Часть 36. Влияние

———— Литтл-Хэнглтон ————

В темном доме, жители которого уже долгие годы были мертвы, сверкнула красная вспышка. Выслушав очередной доклад своего шпиона, темный лорд был в ярости и совсем не прочь одарить принесшего дурные вести последователя, «живительным» Круцио. Со слов Барти Крауча, которому после побега пришлось наблюдать за событиями второго задания со стороны и под мантией невидимости, Поттер слишком опасен и выслушав его доводы, лорд Волдеморт невольно согласился. С его точки зрения, это не было бы проблемой в его нормальном теле, но сейчас... его душа была заключена в крохотном теле гомункула. Беспалочковая магия, виртуозное использование этой самой магии и знание ее законов, делало Поттера слишком опасной, непредсказуемой переменной для ритуала. — Что думаешь, моя дорогая Нагайна? — зашипел самый опасный темный волшебник современности, уставившись на своего фамильяра. — Опассссно. — прошипела змея и тут же свернулась вокруг своего владыки. Если даже звериные инстинкты его змеи твердили об опасности, планы придется корректировать. Он это не любил, но будучи тем, кем являлся, ему ни раз приходилось находить более «удобные» методы. На несколько минут в комнате повисла зловещая тишина — темный лорд думал и его последователи не смели вмешаться. — Приведи этого одноглазого ублюдка, Барти, а ты, — маленькое тело перевело взгляд на похожего на крысу мужчину, отчего тот содрогнулся. — Готовь зелье и ритуал. Планы меняются. И не смей подвести меня, Хвост…

———— Альбус Дамблдор ————

Расхаживая по своему кабинету в самой высокой башне замка, Альбус Дамблдор злился. Более того, он был в ярости. Что бы с ним не сделал этот чертов мальчишка, это не изменилось и вот уже месяц директор был директрисой. С тяжелым вздохом он наконец опустится в свое высокое кресло. — Поттер. — пробурчал он, и дернулся, ведь все никак не мог свыкнуться с новым звучанием своего голоса. — Все этот чертов сопляк. Поставив руки на стол, его голова опустилась на тонкие пальцы пустых ладоней. Он с сожалением осознал, что его чудесная борода испарилась, а вместе с ней и его очень важные колокольчики, дающие успокоение и крепость сознанию. «Возраст берет свое», с горечью подумалось ему. — Но каков наглец. — оторвав голову от рук он уставился в окно. Директор с самого начала турнира, все никак не мог взять себя в руки, а главное — приструнить зарвавшегося «избранного». Все началось в тот вечер и даже столь древний волшебник не мог не признать эффектность прибытия парня. Когда пергамент вылетел из чаши, странная надежда поселилась в душе у директора школы. Его мысли «Ах, если бы» и «А что если?», не успела промелькнуть как в зале вспыхнула сфера, которая с каждым моментом становилась все больше. Всего несколько мгновений разделили события на до и после. Сфера рассеялась оставляя за собой фигуру, которая в следующий же миг сотворила магию, настолько незнакомую и могущественную, что всем своим существом кричала о тьме. И сколько бы невероятной не была магия, фигура использовавшая ее, была куда интереснее. Тогда директор был растерян и упустил свой шанс, возможно единственный, о чем он горько сожалел. Тогда, в полном зале и на глазах у сотен свидетелей, он не решился использовать заклинание, которое вероятно поместило бы вернувшегося героя под влияние директора. После короткого диалога фигура, представившись Гарри Поттером, рухнула. Следом, в лазарете, парень показал норов, но в тот момент, да и много после, директор не придал этому веса. Время научило его, что узнавая о славе победителя Темного Лорда, все несомненно приходят к нему. Как он тогда ошибался. Не подозревая в то время о своей ошибке, директор согласился на мисс Грейнджер, в роли гида для парня. Он понадеялся на ее беспрекословное следование всем правилам школы. Это вновь ударило его в ответ в тот же вечер. «Какая невероятная магия», мелькало тогда в голове у волшебника при виде парящих ледяных клинков. «И все без фокуса», подметил он тогда для себя. «Это и есть сила о которой он не знает?». В тот вечер ему пришлось отступить, ведь кто знает, что может сотворить такой Поттер. Директор тяжело вздохнул, а феникс, который был его спутником вот уже долгие годы, жалобно защебетал. Следом был прокол за проколом. Попытка удержать юнца от своих притязаний на наследие семьи обошлась для директора очередной неудачей. Все надежды на скромность со стороны Избранного сошли на нет, а сам он с еще большем презрением относился к директору школы. Бал стал переломным моментом. Долго подготавливаемый план рассыпался из-за какого-то договора. Потеря Северуса, как правой руки для более «нетипичных», «недостойных» Лидера Света действий — откинула его на годы в борьбе с Темным лордом. Теперь он был слеп в действиях врага и это расстраивало волшебника куда больше, чем он был готов признать. Фиаско второго тура турнира… Посмотрев на старый фолиант, лежащий на столе, в голове волшебника поселилась новая надежда. Он не был готов сдаться и отпустить. Зная, что его время в этом мире на исходе, волшебник грезил о вечной славе. А что может быть лучше победы не над одним, а над двумя Темными Лордами? Улыбка расползлась по старому, женскому лицу, а глаза блестели. Он еще не отыграл свою партию…

———— Амелия Боунс ————

Кабинет директора ДМП никогда не был таким посещаемым как в последнее время. Спустя годы мелких стычек и рейдов на Лютный переулок, ее отдел наконец занят чем-то стоящим внимания. Из Хогвартса впервые за долгое время произошла утечка информации и Министерство имело право вмешаться. Женщина сидела за столом, сложив руки на груди и уставилась на посетителя. Люциус Малфой, заручившись помощью министра магии, считал себя в праве приходить когда ему заблагорассудится и цель его визита была неизменна. — Вы нашли виновного, директор? Мой сын потерял магию! Кто бы это не сделал, он обязан заплатить! — холодный голос мужчины разлился по кабинету как шипение змеи, ничуть не хуже «хозяина» самого Люциуса. О, она ни на мгновение не верила в ту сказку которую они с министром придумали. «Я был под Империо» — что за чушь? Вот так признаться, что его волю сломили и он был невольной жертвой на протяжении нескольких лет. «Интересно, он хоть знал насколько это было жалким оправданием?» — Как вам известно, — со вздохом начала хозяйка кабинета. — Целители так и не смогли найти ничего в памяти пострадавших, а более глубокое зондирование без внутренней магии — убьет детей. Это был дежурный ответ, который ей и самой не нравился. Кто бы не стер память отпрыскам этих «благородных» домов, он был тщательным. Никакие поиски и опросы ни к чему не привели. — Это скорее всего этот мальчишка, Поттер. — фамилию мужчина почти выплюнул, заводя разговор в очередной тупик. — Как сказали целители, они не знают как это было сделано, а этот, сопляк, владеет самой странной магией, которую видели за последние годы. Женщина покачала головой. Она и сама приходила к тем же выводам, но… Не было ни единой зацепки. У мистера Поттера просто не было причин для такого поступка. Даже несмотря на первичные действия ее Авроров, он не применил ничего, что бы она могла назвать сверхмерным. У нее были двоякие чувства по отношению к юному Поттеру. Он был силен и это было очевидно любому, кто мог хоть немного ощущать магию, но даже его действия на балу — реакция на нападение, а не прямая агрессия. У нее не было ничего. Увидев, что лорд Малфой начал закипать от повисшей тишины, женщина все же ответила: — Никаких доказательств, мистер Малфой, лишь домыслы. Как вы сами знаете, я не могу без улик, указывающих на его причастность, заключить ребенка под стражу, не говоря о применении сыворотки правды. У нас ничего нет. Мои Авроры все еще ищут… — Так пусть ищут лучше! — вскочил со стула посетитель, а его рука легла на трость, которая служила ему чехлом для палочки. — Иначе я сам приму меры… В этот момент Малфой, схватился за левое предплечье и краски сошли с его лица. Сверкнув глазами, Малфой покинул кабинет не прощаясь, со всего размаха хлопнув напоследок дверью. Откинувшись в кресле, мадам Боунс прикрыла глаза. Это нападение, события на балу, а также то что случилось на втором туре турнира заставило ее поверить, что Поттер — чрезвычайно опасен. Что же случится, если такая сила выйдет из под контроля? Оставалось лишь осторожно искать истину и быть начеку.

———— Литтл-Хэнглтон ————

Под огромным котлом, в самом центре кладбища горел огонь, но ни единого звука не доходило до тропинки, где их мог услышать невольный зритель. Само кладбище было освещено полной луной, добавляя жуткое свечение действу у костра. У котла было две фигуры, а третья была привязана путами к изваянию смерти, стоящему над могилой Тома Реддла. Над котлом вздымалось зеленое марево испаряющегося зелья, а рядом с ним копошился верный слуга. Взмах острого как бритва кинжала, и рука слуги отправилась в котёл, создавая плоть своего хозяина. Несколько капель крови, взятые у прикованного к статуе старого мракоборца, отправились следом и зелье забурлило с новой силой. В следующий миг, от котла разнеслась волна магии, почувствовать которую был бы способен даже магл. Это было тяжело, зловеще, а главное ощущалось совсем неправильно, словно сам мир противился против произведенных действий. Зеленый пар, словно притянутый какой-то силой, опустился обратно в котел и жидкость в нем поднялась. С кручением из темно-зеленого варива начала формироваться фигура. Тело ее было болезненно худым, серым, безволосым. Поднявшись над котлом, фигура отлетела в сторону и начала опускаться к земле. Тело, отдаленно похожее на человека, выпрямилось еще до касания и мягко ступило на землю, впервые за тринадцать лет. Тонкие пальцы прошлись по телу, ощущая плоть своей, а на безносом лице появилась зловещая ухмылка. — Мой лорд! — припав к земле, склонил голову слуга, а второй последовал его примеру лишь мгновение спустя. — Ах, Барти. — послышался шипящий, почти змеиный голос темного лорда. — Дай мне свою руку, а ты, Хвост, принеси мне мантию! — Да, мой лорд. — торжественно сказал Барти Крауч, протянув свою левую руку. В это время, подрагивая и скуля от боли Хвост, наконец поднес подготовленную мантию. Его всхлипы вызывали раздражение у темного мага и тот, взмахом палочки, которая была передана ему вместе с мантией, подарил слуге серебристую руку. — Спасибо, мой лорд! — вновь упав на колени и обнимая свою новую руку, сказал похожий на крысу мужчина. — Заткнись, Хвост! — низко прорычал его хозяин и приложив палочку к предплечью Барти, вложил в нее магию. Метка, поблекшая с годами, словно наполнилась свежей тьмой, а змея на ней зашевелилась под кожей, как живая. Довольный, он отвел палочку, предвкушая. Несколько мгновений спустя, на кладбище раздалась серия хлопков и каждый пришедший на зов хозяина падал на колени, не веря своим глазам. Тринадцать лет ожидания и надежд оправдались в глазах верных Пожирателей смерти. Волдеморт вернулся…