Часть 1

      Луна плыла по небу, холодная и безразличная, заливая мир серебристым светом. Её отражение дрожало на чёрной глади воды, разрываемой пенными гребнями волн. Селена стояла на берегу, босая, её длинные серебряные волосы, словно лунные лучи, струились по плечам, смешиваясь с морским ветром. Её светло-серые, почти бесцветные глаза смотрели на горизонт — туда, где небо целовало море, а море отвечало ему яростными объятиями.       Она чувствовала, как океан дышит — глубоко, тяжело, подчиняясь не её воле, а его.       Рафаэля.       Бог морей был силой, против которой даже её божественная власть казалась слабой. Он правил приливами и отливами, а она — лишь освещала их путь. Но этого ей было мало. Она хотела большего.       — Ты снова здесь, — раздался голос за её спиной.       Селена не обернулась. Знакомый шёпот волн, тёплый, как летний бриз, обволакивал её. Рафаэль подошёл ближе, его босые ступни оставляли влажные следы на песке. Капли солёной воды стекали с его кожи, сверкая в лунном свете. Он был таким же неукротимым, как само море — с тёмными, как глубина океана, волосами и глазами цвета штормовых вод.       — Ты знаешь, почему, — ответила Селена.       Он вздохнул. В его взгляде плескалось море — глубокое, бесконечное, живое.       — Ты хочешь того, что не должно принадлежать тебе.       — А разве я не достойна? — Она наконец повернулась к нему. Лунный свет скользил по её лицу, подчёркивая холодную, почти ледяную красоту. — Я — Луна. Я освещаю ночь. Почему я не могу управлять тем, что касается моих лучей?       Рафаэль протянул руку, коснулся её щеки. Его пальцы были тёплыми, несмотря на вечную влагу.       — Потому что море — это не просто вода. Оно — жизнь. И если ты подчинишь его себе, оно умрёт.       Она отстранилась, её серебряные волосы метнулись, как вспышка молнии.       — Ты преувеличиваешь. Я не уничтожу его — я сделаю его сильнее.       — Сила не в контроле, Селена. Сила — в гармонии.       Она сжала кулаки, её ногти впились в ,бледные ладони.       — Ты говоришь так, будто я не знаю, что делаю.       — Ты знаешь. Но тебе всё равно.       Селена шагнула вперёд, её глаза вспыхнули, словно отражение луны в ледяной воде:       — Ты мог бы помочь мне. Мы могли бы править вместе.       Рафаэль покачал головой:       — Море не подчиняется никому. Оно свободно.       — Тогда ты не оставляешь мне выбора.       Он смотрел на неё с грустью.              — Всегда есть выбор, даже когда речь заходит о богах.       Но она уже решила.       Ветер стих. Волны замерли, будто затаив дыхание. Селена подняла руку, и лунный свет сгустился в её ладони, превратившись в холодный, острый клинок из застывшего лунного камня.       — Прости, — прошептала она.       Её пальцы дрожали вокруг рукояти клинка — не от страха, а от бешеного пульса власти, наконец-то оказавшейся в шаге от обладания. На миг ей показалось, что клинок весит как целый океан, но мысль о будущем господстве снова сделала его лёгким, как лунный луч.       Рафаэль не сопротивлялся. Он стоял перед ней, зная, что не сможет убедить её.       — Я любил тебя, — сказал он.       Последнее, что она почувствовала перед ударом — горький вкус соли на губах, и не поняла, море ли это или её собственные слёзы. Клинок вошёл в его грудь легко, словно море само расступилось перед её волей.       Рафаэль упал на колени. Вода вокруг него потемнела, окрасившись в глубокий багровый оттенок.       — И я тебя, — ответила Селена, но её голос дрогнул лишь на миг.       Она опустилась рядом с ним, взяла его голову в руки. Его глаза, ещё секунду назад полные жизни, теперь были пусты.       Море взревело.       Волны поднялись выше, выше — и замерли.       Теперь они слушались только её.       Позже, когда кровь смыло с её рук, Селена стояла по пояс в воде, держа голову Рафаэля. Лунный свет окутывал её, но тепла в нём не было.       — Мы могли бы… — начала она, но голос сорвался.       Море молчало.       А в его глубинах что-то навсегда погасло.