он заранее знал, о чём хочет спросить студент. А он может? —У Вас же была сестра Ариадна, не так ли? Директор грустно усмехнулся. —Как же ты узнал об этом? —Это было несложно, — Гарри пожал плечами. — Вы всегда дёргаетесь при имени моей сестры. —Это могла быть моя возлюбленная, — подцепил его директор. —Хорошо, давайте опустим Ваше публичное признание в Вашей ориентации. — О, маленький змеёныш очень не любил, когда его поправляли в его правоте. —Вы никогда не смотрите на неё больше пары секунд, будто она Вам даже внешне кого-то напоминает. Так как Вы сами в молодости были рыжим, предположу, что огненная Ариадна — Ваша сестра. —А ты умён, юный Гарольд. — Глаза директора странно светились, но похвалу мальчик оценил. —Профессор Дамболдор. —Да? —Что с ней стало? — Он серьёзно посмотрел на директора, позволив всему своему беспокойству уже о его сестре отображаться на его лице. Директор молчал, лишь смотрел на картину, до которой они шли. Дракон с неё лишь с любопытством наблюдал за столь редким гостем у его порога. "Неужели он решил просто проигнорировать меня? А мне казалось, мы нормально общались..." — с тревогой подумал Регулус. —Не сегодня, юный Гарольд, — наконец-то ответил Дамболдор. Мальчик не понял. Что? — Я расскажу тебе о ней не сегодня, — профессор снова посмотрел ему в глаза, и теперь Гарри отчётливо видел в них все те печаль и сожаления, которые заставили задохнуться даже его. Как директор с этим живёт?!! — Ты интересовался, могу ли я читать твои мысли. — "Значит, может..." — Правильно думаешь. Если хочешь, я могу прислать тебе список книг, которые могут помочь тебе защитить твой разум. Тебе, как Наследнику, будет полезно. — Рег, не задумываясь, кивнул. — Хорошо... — Директор явно начала мысленно вспоминать что-то. — Тогда, раз мы во всём разобрались, — его глаза снова стали лучиться спокойствием и радостью, только вот снова обмануть у них не получилось. Конечно Дамболдор знал это. — Думаю, тебе пора в твою гостиную? — Он снова посмотрел на дракона, который начал зло выдыхать пар из-за того, что его лишают порции сна. —Спокойной ночи, юный Гарольд. — Он ушёл. Гарри же назвал пароль и пулей залетел к себе в комнату. Его друзья уже спали. Он немного порадовался этому, быстро переоделся и лёг спать. Только уснуть не получалось. Из головы не выходил разговор с директором. Через пару дней у него на тумбе и правда оказался список разных книг. Он запомнил поблагодарить директора позже, спрятал бумажку и побежал на пир, полностью украшенный цветами Слизерина. —Рад вас снова видеть вместе!!! — Начал директор торжественную речь. — Вот и прошёл очередной год в Хогвартсе. Для кого-то он был первым, для кого-то последним, но их связывает одно — тёплые воспоминания о нашем любимом замке. Я хочу поздравить факультет Слизерин за Кубок, но перед этим пару слов. Пару дней назад пара гриффиндоцев проявила недюжинную храбрость и встретилась с опасным врагом. Я хочу наградить Ричарда и Ариадну Поттер за храбрость перед лицом опасности двумя сотнями баллов, — Гриффиндор разошёлся в радостных криках, пока Слизерин вместе с деканом пребывал в шоке. — Я награждаю Гермиону Грейнджер за отличное решение загадок сотней баллов. Так же я хочу наградить Рональда Уизли за лучшую партию шахмат в истории Хогвартса, тоже сто баллов. И за смелость остановить друзей я награждаю Невилла Лонгботтома пятьюдесятью баллами. Похлопаем героям!!! — Он первым же и захлопал, за ним остальные факультеты, слишком долго остававшиеся в тени. Только Слизерину было не до аплодисментов. Особенно Гарри. Он зло смотрел на директора, который, казалось, специально его игнорирует, и пообещала себе, что никогда в жизни не заговорит с этим человеком. Студенты уехали по домам. Окончательно растрёпанные нервы Гарри добили тем, что к Дурслям он поедет один, а Ари переезжает к Поттерам на постоянное проживание, раз уж теперь все знают, что она жива. Мальчик тяжело сглотнул, представь, что будет твориться этим летом в доме четыре на Тисовой улице. На удивление, он остался жив и утром первого сентября 1992 года спокойно добрался до Хогвартс-экспресса одним из первых, заняв купе для себя и друзей. Он даже смог прочитать все книги, что прислали ему друзья и которые посоветовал ему Дамболдор!!! Они оказались действительно полезными, только обида на директора за тот цирк, что он устроил в конце его первого курса всё ещё не прошла. Только к концу поездки он понял, что ни разу не видел ни Ариадну, ни Ричарда. Судя по обеспокоенным близнецам, которые ходили по поезду, их друг тоже пропал. Укол ревности, из-за того, что сестра, с которой они столько прожили, не захотела даже мимолётно увидеть его, снова кольнула его сердце, но уже не так сильно, как в прошлом году. В принципе, не так уж его это и волнует. Больше его волновала милая первокурсница с невероятными глазами по имени Полумна Лавгуд. "Ей так подходит",— мечтательно подумал Гарри. Только ночью он узнал, что его брат и сестра вместе со своим другом Роном, не попадя на платформу девять и три четверти, добрались на грёбанной летающей машине. На следующее утро вопилёры получили уже рыжие дети Поттеров. Гарри злорадно отметил, что их лица уже сливаются цветом с волосами. Не до смеха стало, когда они впервые оказались на уроке по ЗоТИ от Локонса. Им просто повезло, что старшие курсы попросили у Снейпа помощи в подготовке, а тот, пускай и бурча на всё на свете, согласился. Не до смеха стало тогда, когда он впервые услышал шёпот за стенами и, следуя за ним, обнаружил окоченевшую миссис Норисс. Повезло, что он успел спрятаться в заброшенном женском туалете Стало весело, когда он впервые обнаружил Тайную комнату и выгнал от туда маленькую (очередную рыжую!) гриффиндорку. Кажется, снова Уизли. Он не запомнил никого из нынешних первокурсников, занятый мыслями Луне Лавгуд — блондинке-ренквейловке с невероятными глазами, которой с помощью домовых эльфов отправлял букетики незабудок нежного голубого цвета, прямо как её глаза. Стало весело, когда он нашёл дневник Т.М.Реддла, а тот начал нахваливать себя, лишь немного уступая в этом Ричарду. Только после того, как "воспоминания" сказали, что хотят лично познакомиться с Мальчиком-и-Девочкой,-которые-выжили, и не мог бы мальчик принести его к ним — Регулус с ужасом понял, кто это. Когда Том увидел, что его план не сработал, он приказал Василиску посмотреть мальчишке в глаза. Ри не успел среагировать, поэтому ярко-жёлтые глаза встретились с не менее яркими зелёными. В итоге Змей проткнул своим клыком дневник. Всё ещё пребывая в радостном шоке от того, что остался жив, Гарри назвал его хорошим мальчиком. Кажется Василиску это понравилось. Позже он рассказал о Тайной комнате своим друзьям. Те задумались и сказали, что Гарри срочно нужно узнавать свою родословную. Он и сам это понял. В течение года он неоднократно возвращался в комнату Слизерина и общался с Королем змей. Только в конце года Поттер решил, что директор имеет право знать о том, творится в тех местах его школы, куда ему самому не добраться, поэтому, взяв с собой дневник, пошёл к Дамболдору на ковёр. Свою проблему он осознал, только подходя к горгулье. На его счастье, от директора вышла МакГонагалл в весьма печально настроение и с недоумением смотрела на студента, который юркнул в проход за ней. Гарри просто кинул дневник на стол перед директором и поставил перед фактом: —Я нашёл Тайну комнату. Напомните маленькой Уизлиете, что доверять разговаривающим, так ещё и неизвестным, артефактам опасно. Кроме Распределяющей Шляпы, конечно, — он подмигнул артефакту на стене, пускай и не был уверен, что она это видит. Феникс на жердочке согласно чирикнул, и Регулус погладил его по перьям прежде, чем вылететь из кабинета. На пире директор ничего не сказал, поэтому Слизерин получил своё законное первое место. Рег снова поехал к Дурслям. Один. Приезд тётушки Мардж стал настоящей катастрофой. Настолько, что обычно сдержанный Гарри раздул её с помощью стихийной магии. Не дожидаясь, когда его убьют, он собрал свои немногочисленные вещи и убежал из дома четыре на Тисовой улице. Сколько он бежал — он не знает. Только окончательно выдохвшись, он сел на поребрик, чтобы немного передохнуть. Он паниковал, он не знал, что делать, поэтому совсем не испугался когда к нему подошла огромная бездомная чёрная собака. То ли от отчаяние, то ли он тяжести он рассказал ей всё, что происходило с ним за жизнь, рассказал обо всех своих чувствах и мыслях. Он совсем не думал, что сразу после окончания рассказа окажется в объятиях всеми разыскиваемого сбежавшего Сириуса Блэка — по совместительству его крёстного. Он добрался до "Дырявого котла", доплатив за собаку в "Ночном рыцаре", где его уже ждал нерничавший Министр Фадж и главный Аврор Поттер, странно косящийся на его пса. Мысленно поправщавшись с жизнью, Рег слегка наступил Сириусу на заднюю лапу, чтобы тот не рычал, и рассказал, что давно подкармливает эту собаку на Тисовой улице и взял её с собой, когда решил бежать из дома. Кажется, это успокоила Аврора в Джейме, но не фигового отца. На счастье Гарри, именно в этот самый момент в "Дырявый котёл" зашёл Лорд Люциус Малфой. Смотрелся он, конечно, в таком заведении очень не естественно, в отличие от Поттера и Фаджда, но для Рега он стал подобен ангелу, посланного Богом, когда сказал, что до него дошли слухи о затруднительном положении Наследника Поттера, и что его семья с удовольствием примет мальчика в качестве гостя до того момента, пока вопрос с его домом не будет решён. Мысленно Ри зааплодировал этому человеку. Конечно, каждый волшебник, уважающий традиции Магии, понимал, что отказать, не опозоряя свой Род, Джеймс не может. Ооо, Гарри с удовольствием наблюдал, как его псведо-отец, воспитанный в этой среде, краснеет от этого знания. Удивительно, Лорд Малфой согласился взять даже собаку со словами:"Раз уж Наследник Поттер помогает этому животному, значит пёс хороший". Это заставила Джеймса заткнуться. Гарри почти пожалел о том, что они ушли, досадуя, что они пропустят взрыв Главного Аврора. Почти. Приключения у него только начинаются. Уже в Малфой-мэнере, когда вся семья Драко и сам он знали о том, что в гости Гарри привёл им совсем необычного пса, Сириус раскрыл себя, сразу поклявшись Магией, что не посмеет прямо или косвенно нанести вред и уж тем более убить кого-то из семьи, принявшей его. И если Люциус смотрел на Блэка со скепсисом, Нарцисса была рада видеть хоть кого-то из своей родной семьи. А это значило, что и её муж, и её сын взаимно не могут навредить или убить их гостя. Узнав, что Сириус — крёстный Ри, а второе имя мальчика — Регулус, она переглянулась со своим кузеном. Тот по-собачьи оскалился. На вопрос Поттера, что тот задумал, он ответил:"Для начала — очистить имя". С поддержкой Лорда и Леди Малфой процесс оправдание Сириуса пошёл намного лучше, поэтому за казнью Питера Петтигрью, пойманного у Рона, они все смотрели вместе с новоприбывшими Лордом Блэком и Лордом Уизли — Уильямом Артуром Уизли. А потом Сириус рассказал своему крестнику о том, что планирует усыновить его и сделать Наследником Родов Поттер и Блэк. Гарри в жизни не думал, что умеет так крепко обнимать, особенно взрослых мужчин. Третий курс прошёл спокойно. Точнее, настолько спокойно, насколько мог. Ричард и Ариадна нашли новый провод для насмешек над ним — отсутствие таланта в артефакторике. Они распускал слухи, что, может, он не Поттер даже? Заткнулись они только тогда, когда профессор Люпин указал, что они тройняшки, и если он не Поттер — они тоже. Мысленно Гарри себя договаривал:"...я хотел бы не иметь с ними ничего общего". Василиск терпеливо его выслушивал и успокаивал его тем, что когда-нибудь он их съест. Гарри всегда его останавливал от этой затеи, объясняя, что это создаст им лишние проблемы, но всегда улыбался. Забота друзей, василиска и крёстного с его другом Ремусом ему нравилась. А ещё ему нравилась невероятная второкурсница с Ренквейло. Дафна и Панси уже давно поняли, что с ним, и возмущались, почему он всё ещё не рассказал им, а вот парни в душе не чаяли, что с ним происходит и почему его интересует Полумна Лавгуд. Регулус пока что молчал об их собственных взглядах на Панси, Дафну и Асторию — младшую Гринграсс. Лето он провёл в суете усыновления в доме 12 на Гриммо-плейс. Когда они пришли в банк, узнавать родословную Гарри — впали в шок от всего того набора. Смешно... Поттер(по отцу от Флимонта Поттера) — Наследник, основная ветвь; Блэк(по отцу от Дореи Блэк) — предполагаемый Наследник третей очереди; Слизерин(по матери от Салазара Слизерина) — Наследник, вторая основная ветвь; Гриффиндор(по матери от Розьеты Гриффиндор-Слизерин) — Наследник, третья основная ветвь. Они посмеялись и провели ритуал. Так на свет появился Регулус Гарольд Сириус Поттер-Блэк-Слизерин-Гриффиндор Второй. Из-за всех этих новостей он не сразу узнал о событиях на Чемпионате по квидичу. Молча переглянувшись с папой — как Гарри стал называть Сириуса мысленно — они, не сговариваясь, отправились к Малфоям. Они успели весьма вовремя, чтобы застать Люциуса, обычного всего такого важного, напыщенного и собранного, судорожно шагающим по гостинной и ругающимся на чём свет стоит на тех, кто посмел так опозориться. Заметив гостей первым, Драко изобразил на лице настоящее мучение. Немного посмеявшись с друга, Регулус глазами спросил папу, могут ли они идти, а получив согласие, схватил Наследника Малфоя за локоть и увёл на Гриммо,12. Ему стало легче от знания, что семья его лучшего друга в рейде не участвовала. Он знал, что Сириусу тоже. А Ричарду и Ариадне нет, поэтому когда они снова встретились в Хогвартсе — начали высмеивать слизеринцев аля "А ваши родители случайно не были там?! Мали ли, соскучились по старым денькам?!" Такого не могла стерпеть даже МакГонакалл, проходившая рядом, поэтому он сняла с двух своих учеников приличное количество баллов. Регулус впервые почувствовал уважение к ней, как к преподавателю, а не как к просто человеку, потому что видел, что это далось ей тяжело, но она справилась. Он злорадно подумал, что просто Поттеры уже достали декана Гриффиндора. Когда Ричарда выбрали четвёртым чемпионом Хогвартса, Ри тоже злорадствовал. Но когда пятым стала Ари — нахмурился. Смутное беспокойство терзало его. Он так и не смог определиться, что его больше волнует: участие сестры в смертельно опасном Турнире или возможный конфликт школ? Оказалось, что на протяжении всего Турнира Трёх (пяти) волшебников его тревожило будущее возрождение Волан-де-Морта. Когда Ричард и Ариадна вернулись с помощью Кубка и рассказали трясущимися голосами об этом на весь стадион — Регулус поморщился. Идиоты не понимали, что этим сейчас они только поднимут панику в многолюдном месте, что намного опаснее Тёмного Лорда. Зато это понимали преподаватели, поэтому увели двух подростков в Больничное крыло. На следующее утро весь Хогвартс стоял на ушах. Да, их чемпионы выиграли ( Хаффлпафф обижался, но недолго), но какой ценой? Поговарили, что вместо легендарного Аластора Грюма им весь год преподавал Брати Крауч-мл. под Оборотным зельем. Только Регулус, замечая взгляды мерцающих голубых глаз, осознавал, что, видимо, скоро узнает историю из первых рук. И не ошибся. Вечером последнего учебного дня в этом году к нему подошла профессор МакГонагалл и передала пожелание директора видеть его у себя в кабинете, пароль "Шоколадные лягушки". На удивлённый взгляд студента она только подала плечами:"Альбус, что с него взять". И ушла. Парень вспомнил свой давний разговор с директором. Что с него взять? Его самого, по-видимому. Если честно, он немного нервничал, потому что последний его разговор с директором состоял из отравленного дневника и укора в глупости учеников. К чести Дамболдора, он ждал гостя, смотря в окно. Регулус поздоровался с ним, кивнул Шляпе и ласково погладил феникса. Директор молчал. Регулус сел в кресло, не прекращая поглаживать красивую птицу. —Его зовут Фоукс, — наконец-то отозвался Дамболдор, повернувшись к студенту. —Что? — Не сразу понял Поттер-Блэк. —Феникса зовут Фоукс. — Повторил профессор. —И Добрый вечер, юный Гарольд. Кажется я ещё не отвечал на твоё приветствие? — Парень кивнул. — Моя вина. Прошу прощения, ушёл в свои мысли. Столько всего произошло... — Он сел за своё место. — Ты же наверняка слышал, какие слухи ходят, не так ли, юный Гарольд? — Директор смотрел прямо ему в глаза. Поттер-Блэк кивнул, чувствуя себя странно спокойным. "Видимо, это влияние Фоукуса", — любяще подумал Регулус. Феникс ему нравился, и, судя по всему, он нравился фениксу. —Это слухи полностью верны, — объяснил Дамболдор. Спокойствие как рукой сняло, и Рег поражённо посмотрел на директора. —Помниться, я обещал тебе рассказать, что случилось с моей Ариадной? — Регулус смутно помнил это обещание директора, но кивнул. — Что ж, я думаю, пришло время рассказать... Ты наверняка знаешь историю Геллерта Грин-де-Вальда? — Мальчик снова кивнул. —Так и думал... Но что, если я скажу тебе, что мы жили в соседних дома? — Видя, что слова имеют вес, Дамболдор продолжит. —Если скажу, что мы дружили, и я даже был влюблён в него? Что все планы по захвату маглов мы придумывали вместе? Парень сидел неподвижно. В это...было сложно поверить. —Клятва на крови, — наконец-то просипел он, а на поднятую бровь профессора объяснил. — Клятва на крови. Между Вами и Грин-де-Вальдом. Из-за неё Вы двадцать лет избегали прямого противостояния с ним, не так ли? — Поттер-Блэк был бледнее Смерти, но старался храбриться. "И как только он оказался на Слизерине?"— подумал директор, но, вспомнив, что сделал его отец, быстро нашёл ответ на свой вопрос. —Всё верно, юный Гарольд. Как ты думаешь, что было между этими двумя событиями? Слизеринец задумался. Дамблдор утверждал, что идеи, предложенные Грин-де-Вальдом — это их идеи. Тем не менее, именно он противостоял своему возлюбленному... А если приплести к этому их главную тему... —Как Ариадна повлияла на Вас? Или на Геллерта? Хотя, скорее на Вас... — Через пару минут спросил студент. —Знал, что ты догадаешься, — директор покачал головой и уставился в пол, вспоминая. — Наш брат Аберфорт пытался доказать мне, что идеи Геллерта опасны, но я ему не верил, не слушал его, пока он не подключил Ариадну. Я тоже старший в семье, и, думаю, ты понимаешь, как на меня повлияли слёзы младшей сестры,— он грустно усмехнулся. Рег кивнул. —Я попробовал убедить Геллерта отказаться от физического унижения маглов, предлагал другие способы, но тот даже слушать не хотел. Мы устроили дуэль... — Дамболдор тяжело сглотнул. Регулус молчал. — Она стояла рядом...я до сих пор не знаю, чьё заклятие попало в неё, но... —Вы думаете, что это были Вы, — упавшим голос произнёс парень то, что осталось в воздухе. Директор усмехнулся и кивнул. Больше любых слов. —После этого я окончательно разочаровался в нашем деле, оборвав все связи с Геллертом, сжигая все записи о нём, все воспоминания, решил посвятить себя всего тому, чтобы такого никогда не повторилось... И в связи с этим... — Дамболдор тяжело выдохнул, дав понять парню, как же ему надоели эти войны, — расскажи мне, что ты думаешь об идеях юного Тома, которого встретил на втором курсе? — Глаза директора ничего не выражали, и Рег понял — его проверяют. Он и рассказал. Всё рассказал. Из кабинета он вышел глубокого под вечер, прячась от каждой тени, в новообретённом статусе двойного шпиона. Вот чёрт. Лето прошло в тревоге. Сириус пару раз посетил собрание Ордена Феникса по приглашению Дамболдора, но прекратил после очередной драки с Джеймсом. Второй раз в жизни Регулус слышал, как его псведо-отца поливают грязью за его спиной, и смеялся до боли в животе. Всё-таки у его бывалого и пробывшего двенадцать лет в Азкабане папы лексикон оскорблений был явно больше, чем у маленьких первокурсников. Парень старательно записывал новые слова. Новый учебный год начался с очередного цирка — первые шаги к Волан-де-Морту и Амбридж. Благо, Регулус хотя бы к этой министерской жабе был к ней готов, Драко рассказал ему о том, как Лорд Малфой ругался в кругу семьи на идиотские решения Фаджа, отправившего в преподаватели ЗоТИ свою верную слугу. А вот Ричард с Ариадной нет, поэтому нарвались на отработки у неё. Только через пару таких походов Гарри заметил у них на руках надписи:"Я не буду больше лгать". И, как бы он не относился к их постоянным попыткам доказать, что Волан-де-Морт жив, он не мог это терпеть. Пара писем — и Фадж срочно вызывает Амбридж помогать ему. Та с сожалением покинула школу. Спокойнее выдохнули даже слизеринцы. А потом к ним пришёл Руфус Скримджер с привычной слизеринской ухмылкой. Заодно, при несколько странных, но неплохих, обстоятельствах, Гарри впервые за четыре года смог поговорить с Луной Лавгуд. Оказалось, они оба видят тестралов. Девушка воодушевлённо рассказывала ему об этих магических существах, а он не мог оторвать от неё взгляда. Правильно говорят:"Когда человек рассказывает о том, что ему нравится, он становится ещё красивее". И до этого по уши влюблённый Регулус понял смысл этой фразу в полной мере. Он проводил её до её гостинной. Уже после ответа на загадку от ворона, она сказала, что прекрасно знает, кто отправлял ей все те подарки, открытки и цветы, улыбнулась и ушла. Рег чувствовал себя идиотом, пока стоял там, глупо улыбаясь, и неотрывно смотрел на ворона. В чувство его привело знакомое покашливание. Обернувшись, он увидел усмехающегося Драко, которого, к счастью или к сожалению, в этом году сделали старостой. —И как долго ты там стоишь? —Буркнул Регулус. —О, достаточно, чтобы понять, почему Дафна и Панси так странно и зло на тебя смотрят, уже которой год. — По голосу Малфоя было очевидно, что он пытается сдержать смех. Подойдя ближе, он похлопал друга по плечу. — Ладно, не переживай, Ромео. Будешь ты со своей Луной. От этой мысли Регулус улыбнулся. Лето перед шестым курсом прошло... напряжённо. Сириус больше не ходил к Малфоям по их собственной просьбе. Гарри объяснил ему, почему они решили предпринять такие меры. Его папа, слегка оскроблённый тем, что его считают беспомощным, всё-таки согласился, что лезть прямо в пасть ко льву — это слабоумие, а не отвага. Иногда к ним заскакивает Ремус. Он старался рассказывать только хорошее о деятельности Ордена Феникса, но в его золотых глазах явственно читалось:"Всё идёт не очень". Блэки не могли винить их в этом: люди всё ещё не верили в возражение Волан-де-Морта. Ремус стал у них ночевать, а позже жить. Иногда он и папа напивались; тогда Регулус оставлял их. Он понимал, что есть вещи, которые они не захотят рассказывать ему, даже если бы он с рождения был самым настоящим Блэком. Есть просто... что-то. С их поддержкой, он решил так же активно вступить в игру. Он, ещё в начале пятого курса попросив Малфоев говорить о нём перед Тёмным Лордом, сам пришёл к нему на ковёр. А тот, лишь удивлённо поднял бровь, но принял его, помня слухи о его семье, и довольно шипел, пока ставил на его предплечье Тёмную метку. Регулус старательно делал вид, что не понимает слов, и старался запихнуть воспоминания о своей родословной как можно глубже, выставляя на поверхность то, что хотел показать. Этому его научит папа, когда они изучали легеллеменцию и, в первую очередь, окклюменцию. Он старательно игнорировал взгляды Снейпа, Драко, Панси, Дафны, Блейза и Тео. В школе игры продолжились. Он даже несколько завидовал своим друзьям, но те, к счастью, его не бросали одного и обсуждали с ним свои планы, хотя и знали о нелёгкой доле. но он Свой же, да? Тёмная метка есть — значит свой. Иногда он убегал к декану, от Дамболдора зная, что тот играет двойного агента ещё с первого террора Волан-де-Морта. Именно так он узнал про шкаф. Именно так он узнал о плане убийства Дамболдора. Именно так он узнал, что директор умирает, и от страха за ночь придумал рецепт восстановления. Утром он прискакал к декану с огрызком пергамента, не спав ни минуты. Тот посмотрел на него, как на душевнобольного, что было недалеко от правды, забрал листок и уложил спать. К этому моменту силы покинули Регулуса, поэтому он не сопротивлялся и уснул, как только его голова коснулась подушки. Проснулся он только под вечер. Первое, что он увидел — смотрящего на него в глубокой задумчивости Снейпа. —Сработало, мистер Блэк. — Это уже сказало Регулус невероятно много, но декан всё ещё беспокоился о чём-то. — Вы молодец. Парень замер. Но вместо объяснений профессор просто выгнал его в гостиную, сказав, что если Рег забросит зельеварение — лично четвертует и скажет, что так и было. Парень ещё долго сидел в шоке, пока его друзья хихикали. И во всём это безобразии он не забывал продолжать присылать Луне с помощью домовиков цветы и приятные ей мелочи. Теперь, когда они стали ближе общаться, он лучше знал её и её вкусы. Это мысль заставляла его улыбаться. В голове всё чаще и чаще появлялась идея подарить кое-что ещё. Он усмехался. Он найдёт лучшее. Конец года снова ознаменовался каким-то цирком. Директор как раз вернулся с Ариадной и Ричардом из пещеры, где, как он объяснял Гарольду, с которым также иногда встречался, находился крестраж, как дневник со второго курса Поттеров, когда их застали Пожиратели Смерти, включая Снейпа, Малфоя и Блэка. Регулус смотрел на своего друга, персональным заданием которого было убить Дамболдора, видел, как решимость всё сильнее разгорается в глазах Снейпа, как нетерпеливо скачет Лестрейндж, и поднял палочку. Его рука не дрогнула, когда он кинул в директора заклятие, заставившее его упасть с Северной Башни. Как хорошо, что там уже лежало тело директора, благодаря которому Минерва, втянутая в их план в последнюю минуту, смогла поймать Альбуса с помощью Левиосы и быстро затянуть в одно из окон. В конце концов, ей ещё делать вид, что Дамболдор мёртв, а вниз ещё бежать нужно. Она, с улыбкой вспоминая свои школьные годы и квидич, побежала на первый этаж. Обнаружение тела, траур... Всё как обычно и ни у кого не возникает сомнений. Единственное, что они не учли — дурацкая Бузинная палочка. Когда они все снова вернулись к Тёмному Лорду, он был доволен и даже похвалил Регулса за то, что тот вовремя осознал, какая сторона правильная. Парень не думал о том, что он на самом деле хочет сказать ублюдку, из-за которого он двенадцать лет проторчал у маггловских родственников и в тени сестры. Он слышал о свадьбе Лорда Уизли и Флёр Делакур — ещё одной участницы Турнира Трёх(пяти) волшебников, но не придавал ей большего значения, пока Беллатриса не предложила напасть на них в этот самый момент. Лорд поддержал. К счастью, он понимал, что пока что его юных последователей не стоит компрометировать, поэтому позволил страшим сделать свою работу. Регулус молился, чтобы его брату и сестре хватило мозгов на самозащиту. "Хватило" , — тупо думал он, не находя их за столом Гриффиндора. Судя по взгляду его псевдо-матери, она тоже не в восторге. Сказать, что он испугался, когда увидел Луну у Малфоев — ничего не сказать. Им повезло, что следить за ней поставили именно его. А потом были Ричард, Ариандна, Рон и Гермиона, которые помогли ей сбежать, и он выдохнул, натирая Тёмную метку до красноты. Как же он её ненавидел. И Тёмного Лорда тоже. — Ариадна!! Ари!! — Кричал он в поисках своей сестры, зажимая рану на шее, оставленную поистине безумной змеёй Тёмного Лорда. Он целый год не мог нормально поговорить с ней, потому что она и Ричард весь год искали крестражи Волан-де-Морта. И если на брата ему было кристалически всё равно, они друг другу чужие люди, о сестре, с которой прожил не один год, он волновался. — Регулус!! — Услышал он любимый голос рядом и на рефлексах повернулся. У него возникло огромное желание её поцеловать. — Рег, пойдём. Ты потерял слишком много крови, если бы не профессор Снейп... — Луна тяжело сглотнула, и он почувствовал себя виноватым. — Ариадна Лилиан Поттер! Возьми себя в руки! — Кричал он на сестру и забрал полупустую бутылку из её рук. Понюхав, Регулус скривился. Это пойло... Даже пойлом назвать было нельзя, слишком хорошо получилось бы. Его сестра — волшебница— решила, что огневиски для неё — слишком просто, поэтому пила какую-то невероятную смесь водки, виски и мартини. —Отдай! — Потребовала девушка и потянула руку к адской смеси. —И не подумаю, — прошипел он ей прямо в лицо, пугая до икоты. —Да какое тебе дело?! — Снова вспылила она. —Раз ты справился, — она была права: он единственный из детей Поттеров, кто нормально живёт, утвердя статус Лорда Поттера-Блэка, женившись, став преподавателем ЗоТИ, Мастером зельеварения и вторым деканом Слизерина в Хогвартсе. —Значит и мы справимся! — Она всё-таки смогла выхватить бутылку у него из рук. Его терпение лопнуло. Да, ему было плевать Ричарда и на мужа Ариадны, что валялись в пьяном угаре за её спиной, но ему было не всё равно на человека, с которым он прожил всё детство помня, что это его единственная семья; на человека, о котором он заботился как старший. Он впервы вступил в открытое противостояние с сестрой, поселив её наркологическое отделение Св.Мунго. Больше он о ней не вспоминал, целиком уйдя в семейную жизнь с папой и любимой женой.