8. "Поцелуй меня".

      Гермиона не вспоминала о Драко следующие несколько дней. Только однажды, и то, разговаривая с бабушкой о Нарциссе. Грейнджер было приятно вспомнить, как двое взрослых людей неизменно следили за ее дебютом на сцене каждый раз, как вручали ей огромные букеты и благодарили за то что она — это она.       Вдохновившись воспоминаниями и приятными словами миссис Малфой, Гермиона почти мчалась в зал, чтобы позаниматься сегодня вечером. Хотелось снова окунуться в заученные связки, в музыку и движения, снова почувствовать себя прекрасным лебедем на сцене, пускай на самом деле она была всего лишь в классе перед зеркалом.       Зал встретил ее темнотой и тишиной. Буквально пахло чистотой и идеальным порядком. Гермиона улыбнулась, включая лампу на стойке администратора, вспоминая, как отчитывалась каждый день Луна о проделанной работе. Подруга действительно буквально спасала Гермиону.       Бросив сумку на стойке, Гермиона сразу же сбросила и свитер туда же, оставаясь в лосинах и топе. Ее ноги были по обыкновению облачены в теплые угги и гетры, чтобы связки всегда оставались теплыми. И только девушка подошла к двери в класс и коснулась выключателя, как дверь позади с грохотом отворилась. Гермиона обернулась так резко, что хлыстнула себя своими же волосами. Ее дыхание сперло, а глаза округлились до неимоверных размеров. Тотальный шок и недоумение накрыли ее, как лавиной.       — Боже! — закричала девушка, бросаясь навстречу вошедшим.       Драко, закинув руку на плечо Блейзу, почти висел на мужчине. Его лицо было всё в крови, расстегнутая на груди мастерка была тоже грязной, а волосы слипшимися от пота.        — О, Грейнджер, — Малфой поднял голову, — привет.       — Он что, пьяный? — спросила Гермиона, подбегая к Блейзу и помогая ему дотянуть Драко до дивана, — почему он весь в крови?       Забини уронил Драко на диван, отряхивая руки. В его глазах была злость и растерянность одновременно. Он даже не знал, с чего начать разговор.       — Он победил, — ответил Блейз, сжав зубы.       — И что? Почему он здесь в таком состоянии? — истерила Гермиона, чувствуя, будто Драко очень сильно нужна была помощь. Он явно не должен был быть здесь сейчас.       — Я не могу завезти его никуда, нам буквально не давали прохода, — Забини отошел и закрыл дверь в зал изнутри, — папарацци везде, фанаты. Я и так еле уехал.       — А врач? У него же должен быть врач! Почему ты не завез его в больницу? — Гермиона сорвалась к стойке администрации, чтобы отыскать там аптечку.       — Он попросил завезти его сюда, — хмыкнул Блейз, скосив глаза на друга.        Малфой полулежал на диване, не отрывая взгляд от Гермионы. Она суетилась, паниковала, смотрела на него, как на подбитого котенка. И вот такой она нравилась ему больше, чем когда кричала на него.       — Боже, — выдохнула девушка, присаживаясь возле Малфоя на диван и не зная, что ей делать с новой информацией и с таким состоянием парня.        Аптечка в ее руках дрожала, так же, как и все внутренности. Казалось, что она вот-вот отключится сама от накатившей истерики.

***

      У Малфоя плыло изображение перед глазами, но эти сумасшедшие кудри он все равно распознал. Не видел, но чувствовал испуганный взгляд Грейнджер и сбитое дыхание. Ему казалось, что она вот-вот начнет задыхаться. Но задыхаться начал он.       Нежное прикосновение опустилось на его лицо, сменяясь жгучей болью. Гермиона сложила губы трубочкой и подула на место, куда приложила смоченный в перекиси бинт.        Она аккуратно обрабатывала все его лицо, бегая глазами по каждому синячку и ссадине. Второй рукой аккуратно убирала с лица волосы, зачесывая их чуть назад, чтобы они не лезли в глаза.       — Ты такая красивая, — состояние бреда и вредило Малфою, и одновременно помогало.        Он мог сказать все, что думает. Точнее, он даже не думает. Изо рта вырывалось все, что сидело уже давно на языке.        Гермиона выдохнула через рот, приоткрывая его, и убрала руку от лица Малфоя. Взяла сухой бинт и прошлась везде еще раз, вытирая кровь и влагу.       Грейнджер уже не думала о том, трезв ли Малфой. Она понимала, что дело не в алкоголе. Дело в травмах и адреналине, что гонялись в его крови.       — Мне… — она запиналась, глядя на открытую ее взору грудь Драко, — нужно расстегнуть… может там…       Забини услышал ее несвязный лепет, видел, как девушку всю трясет, видел, как блаженно смотрел на нее Малфой и чувствовал себя третьим лишним. Не зная, куда себя деть, он ушел по направлению в зал Драко, чтобы хотя бы найти ему там чистую одежду.       Гермиона не заметила, что они остались вдвоем с Драко. Аккуратно коснулась собачки на молнии и потянула вниз, чтобы открыть себе новую площадь для осмотра.       Она шумно выдохнула, когда увидела голый мокрый торс, покрытый гематомами и ссадинами в некоторых местах, из которых шла кровь.       Грейнджер вдруг подняла обе руки и запустила пальцы в свои волосы, чтобы собрать их.       Драко все еще пялился. Не знал, что на него так действует: зашкаливающая боль или до ужаса красивая, такая заботливая Грейнджер. Как она закручивала свои волосы на макушке, как очерчивались мышцы ее изящных рук, как смотрели на него ее поглощающие глаза.       — Грейнджер, — хрипло позвал Драко, когда девушка коснулась его пресса смоченным бинтом.       — М? — кажется, Гермиона ответила на автомате, не поднимая глаз. Она старалась аккуратно стереть кровь, обработать рану, чтобы не причинить еще больше боли.       Малфой плавился под ее прикосновениями, хотя ему на самом деле так больно как сейчас не было никогда.       — Поцелуй меня, — Драко неотрывно смотрел за движением глаз Гермионы, которая вмиг прекратила свои действия. Ее руки зависли на его торсе, а она не могла поднять на него глаза.       Грейнджер почувствовала, как колотится ее сердце. Точно так же, как колотится чуть выше ее руки сердце Драко.       Она подняла на него глаза, и в этот момент весь мир воспламенился вокруг них.

***

      Гермиона даже не понимала, что давит смоченным в перекиси бинтом на рану Драко, доставляя ему ужасную боль. Ей казалось, что все вокруг исчезло, а в ушах начало звенеть. Серые глаза напротив вдавливали ее в диван, заставляя буквально прирасти к нему и не шевелиться.       Никто не смотрел на нее так. Ничей голос не звучал никогда так. Ни один момент в жизни не ощущался никогда так.       Эмоции вмиг вспыхнули внутри, затмевая друг друга. Одновременно с кипящей злостью где-то внизу живота бурлило пронзающее насквозь возбуждение. Трепет вперемешку с желанием стереть с лица Малфоя блядски красивую ухмылку. Желание ударить его, снова накричать, в итоге померкло.       — Я… — Грейнджер убрала руку от Малфоя, и он тут же обхватил ее запястье, не позволяя отстраниться.       Она выдохнула, когда Драко потянул ее на себя, едва ли не заставляя свалиться на его грудь. Они неотрывно смотрели друг на друга, будто состязаясь одними глазами. Гермиона тяжело дышала, чувствовала, как так же дышал Драко, опаляя ее своим дыханием. Что-то странное происходило внутри, и Грейнджер чувствовала, что ее уносит.       — Я не знаю, что хочу больше, — выдохнула, приближаясь к его губам еще ближе. Только сейчас заметила, что на них тоже кровь, — ударить тебя или поцеловать.       Призналась вслух. В первую очередь себе. Понимает, что мысли, что она так долго отталкивала от себя, все же настигли ее. Накрыли с головой, заставляя сердце биться чаще.       — Все, что хочешь, — Малфой коснулся второй рукой ее спины, задевая голый участок кожи.        Грейнджер вздрогнула. Почувствовала, как напряглись ее соски. Как сильно ее манили слегка приоткрытые разбитые губы. Подняла взгляд на Драко, в последний раз встречаясь с расширенными зрачками.       Их губы наконец встретились. Гермиона почти лежала на Драко, когда ее ладошка коснулась его лица. Она аккуратно сминала нижнюю губу Малфоя, когда услышала приглушенный стон, а затем почувствовала, как его пальцы сжались сильнее на ее спине. Вторая его рука все еще держала ее за предплечье, будто не давая отстраниться, прижимая к себе сильнее.       Драко успел запустить свой язык во влажный рот Грейнджер, и теперь была ее очередь стонать. Он почувствовал ее вкус вперемешку с привкусом крови. Почувствовал, как она нежно гладила его лицо, жалась к нему, не выпуская его губы из своих.        Они сходили с ума. Вдвоем.       Драко не мог представить, что она действительно поцелует его. Не мог даже вообразить, как охуенно это будет. Он думал об этом, и в его мыслях это не было так.       Гермиона не могла представить, что ее чувства к Драко обернутся против нее. Вся злость, все, что она копила в себе, сменилось на противоположное. Все взорвалось, и Грейнджер не сопротивлялась.        Они отстранились друг от друга, когда воздух закончился. Прижались лбами друг к другу и не открывали глаз, вбирая в легкие кислород.       — Я знал, что это поможет, — выдохнул Драко и хмыкнул, — теперь у меня ничего не болит.       Гермиона улыбалась, выдыхая воздух через нос. Она все еще касалась лица Драко ладонью, не желая прерывать их контакт.       — Ты такой придурок, Малфой.

***

      Губы горели, пока Гермиона еще минуту смотрела на Малфоя. Улыбалась, видя его блаженную и одновременно нахальную улыбку. Все еще хотелось ему врезать, но заполнившие ее тело и сознание бабочки-предательницы отодвигали это желание на задний план.       Ему все еще нужна была помощь, и у него все еще возможно сотрясение.       — Нам нужно отвезти тебя в больницу, — Гермиона уже даже не пыталась отстраниться, все еще полулежала на груди Драко, удерживаемая цепкой хваткой его пальцев на предплечье.       — Не нужно, — Малфой медленно моргал и так же медленно, тягуче говорил.        Он так устал, вымотался. Его, казалось, едва не убили. Но он все равно смог одержать победу, подгадав нужный момент для последнего, решающего удара.       Но самая главная победа сейчас смотрела на него своими красивыми шоколадными глазами, гипнотизируя. Неужели ему нужно было появиться перед ней в таком виде, чтобы девичье сердце оттаяло?       — Кхм-кхм, — послышалось со стороны, и Гермиона повернулась на звук.       Она машинально дернулась, надавливая на грудь Драко. Парень зашипел, зажмуривая глаза, и его хватка на руке Грейнджер расслабилась.       — Я принес чистую одежду, — Забини подошел ближе и бросил спортивный костюм на диван, — поехали домой. Пэнси будет утром.       Гермиона села на диване, выравниваясь. Она осмотрела тело Драко снова, оценивая проделанную работу. Все, что она могла сделать еще — это нанести мазь от ушибов, чтобы хотя бы немного снять боль в теле Драко.       Драко смотрел на нее, и ему было вообще все равно, будет ли когда-то в ближайшие дни врач. Гермиона сидела рядом, спокойно обрабатывала его ушибы, закусывая губу. Он все еще чувствовал ее вкус на языке, прикосновение ее губ на своих. Пьяная улыбка расползлась на его лице снова, и Драко наконец прикрыл глаза.       Ебаный пиздец.       — Я… все, — подала голос Гермиона, и ее нежные прикосновения исчезли.        Девушка встала и еще раз осмотрела масштаб катастрофы. Малфой, казалось, почти отключался, не глядя на нее. Грейнджер обхватила себя руками, а затем развернулась. Она подошла к стойке, куда бросила свои вещи. Стала одеваться, потому что настроения заниматься уже не было. Все мысли, все силы вдруг улетучились, испарились, смазались избитым Малфоем и… его губами.       — Грейнджер, — снова позвал Драко, и Гермиона, продев голову в свитер, повернулась на него, вопросительно поднимая бровь, — завезешь меня домой?        Девушка открыла рот, застыла в немом недоумении, продолжая натягивать свитер, но не сводя глаз с Драко.       У него точно сотрясение.

***

      — Может все-таки в больницу? — спросила Гермиона, когда они уже все вышли на улицу.       Девушка проверила дважды, закрыла ли замок, прежде чем отвернуться наконец от двери и встретиться со взглядом двух пар глаз.       — Мы это уже проходили, — ответил Блейз и развернулся к машине, все еще придерживая Малфоя под руку, — в каждой уже по журналисту, а на утро будет куча лишних и нелестных заголовков, несмотря на победу.       Гермиона шла следом, поджимая губы. Зачем она вообще согласилась поехать с ними?        «Я просто убежусь, что он лег и уснул» — сказала она себе, когда ответила на вопрос Драко короткое «хорошо», наконец разобравшись со свитером.       — А где его врач? Пэнси, да? — Гермиона наблюдала, как Блейз усаживает Драко на задний ряд сидений автомобиля.       — Ее сын сильно заболел, она будет утром, — ответил Забини на автомате, укладывая почти спящего Драко, — завтра утром я побуду с ним, а она приедет к Драко.       Гермиона кивнула и не стала продолжать этот разговор. Открыла дверь пассажирского сиденья спереди, как вдруг раздался голос Малфоя.       — Грейнджер, ты не сядешь со мной? — голос, пропитанный такой искренностью, детской наивностью, застал Гермиону врасплох.        Девушка зависла, все еще держа рукой открытой дверь. Будто раздумывала, прокручивала эту ситуацию вновь в голове. А затем вдруг закрыла дверь, поджимая губы, чтобы скрыть улыбку.       Обошла большую машину с другой стороны и открыла дверь сзади водителя. Малфой приподнялся, позволяя девушке сесть, а затем его светлая макушка, скрытая капюшоном, оказалась на ее коленях.       Гермиона вздохнула, открывая рот от возмущения. Она приподняла руки, не зная, куда их деть. Смотрела на Драко, как идиотка, а затем все же опустила свои ладони на его голову и плечо, едва ощутимо касаясь.        Блейз сел вперед, тут же глазами устремляясь в зеркало заднего вида. Ухмылка растянулась на его лице, когда он увидел лежащего на коленях Грейнджер Малфоя и потерянный, но такой теплый взгляд девушки.       Забини завел машину, и они тронулись с места.        Гермиона едва пошевелила пальцами, как вдруг Драко руками коснулся ее коленей, поглаживая.       — Ты такая хорошая, Грейнджер, — пробубнил Малфой, потираясь щекой ее ногу.       — А ты все еще придурок, — ответила Гермиона и откинула голову назад, прикрывая глаза.       Ну и она тоже, видимо, дура.

***

      Гермиона шла следом за Блейзом, что тянул на себе Драко. Малфой буквально вырубался, еле волоча ноги. Остатками сознания он все еще был с ними, повторяя одно и то же всю дорогу до квартиры.       — Грейнджер, — его голос звучал каждый раз все отчаянней, будто он бредил, будто боялся, что она уйдет.       Гермиона лишь отвечала короткое «я здесь». Драко даже не оборачивался, плелся дальше. Иногда в тишине звучали его протяжные стоны и мычания: ему все еще было больно.       Грейнджер позволила себе осмотреться. Она поджимала губы, оценивая обстановку вокруг. Район, сам дом и квартира были незнакомы ей. Территория была огорожена, со своим шлагбаумом и пунктом охраны. И удивительно, но никого, кто преследовал бы их.       Уже в доме, они прошли длинное фойе, прежде чем оказались в просторном лифте. Блейз прислонил Драко к стене, придерживая, и Гермиона снова засмотрелась на блондина.       Его лицо было ужасно уставшим, во всех смыслах. Синяки становились более заметными, а кровь на ссадинах засохла. Парень не открывал глаза, казалось, будто уже спал. Но на самом деле, просто сходил с ума от боли внутри всего тела.       — И так всегда? — спросила вдруг Гермиона, обнимая себя руками.        Она перевела взгляд на Блейза, который выглядел не менее уставшим.       — В основном, — спокойно ответил Блейз, — обычно его врач облегчала все это. Но сегодня он прям слишком геройствует.       Гермиона ничего не ответила на это, и как раз раздался сигнал лифта.       Парни вышли из железной кабины, и Гермиона все еще следовала за ними.       В квартире она не осматривалась, мысли уже были не там. Они снова были в том поцелуе, в ощущениях контакта с телом Драко. В том, что было с ними «до».       Неправильным казалось и то, что случилось раньше, и то, что происходило сейчас. Ее не должно было быть здесь.       Гермиона шумно вдохнула, поднимая голову, и только сейчас обнаружила себя стоящей на пороге спальни Драко. Забини как раз укладывал парня на постель, даже не раздевая. Малфой теперь уже точно спал.       — Я… поеду, — тихо сказала Гермиона, когда Блейз подошел ближе к ней, — ты побудешь с ним?       — Да, останусь до утра, — ответил Забини, и они оба вышли из комнаты.       За их спинами послышалось невнятное мычание, и Гермиона обернулась, глядя на безмятежное, расслабленное лицо Малфоя.       — Грейнджер, — услышала она снова и закусила губу.       — Я здесь, — ответила тихо, касаясь ладонью двери, приоткрывая ее шире.       И теперь Драко точно спал.       — Ты умеешь водить? — спросил Блейз, и Гермиона кивнула, — возьми. Так быстрее доберешься.       Он протянул ей ключи от машины, и девушка уставилась на руки мулата. Смотрела, казалось, несколько минут, прежде, чем поднять глаза на Блейза.       — Я…       — Возьми, иначе он завтра проснется и оторвет мне голову, если узнает, что ты уехала на такси или ушла пешком, — спокойно ответил Блейз, подвинув ключи еще ближе к девушке.       Гермиона забрала связку из рук парня и едва заметно улыбнулась. Она еще раз оглянулась через плечо в комнату Драко, а затем молча, не прощаясь, вышла из квартиры. Спустилась вниз, не отрывая взгляд от ключей, а потом села в машину. Вцепилась в кожаный руль, поглаживая, осматривая обстановку внутри. Подняла глаза на лобовое, и в голове снова зароились мысли.       Она точно дура.