Ночь среди испачканных картин бывшей любви..

Мартс тихо спускалась по лестнице вниз, желая проверить свою соседку. Она давно её не видела.. Салатовокожая, скрепя разломанными половицами, доходя до нужной комнаты. Дверь также похрипывала, открываясь в тёмную мглу комнаты. Девушка слышала лишь томные вздохи черта, что разглядела в середине комнаты. Рука сама потянулась к выключателю, освещая тусклой и старой лампой.. Везде были разбросанны картины, когда-то нарисованные самой Инобэ. На них было ясно, что жёлтой жидкостью хотели закрасить лишь одного опрелелённого человека... А точнее, твари, из-за которой и был такой бардак.. В середине, на полу, сидела на своих коленях чертёнок. Руки, испачканные жёлтым, тряслись, но продолжали водить окровавленным пальцем по картине, закрашивая физиономию чёрно-белого существа. Да, жёлтая субстанция - это кровь Эбони. Она специально провела острием по рукам, лишь бы стереть его. Мартс тяжко вздохнула, медленно подойдя к подруге, усаживаясь рядом с ней. Огнерождённая положила свою руку той на плечико, уставившись на портрет. - Это последний? - разрушила тишину в помещении Мартс, будто подобное было нормальным для её подруги. - Да... - Ответила Инобэ, отбрасывая картину в сторону. - ...Хотя, нет, - девушка вытащила из ящика коробку, очень старую на вид. Оттуда она достала фотографию в деревянной рамке. На фото был весь Копператив, что был ещё со времён Академии. - Севетян.. Ты... Я.... И Он..... Голос черта был хрипловатым, спокойным. Она сжала свои пальцы, вздыхая. И тут же взялась за старое, обмакивая свой палец в свою желтоватую кровушку, пачкая фигуру шипастой твари на фото.. - Он отказал тебе?.. - А не видно?..- Эб нахмурилась, но тут же успокоилась. - Дурой я была, веря, что его чувства ко мне ещё хранились... - И что же он ответил на них? - Ничего. Он просто ушёл, не сказав ничего. Он проигнорировал меня... - ответила лишь правду близкой коллеге, проведя ладонью по ранам на руках. - Понятно.. Не больно?.. - Нет, уже не больно..