Принцесса Селестия- горячее солнца

Это было самое обычное утро в патруле, когда личный верный стражник принцессы Кристалл Харт патрулировал коридоры дворца. Принцесса уже подняла солнце и сейчас очевидно завтракала на кухне. Кристалл Харт заглянул на кухню и замер. Его сердце забилось с невероятной силой и скоростью принцесса ела банан. Она посасывала банан словно чей-то пенис и облизывала его круговыми движениями языка. Принцесса делала это так элегантно, красиво и сексуально что член под бронёй у бедного стражника встал по стойке смирно, а принцесса продолжала издеваться над фантазией капитана и стала пить апельсиновый сок, который стекла по её щекам пачкая белоснежную шёрстку. Кристалл Харт хотел не заметно удалиться, но вдруг принцесса сказала.       - Хорошо, что вы здесь капитан. – сказала она так будто ничего не происходило. – Сегодня во время вечернего патруля загляните ко мне. Мне нужно обсудить с вами кое-что важное. Капитан замер, поражённый словами своей принцессы. «То есть она знала, что я смотрю?» подумал он.       - Да п-принцесса. – выговорил он.       - Да и… никому не говорите о том, что идёте ко мне. – попросила правительница Эквестрии. – разговор будет строго конфиденциальным. Капитан ушёл а Селестия игриво посмотрела на его мужественный и накаченный круп. «Когда последний раз меня трахал жеребец?» подумала Селестия «По-моему тысячу лет назад» День правительницы Эквестрии тянулся казалось бесконечно. Из головы не шёл Кристалл Харт с его могучими копытами, сексуальной задницей и таким красивым прессом. Наконец Луна подняла луну и Селестия решила что пора отправляться на боковую если она хочет что бы Кристалл Харт был способен устроить ей ночные брыкания. Взяв у королевского повара баночку жидкого мёда принцесса вернулась в свои покои и легла на ложе.       - Может быть стоило зажечь свечи? - спрашивала она у себя. Однако времени уже не было. Дверь открылась и в покои правительницы Эквестрии вошёл Кристалл Хуфф.       - Ваше высочество вы... Он не завершил фразу Селестия притянула его к себе магией своего рога.       - Довольно разговоров мой жеребчик. - сказала она. - сегодня ночью тебя ждёт серьёзное испытание твоей выносливости.       - Ваше высочество вы... вы уверены что это разумно? Я... вы... субординация.       - Забудьте о ней капитан. Это приказ вашей принцессы к тому же с кем мне тогда спариваться если соблюдать "Субординацию"? Капитан смотрел на принцессу и не мог пошевелить копытом.       - Хотите мёда мой капитан? Вам кажется понравилось как я пью сок хотите что бы я так же пила мёд что бы вы слизывали его с моей шёрстки? ***Прохладный ветерок пробежал по белоснежной гриве принцессы Селестии, когда дверь в ее покои тихонько приоткрылась. В предрассветных сумерках, которые еще не успели полностью смениться ночной прохладой, появился Кристалл Харт. Его безупречная выправка и сдержанное достоинство не могли скрыть смущения, которое проглядывало в глубине его глубоких голубых глаз. Ваше Высочество, вы… - начал он, запинаясь. Селестия, грациозно поднявшись с ложа, одним движением рога притянула капитана к себе. В ее глазах плясали озорные искорки. Довольно формальностей, мой храбрый рыцарь, - прошептала она, обдавая его лицо своим теплым дыханием. - Сегодня ночью тебе предстоит доказать свою преданность не словами, а действиями. Кристалл Харт замер, словно громом пораженный. Его дисциплинированный ум боролся с внезапно вспыхнувшим желанием. Ваше Высочество… я… это неподобающе. Субординация… - пробормотал он, пытаясь хоть как-то оправдаться. Селестия тихо рассмеялась, и этот смех эхом отозвался в тишине комнаты. Субординация? - переспросила она, лукаво приподняв бровь. - Мой дорогой капитан, не притворяйтесь, будто не понимаете, что я одинока. Да и с кем же мне разделить ложе, если не с тем, кто готов исполнить любой мой приказ? А это… - она многозначительно взглянула на него, - …мой личный приказ. Приблизившись к капитану, она обвела его шею тонкой струйкой жидкого золотистого меда, который держала в копыте. Любите мед, капитан? - прошептала Селестия, ее голос звучал как шелк. - Вспомните, как вам понравилось, когда я пила сок сегодня утром. Представьте, как я пью мед, а вы… вы будете слизывать его с моей шёрстки, ощущая каждую мою клеточку. Разве это не лучший способ доказать свою преданность? Селестия опустила копыто с медом, и капли потекли вниз, очерчивая контуры его мускулистой шеи. Решайтесь, капитан, - прошептала она, наблюдая за тем, как он напрягся. - Вы последуете за мной в этот лабиринт удовольствий, или будете и дальше прятаться за своей бронёй и правилами? Выбирайте, мой верный стражник. Моя ночь только начинается. Жаркая ночь, проведенная в объятиях принцессы, словно выжгла на сердце Кристалла Харта печать новой любви. Однако, несмотря на признание Селестии, тень сомнения все еще омрачала его разум. Он, простой стражник, и она – правительница Эквестрии, воплощение света и мудрости. Могла ли такая связь действительно быть возможной? Что будет теперь? - прошептал Кристалл, его голос был полон надежды и одновременно тревоги. Он не смел до конца поверить в то, что произошло, опасаясь, что это всего лишь сон. Теперь, - ответила Селестия, прижимаясь к нему ближе. Ее голос был полон нежности, но в нем чувствовалась и твердость, - все будет по-другому. И я думаю… что это к лучшему. Потому что, Кристалл Харт, я думаю, что я… - она запнулась, словно произнося эти слова впервые в жизни, - я испытываю к тебе сильные чувства. Кристалл удивленно вскинул бровь. Он ожидал чего угодно, но не признания в ответных чувствах. Но… Ваше Высочество… - начал он, колеблясь. - Вы же знаете… я всего лишь… Ты мой стражник, мой друг, мой возлюбленный, - перебила его Селестия, ласково коснувшись его губ. - И этого достаточно. Но… - ее взгляд стал серьезным, - есть одно условие. Условие? - переспросил Кристалл, насторожившись. Ты должен полностью мне подчиниться, - твердо произнесла Селестия. - Ты должен забыть о своей гордости, о своих сомнениях. Ты должен доверять мне безоговорочно. Если ты этого не сможешь… у нас ничего не получится. В глазах Кристалла вспыхнула искра непокорности. Он был воином, привыкшим к дисциплине и подчинению, но никогда не позволял себе быть полностью сломленным. Ваше Высочество, я не понимаю… - начал он, но Селестия резко поднялась с ложа, ее грива засверкала ярче обычного. Ты меня не слушаешь, Кристалл, - ее голос был ледяным. - Я требую беспрекословного повиновения. Ты должен быть моим, только моим. И если ты осмелишься сомневаться во мне хоть на секунду… ты будешь наказан. Кристалл упрямо молчал, скрестив копыта на груди. В его глазах горел вызов. Селестия вздохнула. Она знала, что Кристалл упрям, но не думала, что настолько. Хорошо, - сказала она, холодно улыбнувшись. - Тогда я покажу тебе, что значит не повиноваться своей принцессе. Она медленно подошла к нему и провела копытом по его груди, останавливаясь на поясе. Сними свою броню, Кристалл, - прошептала она, ее голос был полон власти и соблазна. Кристалл колебался. Он знал, что последует дальше. Но в его сердце вспыхнул протест. Он не хотел быть просто марионеткой в ее руках. Я… не хочу, - выдавил он, стараясь смотреть ей в глаза. Селестия рассмеялась. Ты действительно думаешь, что у тебя есть выбор? - прошептала она и, коснувшись его лба своим рогом, обрушила на него волну магии. Кристалла пронзила острая боль, а затем – слабость. Он почувствовал, как его воля тает, как его мысли подчиняются ее контролю. Его непокорность сломалась. Он послушно снял броню, складывая ее у своих копыт. Он смотрел на Селестию с обожанием и трепетом, готовый исполнить любой ее приказ. Селестия удовлетворительно улыбнулась. Хорошо, - прошептала она, наклоняясь к нему. - Теперь ты мой. И ты будешь делать все, что я скажу. Ты будешь хорошим мальчиком, ведь так, Кристалл? Кристалл лишь слабо кивнул, не в силах произнести ни слова. Он чувствовал, как его сердце наполняется любовью и обожанием к своей принцессе. Он был готов отдать ей все. Селестия улыбнулась и повела его за собой. Впереди их ждала долгая ночь, наполненная страстью и властью. Ночь, в которой принцесса Селестия навсегда подчинила себе сердце и душу своего непокорного стражника, превратив его в послушного и преданного возлюбленного. И в этой власти она нашла не только удовлетворение, но и нежность, и истинную любовь, которую так долго искала. Любовь, за которую стоило побороться и даже пожертвовать своей независимостью.