Часть 5. Сумасшествие

      Со дня рождения Ичиро прошло три дня. Кимико направлялась в лабораторию рано утром, когда солнце только взошло над горизонтом. Первые лучи освещали многочисленные улицы Конохи и играли разноцветными отблесками на окнах домов. Оставалось совсем чуть-чуть до здания, как навстречу из-за поворота вышла Акеми. Девушка удивилась, встретив наставницу, так как обычно их пути не пересекались. Когда они поравнялись, женщина поспешно заговорила:       – Ты-то мне и нужна, идем в больницу – доставили тела погибших. Я как раз из лаборатории, с Гэндзи уже обо всем договорилась.       – Хорошо, – кивнула Кимико и направилась за женщиной, стараясь поддерживать быстрый темп Акеми. – Вы их уже видели?       – Нет, тела только выгружают.       Спешно добравшись до больницы, они направились в морг. Множество шиноби заносили тела, плотно обмотанные белыми простынями, и укладывали на заранее подготовленные столы для последующего вскрытия. Кимико поразилась их количеству и объему предстоящей работы. Женщина будто прочитала удивление на лице Кимико и с горечью в голосе заговорила:       – Это еще не все. Думаю, это только две трети. Так как их везут с разных поселений, скорее всего, кого-то доставят только к вечеру или утром.       Кимико ничего не ответила, и они повернули в сторону небольшой комнаты, служившей раздевалкой.       Раньше ей не приходилось вскрывать трупы. Чаще всего люди погибали от полученных травм в сражениях, и необходимости изучать тела не было. В других ситуациях этим занималась Акеми. Девушка только в теории знала, что было необходимо делать и на что обращать внимание, поэтому надеялась, что Акеми будет руководить процессом и направлять ее.       Закончив переодеваться и надев перчатки, они вернулись в морг. Шиноби уже покинули помещение, оставив женщин одних в этом тихом месте, где редко можно было повстречать кого-то из персонала. Подойдя к столу, на котором располагалось первое тело, Акеми взяла ножницы и разрезала простынь, освободив погибшего. Кимико видела многое, но такого – никогда. Судя по телосложению, перед ними лежал мужчина, но от его лица и черепа почти ничего не осталось. Голова была полностью раздроблена и превратилась в однородное кровавое месиво из кожи, волос, черепа и мозгов. Кости рук были переломаны в нескольких местах. Все его тело было покрыто синяками, ссадинами и порезами, а от одежды сохранились лишь лохмотья. От такого зрелища Кимико оцепенела, желудок скрутило и к горлу подступил завтрак. Девушка с ужасом посмотрела на Акеми, которая явно была шокирована не меньше.       – Если бы не техника, останавливающая разложение, мы бы не смогли здесь находиться, – проговорила женщина. – В отчетах не врали – там была настоящая бойня.       – Акеми-сенсей… – Кимико старательно подбирала слова, пытаясь абстрагироваться от увиденного. – С чего начнем?       – Так как опыта у тебя маловато, я буду говорить, что делать, – ответила Акеми, оторвав взгляд от погибшего. – В первую очередь мы берем несколько образцов крови, чтобы отправить на анализ. После извлекаем органы и изучаем их на наличие каких-либо аномалий. – Акеми замолчала и бросила взгляд на погибшего. – Мозг тоже надо извлечь, у кого получится. После нескольких вскрытий мы уже будем знать, на что обращать внимание в первую очередь. Хоть все они из разных селений, ситуация везде была одна и та же, поэтому вряд ли мы заметим существенную разницу.       – Я поняла. – Кимико сдержанно кивнула.       – День будет непростым, постарайся собраться. – Акеми тяжело выдохнула.       Быстро разрезав остатки одежды и сняв ее с погибшего, женщина выбросила их в мусорное ведро, стоявшее неподалеку. Пересилив себя, Кимико опустила взгляд на тело перед собой и принялась осматривать повреждения.       – Есть мысли? – поинтересовалась Акеми.       – Судя по цвету синяков и запекшейся крови в местах порезов, все эти ранения получены при жизни, – заключила Кимико. – Он явно продолжал биться до последнего вздоха. Смерть, судя по всему, наступила от удара в голову.       – Верно. – Акеми придвинула ближе поднос с инструментами для вскрытия и взяла скальпель. – Возьми у него кровь, а я начну извлекать органы.

***

      Близилась полночь, когда Кимико вместе с Акеми вышли из холодного морга и направились в кабинет старшей. Девушка несла большую стопку с отчетами о вскрытии, которые они составляли по ходу работы. Казалось, что только тяжелые бумаги сдерживали дрожь в руках. Такое количество зверски изуродованных тел ей видеть не доводилось. Внешне они все были похожи друг на друга. Некоторые пострадали настолько сильно, что внутренние органы не поддавались какому-либо анализу и просто превратились в кашу. Мозг большинства также был поврежден ударами, отчего его нельзя было извлечь. Сегодня они успели сделать вскрытие всех поступивших тел и извлечь внутренние органы.       Преодолев полупустые коридоры и лестницу, они вошли в кабинет и сложили отчеты на стол. Кимико не могла думать ни о чем, кроме увиденного. Казалось, что это напрочь вытеснило из мозга все остальное. Она раз за разом вспоминала поля битв, на которых помогала пострадавшим шиноби, но даже там, среди внушительного количества погибших, она не видела ничего хоть отдаленно похожего.       – Неужели люди могут сотворить такое друг с другом? – проговорила Кимико, чувствуя, как губы подрагивают от каждого слова.       – То, что мы сегодня увидели, – тому подтверждение, – сухо ответила Акеми.       Женщина села за стол и облокотилась на него, после чего закрыла лицо руками. Акеми была мрачнее обычного. Такой ее Кимико еще не видела. Та всегда держалась стойко в любых ситуациях, но сейчас, казалось, даже ее подкосило увиденное. Какое-то время она молча сидела, не открывая лица.       – Акеми-сенсей, как вы? – встревоженно проговорила Кимико.       – Бывало и лучше, – ответила женщина и, опустив ладони на стол, посмотрела на Кимико. Ее глаза были красными, хоть слез и не было. – Я многое повидала, но с таким еще не сталкивалась. Скажи лучше, как сама?       – Не очень, если честно, – ответила девушка, не скрывая эмоций.       Внутри неприятно потряхивало, и Кимико, крепко сжимая ладони, то и дело перебирала пальцы между собой.       – Приходи завтра к полудню, попробуй поспать, завтра предстоит еще много работы, – с заботой сказала Акеми. – Ты сегодня отлично справилась, спасибо. Думаю, завтра мы закончим с телами, если привезут новые, и тогда уделим больше времени детальному анализу органов.       – Ладно, – согласилась Кимико и призадумалась. – Знаете, хоть я не такая опытная, как вы, но, судя по тому количеству травм, что мы видели, я могу сделать вывод, что никто из них даже не пытался сбежать от сражений, получив первые серьезные травмы. Складывается впечатление, что они, несмотря ни на что, продолжали калечить друг друга, даже осознавая свою неминуемую гибель. Будто инстинкт самосохранения у них полностью отсутствовал.       – Я тоже об этом думала, – сказала Акеми и покачала головой. – Странно это, но в любом случае делать выводы пока рано. Мы не знаем, что там произошло. Надеюсь, завтра что-нибудь прояснится.       – Надеюсь… – произнесла Кимико и посмотрела в окно, сквозь которое ничего не было видно из-за темноты ночи. – Вы идете?       – Да, скоро пойду, только переведу дух. Я уже не так молода, мне тяжело проводить весь день стоя на ногах. Иди домой, завтра увидимся.       – Хорошо, Акеми-сенсей, доброй ночи, – попрощалась Кимико и покинула кабинет.       На темных улицах уже не было людей. Кимико неторопливо шла в сторону дома, не в силах избавиться от мыслей о прошедшем дне, а ноги сами собой вели ее в нужном направлении. Казалось, что тьма, окружавшая ее снаружи, заполняла и ее мысли. Мир вокруг всегда был жестоким, наполненным сражениями и бесконечными войнами, но складывалось ощущение, что случившееся выходило за рамки нормы. Кимико никак не могла выбросить из головы образы погибших людей, среди которых были не только мужчины, но и женщины с детьми.       В груди все сжималось, когда в мозгу то и дело всплывал погибший мальчик на вид лет десяти. Его ребра были раздроблены настолько сильно, что осколки костей проникали в каждый орган его тела. Все, на что могла надеяться Кимико, это то, что он умер быстро и ему не пришлось долго страдать. Его гибель больше других оставила отпечаток не только в памяти, но и на сердце. Он был ненамного старше Ичиро, и мысль о том, что брат мог оказаться на его месте, неподъемным грузом тянуло Кимико на дно печальных мыслей.       Девушка даже не заметила, как оказалась на пороге дома, в окнах которого уже не горел свет. Хотелось побыть одной, а мозг категорически отказывался отдыхать. Тихонько открыв дверь, Кимико разулась и прошла в гостиную. Она выдвинула стул и села, после чего зажгла стоящую на столе свечу. Девушка положила на столешницу руки, дрожь в которых все никак не хотела проходить, и опустила на них голову. Она всматривалась в тусклый огонек пламени в надежде, что он поможет хоть как-то развеять тревогу.       «Что же там могло произойти?»       Кимико не была уверена, что сможет сегодня уснуть. Всплывающие в памяти фрагменты этого дня разъедали ее разум, как кислота. Она всеми силами старалась совладать с собой, но ничего не выходило. Потеряв счет времени, девушка настолько ушла в себя, что не услышала шаги на лестнице.       – Кимико, почему ты сидишь здесь? – удивленно проговорил Мадара, приближаясь к ней.       От неожиданности девушка тут же выпрямилась и посмотрела на мужчину. Он явно удивился, увидев ее здесь. Оказавшись рядом, Мадара сел на соседний стул. Кимико хотела ответить, но ком в горле не позволил издать ни звука. Она молча смотрела в темные глаза мужчины. При очередной попытке сказать хоть что-нибудь губы предательски задрожали, а на глазах проступили слезы. Казалось, будто все накопившиеся за день эмоции вырвались из-под контроля. Закрыв лицо руками, девушка разрыдалась. Горячий поток слез вырвался наружу, обжигая лицо и ладони.       Кимико почувствовала, как руки Мадары легли на ее плечи, прижимая ближе к своей груди. Она уткнулась в его плечо, всхлипывая и дрожа всем телом. Девушка уже не пыталась остановиться, отдаваясь полностью накатившей истерике.       Мадара лишь терпеливо ждал и поглаживал ее по голове и спине в попытке успокоить. Потребовалось время, прежде чем Кимико почувствовала некое облегчение и смогла вновь взять над собой контроль. Она отстранилась от мужчины и потерла заплаканное лицо руками.       – Подожди, я принесу воды, – сказал Мадара и поспешно отправился на кухню.       Вернувшись, мужчина протянул стакан, и Кимико сделала несколько жадных глотков. Мадара снова сел и взглянул на нее, явно ожидая пояснений. Хоть по его сдержанному выражению лица было трудно что-то понять, Кимико чувствовала, как крепко он сжимал ее руку. Подавляя всхлипы, девушка сделала несколько рваных вздохов.       – Я видела тела погибших, – с трудом начала Кимико. – Нельзя допустить, чтобы такое повторилось. Я ничего подобного раньше не видела.       Мадара молча смотрел на нее, явно пытаясь подобрать слова поддержки, но это вышло не сразу.       – Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть, – проговорил мужчина. – Поэтому мы сделаем все возможное, чтобы разобрать в случившемся. Проделанная тобой работа поможет нам с этим. Постарайся абстрагироваться. Я знаю, что ты все пропускаешь через себя, но сейчас это может только навредить.       – Я знаю. – Кимико закусила губу и отвела взгляд в сторону темного окна.       Она понимала, что Мадара был прав. Хотелось сказать что-то еще, но мысли беспорядочно крутились в голове, не желая складываться воедино.       – Идем, тебе надо отдохнуть. – Мадара встал и протянул руку.       Девушка с трудом поднялась. Погасив свечу и оставив стакан на столе, Кимико направилась следом за мужчиной. Сейчас оставалось надеяться, что усталость возьмет свое, и она сумеет быстро отключиться.