The Prologue

Would you fall in love with me again

      Одиссей стоял перед своей женой, постаревшей, но не утратившей той красоты и остроты в синих глазах, которыми был сражен с первой встречи.       Он до сих пор помнил тот самый день, словно это было вчера, а не двадцать с лишним лет назад. Сидевшая между своими двоюродными сёстрами, изредка бросавшая на него мимолетные взгляды. Это было в тот день, когда Тиндарей решил выдать замуж свою дочь Елену, мужья со всей Эллады стекались в Спарту, во дворец царя, хоть мельком взглянуть на красавицу-дочь Громовержца.       Лаэрт тоже не преминул отправить сына, но Одиссею Зевсова дочь была неинтересна, всю встречу он переглядывался с Пенелопой, в голове уже зрел план, как избежать ловушки, оказавшись в тронном зале с сотней мужей, которые с каждым часом теряли терпение. Одиссею не составило труда обернуть всё это в свою пользу, он заполучил в жены Пенелопу, и ничья кровь в тот день не пролилась.       С того дня прошли долгие годы, он отправился на десятилетнюю войну, столько же потратил на возвращение домой.       Покрытый кровью женихов, перед Пенелопой, не зная, что сказать всё красноречие, которым он славился, всё это в одночасие пропало, стоило увидеть свою прекрасную Пенелопу.       Сколько раз он во снах видел их встречу, сколько раз представлял их встречу на острове Калипсо, рыдая на берегу от тогдашнего отчаяния, охватившего его.       Царь Итаки вздрогнул от прикосновений своей царицы.       — Это ты? Были ли услышаны мои молитвы? Или же снова мой разум играется со мной? — синева глаз с нежностью и, в то же время, с тоской оглядела его.       Царю Итаки пришлось использовать всю свою выдержку, чтобы не обнять до хруста костей свою жену.       — Я не тот, в кого ты влюбилась. — собственный голос показался ему совершенно чужеродным, словно и не он говорил это. — Я не тот, кого ты когда-то знала. Я знаю, ты ждала.       — Если это так, то не мог бы ты оказать мне услугу? — несмотря на печаль, Пенелопа снова стала той, кто когда-то поразила его своим умом и хладнокровием. — Всего ничего, но это утешит меня:       Видишь супружеское ложе? Можешь его передвинуть?       Поднять на плечи и унести прочь отсюда.       — Как ты можешь такое говорить! — Одиссей не знал, куда себя деть от возмущения, это ложе он собственными руками сотворил, и вот что его жена говорит. — Я создал это супружеское ложе ценой пота и крови,       Вырезал его в маслине, у которой мы впервые встретились,       Как символ нашей вечной любви.       Ты понимаешь, что просишь меня сделать?       Тогда нужно будет отделить его от корней!       — Только мой муж знал об этом. — глаза начали щипать от выступавших слез, его жена, не взирая на то, как он выглядел, не взирая на его окрававленую одежду, кинулась ему в объятья. — Полагаю, это значит, что ты и есть мой муж.       Слёзы хлынули потоком у обоих, Одиссей с любовью огладил лицо своей царицы.       Плача, прижал он к сердцу свою верную жену, покрыл поцелуями её лицо — так моряк, спасшийся от бури и выброшенный на берег, целует землю. Обняв друг друга, долго плакали Одиссей и Пенелопа счастливыми слезами.       Так бы и застало бы их утро, но этого не произошло, в приятной прохладе и тиши дворца, Одиссей делился о своих скитаниях, в то время как его прекрасная Пенелопа с нежностью обнимала его.

I will fall in love with you over and over again

I don't care how, where, or when

No matter how long it's been, you're mine

Don't tell me you're not the same person

You're always my husband and I've been waiting, waiting

Penelope

Waiting, waiting (Penelope)

Waiting, waiting

Waiting, oh

For you

How long has it been?

Twenty years

I, -I love you…