Мелководье

Сон пришёл, как всегда, внезапно — мягко затянул сознание, растворив границы между реальностью. Я открыла глаза, и оказалась в странном месте, будто вырванном из другого времени. Передо мной стоял массивный дубовый стол, укрытый бордовой тканью. Туман обвивал ноги, липкий и тёплый, будто пытался дотронуться до моего тела. В воздухе витала напряжённость. — Ты пришла, — раздался голос за спиной. Бархатный, низкий, узнаваемый до дрожи. Я обернулась — и увидела его. Борис. Такой, каким помнила его: высокий, опасный, в его присутствии хотелось и раствориться, и исчезнуть, и принадлежать. Он подошёл ближе, взгляд на мгновение задержался на моих губах. — Я скучал по тебе, — произнёс он, и его глаза медленно скользнули вниз по моему телу от чего все внутри сжалось. — Мне очень не хватает тебя — чуть тише ответила я. Борис медленно подошел ко мне, будто боялся спугнуть и нежно обнял. Меня тут же обдало жаром по всему телу от его прикосновений. Я чувствовала его дыхание, тепло.. Он прижал меня к себе — и я без слов прижалась к его груди, стараясь уловить биение сердца — просто чтобы знать, что он здесь, что он живой. Его пальцы легли мне на талию — легко, почти невесомо, но тело отреагировало будто на удар: кожа загорелась там, где он коснулся. Он молчал. Только смотрел — близко, прямо в глаза, как будто искал в них ответ. Я не двинулась. Даже не дышала. Он склонился чуть ниже. Его щека едва коснулась моей. Горячая. Живая. Я почувствовала, как напряглись его руки — словно он сдерживал себя. — Скажи, что ты не исчезнешь, — прошептал он мне в ухо, и голос дрогнул. Совсем чуть-чуть. Я не знала что ответить, но и не отстранилась. После его слов между ног тут же начало пульсировать. Внутри резко напряглось, всё внимание тела сосредоточилось там. Я почувствовала, как стала влажной. Щёки горели, но больше всего хотелось, чтобы он дотронулся именно к этому месту. — "Если он это заметит — мне конец", — подумала я про себя и отвела взгляд. Он не сделал ни шага назад. Только дышал — неровно, тяжело, так, что я услышала это рядом с ухом. Один выдох — горячий. Второй — почти срывался. Я снова посмотрела на него. Глаза Бориса были темнее обычного, будто затянуты дымом. Его челюсть напряглась, и на долю секунды он прикрыл глаза, как будто сдерживал что-то гораздо сильнее желания. Его рука сжалась на моей талии — пальцы дрожали. — Мне тяжело здесь, — выдохнул он, не отводя взгляда. — Я хочу быть рядом. Он говорил тихо, но в голосе ощущалась сдержанная сила, будто он боролся с собой и всё равно шёл вперёд, не позволяя себе отступить. Его рука легла на мою шею, пальцы коснулись кожи, и внутри всё дрогнуло. — Я почти закончила расшифровку книги, — прошептала я. — Осталось немного. — Т/и, я хочу чтобы ты была со мной. Моя, — его голос стал ниже. — Я сделаю всё, чтобы это стало возможным. Он склонился ближе и вдруг поцеловал меня в губы — резко, требовательно, будто рвался к этому слишком долго. Он прижал меня к себе, вцепился рукой в мои волосы и потянул назад, обнажая шею. Я выгнулась, сдержав тихий стон. Он целовал мою шею жадно, с каждым прикосновением становясь всё более нетерпеливым. Его ладони скользнули по моим бокам и стянули мокрую майку. Я осталась обнажённой по пояс, грудь напряглась под его взглядом. Он наклонился, поцеловал её медленно, с напором, затем снова и снова. Сжал ладонью — в ответ я не сдержалась и застонала, сладко и тихо, голова откинулась назад. Он снял с меня нижнюю одежду, внимательно рассматривая. Медленно опустил трусики, не отрывая взгляда от моего тела. В этот момент его глаза задержались на самой интимной части, оценивая меня. Борис встал между моих ног, схватил меня за бёдра и потянул чуть ближе к краю стола. Я зацепилась пальцами за ткань, пытаясь сохранить хоть какое-то равновесие. Он посмотрел мне в глаза. Долго, пристально. И в этот момент опустился вниз, на колени. Я не успела даже вдохнуть — его рот коснулся меня резко. Он не был нежен, не тянул — просто начал. Его язык двигался чётко, без суеты, будто знал, чего я хочу даже раньше меня. Он снова поднял глаза, не отрываясь от движения. Держал меня этим взглядом так же, как и руками — крепко, жёстко. Я задыхалась. Бедра дёрнулись, но он только крепче сжал их, не давая мне двинуться. Его лицо было между моих ног, движения становились всё более напористыми. Я чувствовала каждый раз — точно, настойчиво, и это срывалось в дрожь по всему телу. Он не отводил взгляд, смотрел мне прямо в глаза, пока доводил до грани. Внутри всё напряглось, ноги предательски задрожали. Я не могла выпрямиться — руки сжали край стола, как будто он был единственным, за что можно было зацепиться. Дыхание рвалось из горла, короткими толчками, грудь тяжело поднималась. Когда я поняла, что больше не выдержу, было уже поздно. Оргазм накрыл резко, без предупреждения. Всё тело выгнулось, живот дёрнулся, из горла вырвался стон, — Борис!.. — слишком громкий, чтобы его можно было скрыть. Я сжалась, словно вся суть сосредоточилась в одной точке. Он не отстранился. Закончил всё до конца. Я дёрнулась пару раз, как будто ток прошёл по телу, и упала обратно на ткань — волосы раскинулись, ноги не слушались. Сердце колотилось в груди, лицо горело, тело ещё подрагивало. Я только смотрела в потолок, не в силах сразу прийти в себя. Он поднял голову, провёл рукой по губам, и наконец-то заговорил: — Какая ты вкусная. Он встал, не сводя с меня глаз. Лицо его было спокойным, но по взгляду — хищному, довольному — было ясно: он знал, что сделал, и наслаждался тем, как я выгляжу сейчас. Я всё ещё лежала, растрёпанная, с влажной кожей, сбившимся дыханием и трясущимися ногами. Он протянул руку — я взяла её, села, облокотившись на плечо. Он потянулся к пуговицам рубашки и начал расстёгивать их одну за другой. Движения были выверенные, намеренные, без спешки. Я смотрела, как открывается его грудь, как играют мышцы под кожей. Провела ладонью по животу, чуть ниже — где раньше была рана. Кожа чистая, гладкая. — Она исчезла, — выдохнула я, не столько в удивлении, сколько в подтверждение самой себе. Он ничего не ответил. Только подвинулся ближе, взял меня за подбородок и снова поцеловал. Уже не с жадностью, как раньше, но с твёрдым нажимом. Этот поцелуй был не лаской — скорее, утверждением. Что я — здесь, что он — рядом. Его рука скользнула мне на затылок, сжала волосы, потянула назад. Я снова запрокинула голову, выдохнула. — Мне мало, — сказала я. Голос звучал сдавленно, но уверенно. — Я хочу ещё. Он смотрел внимательно. Будто проверял — не игра ли это. А потом коротко кивнул, наклонился и прошептал: — Жаль.. Не здесь.. Не сейчас. Я не поняла сразу, что он имел в виду. Но он уже снял с плеча свою бордовую рубашку, накинул её на меня. Она пахла им — телом, похотью, чем-то резким и родным. Я крепче прижала ткань к себе. Он снова приблизился, лбом коснулся моего. Его руки были по бокам от моего лица, дыхание касалось щёк. — Т/и дождись меня, прошу. Я хотела что-то сказать, но он исчез. Всё исчезло. Я открыла глаза резко, как после падения. В груди ещё билось сердце, дыхание было тяжёлым, будто я бежала. Комната. Тьма. Койка. Я подняла руку — пальцы сомкнулись на ткани. Бордовая рубашка, она была на мне. Я была под одеялом, совершенно голая. Запах — тот же. Его. Он действительно был рядом.