1.

—Мой принц, не желаете прогуляться? А поговорить? Вы выглядите слишком поникшим, — девушка, запыхавшись, изо всех сил старалась успевать за широким шагом младшего принца. —Я бы могла составить вам хорошую компанию, чтобы скрасить ваше одиночество. Или же послушать, что вы думаете о сегодняшнем пиршестве. Она поспешно заправила обратно выбившуюся из прически прядь, стараясь не замечать поднимающееся, словно волна, раздражение младшего принца. —Я бы с удовольствием осталась ещё ненадолго, очень уж я люблю праздники, но увидела, как вы вышли, почти что выбежали оттуда. Я подумала, может вас что-то беспокоит и было бы неплохо, если бы я последовала за вами.. Невысокая и хрупкая, почти невесомая фигура девушки грациозно передвигалась по длинным коридорам, петляя и сворачивая так быстро, что почти спотыкалась о собственное платье, волочащееся следом. Ее изящные ножки почти не успевали за быстрыми и уносящимися непонятно куда ногами младшего принца. Но она уверенно продолжала шагать, почти бежать вдогонку, удерживая и приподнимая тоненькими пальцами края платья, чтобы окончательно в нём не запутаться. Девушка всего на долю секунды успела заглянуть в лицо принцу, прежде чем быстрый шаг снова унес его дальше по бесконечному коридору. Она тяжело выпустила воздух и, не успев вдохнуть обратно, побежала за принцем, полностью захватывая по пути подол пышного платья с до нехватки кислорода затянутым на груди корсетом. Она упорно не желала отставать, хотя принц всем своим видом показывал свою незаинтересованность, нежелание и разговаривать с ней. А юная особа, такая настойчивая и твёрдая духом не хотела никак отступать. —Я знаю, вы не просили меня об этом, но не можете сердиться, ведь я хочу лишь помочь. Отвлекшись, девушка чуть не споткнулась о подол своего же платья, которое на мгновение выскользнуло из уже вспотевших рук. Локи не обратил никакого внимания на её короткий возглас, даже бровью не повел. Его до блеска вычищенные сапоги все также ритмично оставляли за собой слабый след эха. В своем обычном облачении он выглядел бесподобно и величественно. Царственная осанка, руки, скрепленные сзади, словно он только что вышел прогуляться по саду, вслушиваясь в мелодичное пение птиц, даже волосы, из собранных по краям прядкам образовавшие небольшой небрежный пучок над распущенными волосами — всё в нем выглядело безупречно и неповторимо красиво. —Ну постойте же вы, — вместе со словами девушка выдохнула уже облегчённо, когда, наконец, Локи обернулся. Но его холодный взгляд не сулил ничего хорошего, и девушка внутри вся сжалась в момент. —Я одно не понимаю, — начал он суровым тоном, теперь уже наступая, а не ускользая. Тоном, от которого мурашки по всей спине. —Как ты, глупое создание, ещё не устала бегать за мной? Он ненадолго остановился, присматриваясь, словно пытался найти ответ во взгляде непреодолимого леса, где — как некстати он заметил — зеленый так гармонично смешался с коричневым, образуя стволы и саму зелень деревьев. Но вскоре, потерпев неудачу, снова шагнул навстречу. Его руки всё ещё были скреплены сзади, словно он чувствовал, что возвышается над девушкой во всех смыслах этого слова. Она же изваянием застыла на месте, ожидая лишь, когда принц занесет над ней безжалостную секиру ядовитых речей. —Неужели ты и вправду настолько глупа, что тебе и это нужно объяснять? Наш брак — не результат безмерной любви. Не стоит ожидать от меня нежности и надеяться на мою благосклонность. Ты лишь якорь, удерживающий меня в пределах Асгарда и который я бы с удовольствием сбросил. Каждое слово он произносил все с большим нажимом, упиваясь чувством разочарования, которое так ярко отражалось на лице его новоиспеченной супруги. Локи теперь стоял всего в метре от зажатой между его грозно-величественной фигурой и массивными, уходящими ввысь колоннами девушкой. —Я и не рассчитывала на это, мой принц. Я прекрасно понимала, на что шла, — девушка всё ещё с силой сжимала края платья, словно в этом жесте была сосредоточена вся её сила с остатками смелости, которую размывало, стоило Локи только заговорить. —И принимая это решение единственной моей целью было составить компанию вам. Я лишь хотела, чтобы вы не чувствовали себя столь отрешённо от мира, одиноко.. —Одиноко? — засмеялся он девушке в лицо, обнажив ряд белоснежных зубов в улыбке, напоминавшей больше оскал. Его красивые черты между тем скрасила зловещая гримаса. —Да, одиноко! Поэтому царица Фригг молила суд о снисхождении к вам. Потому что знала, так будет лучше. Знаю, вы презираете этот брак, но ведь царица всё же была воспитана ведуньями, мой принц, не ей ли лучше знать? Дева плавно переместилась на пару шагов вперед, навстречу принцу, сократив и без того небольшое расстояние до минимума, так, чтобы её голова почти упиралась в доспех на плече принца, и нежно, почти неощутимо провела ладонью по его напряжённой руке от плеча до самой кисти. Локи не шелохнулся. Его горящие далеко не добрым огоньком глаза, казалось, прожигали насквозь, обжигали холодом, который щедро источали, примораживая на месте. Девушка тяжело взглотнула, встретившись случайно с холодными льдинками, в которых не виднелось и намёка на дружелюбие и благосклонность. —Не льсти себе. —Я и не рассчитывала на вашу любовь, это была бы слишком большая для меня награда, мой принц. Незаслуженная. Я только хотела стать частью вашего мира, быть рядом с вами, помочь вам! Непоколебимость, с которой говорила новоиспечённая принцесса, должна была выбить из колеи любого, а её энтузиазм — покорить. Но на младшего принца она не производила должного эффекта. —Я не нуждаюсь в помощи, идиотка, — прошептал он почти по слогам, наклонившись к уху жены. Довольно грубо. В духе Локи, а значит, как обычно. Его тихие слова эхом повторились в голове. —Да, но я — ваша супруга, — решительно заявила она, отпрянув на несколько шагов. —Хотите вы того или нет, вам этого не избежать. И я пытаюсь соответствовать своему новому статусу, прилагаю все к тому усилия, которые вы так безжалостно топчете вместе с моим сердцем! Девушка выдохнула, неспособная вынести более пронзительного взгляда небесных глаз. —А вы вместо того, чтобы оскорблять меня могли бы попытаться вести себя подобающе. Хотя бы на публике сыграть свою роль почтительного супруга. Не унижать меня настолько своим показным безразличием и холодом! Она на мгновение затихла. —Я хоть и люблю вас безмерно, но гордость свою растоптать не позволю.. Под пристальным взглядом кристально-чистых глаз на щеках девушки вспыхнул румянец. Словно стыдясь своего глупого признания, девушка потупила взгляд, теперь разглядывая идеально чистые сапоги принца и мысленно молясь, чтобы Локи не расслышал. Но он прекрасно услышал всё, что было нужно. Всего на долю секунды выражение его лица сделалось задумчивым, а затем неожиданно озарилось хитрым блеском. Таким, который горел в его глазах всякий раз, когда Локи придумывал нечто забавное, интересное. Он запрокинул голову назад, оглядывая свою жену сверху донизу: начиная от золотистых на солнце волос, ниспадающих волнообразными прядями к ужасно тугому корсету, — Локи видел, как тяжело ей дышалось в нём — делавшему идеальную талию девушки ещё меньше, и заканчивая нежными и миниатюрными туфельками, слегка стёршимися при долгой ходьбе. Она выглядела безупречно, бесспорно, но холодный разум принца способен был устоять и перед красотой неземной. —Любишь, говоришь? — слабо усмехнулся принц. —Не важно! Это вовсе не имеет никакого значения. Принца ещё больше развеселила попытка девы казаться хладнокровной и рассудительной, подобно ему, Локи из Йотунхейма, тогда как её горячее сердце — он это слышал отчётливо — нещадно продолжало барабанить о рёбра и с каждой секундой набирало, а не сбрасывало обороты. —Я всего-то не хочу, чтобы вы и дальше относились ко мне пренебрежительно, раз сами решили связать наши судьбы. Разве для вас это так много, мой принц? Девушка покачала головой. —В конце-то концов подумайте о себе. Всеотец сделается к вам блогосклонным, если увидит, что женитьба пошла вам на пользу, мой принц. —А ты не так глупа, как я полагал. Принц ненадолго остановил свой взгляд на глубоком вырезе её платья, медленно продолжая оценочно поднимать свои глаза навстречу к её. —Нет, — согласилась она. —Глупо — это недооценивать тех, кто тебя окружает, мой принц. —Так ты считаешь глупым меня, Атали? — приподнял Локи бровь, глядя в упор. Голос его звучал непривычно, и дева опасливо напряглась. Принц двинулся навстречу девушке, отчего та вовсе перестала дышать на мгновение. Слишком резко вышло. И грубо. Неуважительно. —Нет, вы вовсе не глупы, вам ведь самому хорошо это известно, мой принц.. Никто бы и не подумал сказать о вас так, — попыталась оправдаться девушка, встречаясь наконец с холодным взглядом принца с толикой чего-то ещё, неизведанного, неизвестного. Он нависал над ней, и дева только сейчас поняла, насколько принц был выше. Она была зажата между колоннами и самим Локи без единого шанса убежать или скрыться. Но Атали и не пыталась. Она пристыженно, но не отводя взгляда, наблюдала за каждым действием принца, за каждым движением руки, медленно очерчивающей линию челюсти девушки. Локи, хватаясь двумя пальцами за подбородок, поднял её голову. —Льстишь мне теперь? Это ведь не в твоём духе, принцесса. —Вовсе нет. Но если вы того пожелаете.. Я полностью в вашей власти, мой принц. Ведь теперь вы — мой муж. —Во власти, говоришь? Неужели? — усмехнулся он. —Всё так, мой принц. Прошу простить мою грубость. Локи не ответил. Хитро прищурил глаза, задумываясь о чём-то, задумывая что-то. —А что если я захочу отрезать тебе язык за эту грубость? — наклонив голову и вглядываясь в глаза поинтересовался Локи. Его голос звучал тягуче, словно мёд. Но в то же время — опасно, точно девушки ступила на тонкий лёд, покрытый незаметными трещинами. Он опустил одну руку на плечо девушке, слегка сжимая хрупкие кости холодными, способными пробирать до дрожи пальцами. —Если вы посчитаете то нужным, мой принц. Девушка опустила голову вниз в жесте глубочайшей покорности. Некоторое время принц пристально следил за выражением её волнующегося, но в то же время решительного лица, прибавляя неизвестно откуда взявшееся волнение, а затем вдруг опустил голову на руку, покоившуюся на плече супруги. Изумлённая она не отпрянула, осталась стоять на месте. Не шевелясь, выпуская воздух из полураскрытых губ. Только по прерывистому дыханию на шее и подрагивающимся плечам девушка поняла, что Локи смеётся. По-настоящему. Не выучено. Не вынужденно. Её лицо в момент сделалось ещё более удивлённым. Девушка искренне недоумевала, что же вызвало смех у её принца, когда ни одна из её тщетных попыток развеселить его не увенчалась успехом, не вызвала даже малейшей улыбки на фарфоровом лице. И сейчас, бросая взгляд на Локи, опершегося на неё, девушка невольно залюбовалась, потерялась в его безупречности и красоте. Лицо её приняло вид безмятежный, нежный. В момент она осознала, что ни один человек для неё ещё не выглядел так прекрасно, как принц, стоящий так близко, но в то же время так далеко от неё. Дышать было боязно, вдруг отпрянет. Она стояла неподвижно, словно Локи — хрупкий сосуд, способный разорваться на тысячи маленьких осколков от малейшего действия. Девушке хотелось навечно запечатлеть в памяти этот момент, когда принц впервые не оттолкнул её от себя словом, а позволил себе нечто большее, чем холодный, пронизывающий до костей взгляд. Глаза его теперь скрывала завеса ниспадающих угольно-черных волос, но юная дева могла поклясться, что они теперь сияли не холодом Йотунхейма, а чем-то бесконечно тёплым, пусть и неизвестно откуда взявшимся. —Что? — наконец нашла она в себе силы спросить. Локи отодвинулся так быстро, что девушка опешила от столь скорой смены настроения. Ей всё же не удалось сдержать разочарованного вздоха. —Ты стараешься вести себя в точности, как тебя годами учили, но стоит только на мгновение забыться, как ты тут же превращаешься из благонравной девы в грубиянку, моя дорогая Атали. —Если для вас прямота — это грубость, мой принц.. —Грубость — не прямота, а нечто более глубокое, что скрывается внутри, надежно и мастерски спрятанное за сотнями замков. Полагаю, не столько тобой, сколько твоими учителями. Но стоит дать осечку, как эта грубость тут же поглощает тебя целиком, разрушая личину кротости и благонравия. Щёки девушки в момент вспыхнули огнём от такого резкого заявления. —Вы хотите сказать, что я безнравственная и грубая и что каждое мое действие и слово — это обман? Вы считаете меня недостойной находиться рядом с вами, поскольку считаете, будто я лгу? — голос предательски дрогнул на последнем слове, выставляя душу наружу, без защиты. Но девушка, чья гордость была задета, упорно продолжила: —Но вы ведь сами лжёте! Всегда и всем. Вы даже сейчас солгали мне, заставили поверить, будто вам действительно было весело мгновение назад. Врать и вводить людей в заблуждение — ваша стихия, и поэтому вы видите то же в окружающих. Только высказав всё, дева опять притихла. Она лишь доказала правоту Локи, позволила своей "грубости" взять верх, в чём теперь себя и винила, яростно кусая губы, пока глаза, теперь опущенные, упрямо изучали полы коридора. —Простите.. —Вот видишь, — ухмыльнулся принц довольный собой. —Твоя воспитанность — сплошное притворство. И как только я этого не заметил, когда выбирал тебя в жёны? Он наклонился поближе, вглядываясь снизу в опущенные глаза. Руки принца были как и прежде скреплены сзади, словно он чувствовал себя, как обычно, уверенно в сложившейся ситуации, на губах играла лёгкая полуухмылка. —Вам больше понравится, если я перестану соблюдать все приличия, мой принц? — с долей иронии бросила она в лицо Локи, медленно отталкиваясь от колонны. Её вздёрнутый, словно бросавший вызов, подбородок еле как доходил принцу до груди, и от этого жеста улыбка его стала ещё шире, обнажая ряд белоснежных зубов. —Именно, моя дорогая Атали. Сейчас ты отрицаешь, но вскоре поймешь, что ты — самая настоящая варварка. Принц выпрямился, довольный произведённым эффектом и, прежде чем дева успела опомниться и возразить, продолжил с полуулыбкой на губах: —С тобой будет не так тоскливо, как я ожидал, дорогая. Шагая в сторону, он несильно хлопнул её по плечу, заставляя вздрогнуть, и направился прочь по коридору так же быстро, как и появился в нём. Ничего не объясняя и не задерживаясь больше ни на мгновение. Не оборачиваясь. Он ушёл, а за ним шлейфом понёсся его тёмно-зелёный плащ, раскачиваясь из стороны в сторону. Атали осталась смотреть вслед отдалявшемуся с каждой секундой принцу, недоумевая, что же именно значила его последняя фраза и что ей теперь от него ожидать. Удастся ли ей растопить льды Йотунхейма хотя бы на дюйм, или же они навечно останутся в нём нерушимым слоем, защищающим от остального, не менее холодного мира? Она не знала ответ. И потому молча смотрела, как фигура, уменьшившись до незначительных размеров, мигом скрылась за поворотом. Колонна всё ещё не остыла после встречи с разгорячённым телом, а шея новоиспечённой принцессы всё ещё чувствовала на удивление горячее дыхание принца. Он назвал её варваркой, но почему-то не было обидно, вовсе. От младшего принца это даже воспринималось, как комплимент, не иначе. Знала ли Фригг, что так будет? Знала ли она, что от выбора принца зависела его судьба? Знала ли, что выберет он именно ту? Она была воспитана ведуньями, но знала ли столько?