Часть 9

Киётака Аянокоджи вошёл в ресторан "Кагэяма" ровно в 19:30, его тёмный костюм был безупречен, а лицо — как всегда, практически лишено эмоций. Он заметил представителя министерства сразу: тот сидел за угловым столом, просматривая что-то на планшете. Хорикита Манабу выглядел так же, как в Кодо Икусей — строгий, собранный, с прямой осанкой и взглядом, который будто видел всё насквозь. Его чёрные волосы были аккуратно зачёсаны, а очки поблёскивали в свете лампы. — Аянокоджи, — сказал Манабу, подняв взгляд и убрав планшет. Его голос был спокойным, но с лёгкой ноткой интереса. — Пунктуален, как всегда. Киётака кивнул, заняв место напротив. — Хорикита-сан, — ответил он , едва уловимой насмешкой. — Не ожидал, что министерство отправит именно тебя. Манабу слегка улыбнулся, его глаза сузились, будто он оценивал человека сидящего перед ним. — Я попросил эту встречу, — сказал он, отпивая зелёный чай из маленькой керамической чашки. — Твой проект заинтересовал руководство, но они хотят деталей. И я хочу понять, насколько ты серьёзен. Киётака взял меню, но его взгляд остался на Манабу. Он всё тот же. Проверяет, анализирует, ищет слабости. Он знал, что Манабу — один из немногих, кто видел его истинный потенциал ещё в Кодо Икусей. Их стычка на первом году Аянокоджи в старшей школе,, когда Манабу попытался ударить свою сестру, а Киётака остановил его, была доказательством этого. Манабу уже тогда понял, что Киётака — не просто ученик класса D. — Мой проект прост, — сказал Киётака, его голос был ровным, но твёрдым. — Образование, которое развивает, а не разрушает. "Харуно" — первый шаг. Я тестирую, как конкуренция и индивидуальность могут работать вместе. Манабу отложил чашку, его взгляд стал острее. — Это звучит как утопия, — сказал он, его тон был скептическим. — Проект в целом ... ты закрыл "Белую комнату", потому что она ломала людей. Но ты правда веришь, что обычная школа, вроде "Харуно", готова к твоим идеям? Киётака сделал паузу, его пальцы слегка коснулись меню. Он вспомнил урок Саэ о Сэкигахаре, её клуб истории, её умение вдохновлять учеников, как Маюми Сато. Она — ключ. — "Харуно" — не совсем обычная школа, — ответил он. — Там есть учителя, которые понимают, как мотивировать без давления. Как Чабашира-сенсей. Манабу начал барабанить пальцами по столу, его лицо стало ещё серьёзнее. — Чабашира? — переспросил он. — Интересный выбор. Она целеустремлённая, но… — он сделал паузу, будто взвешивая слова, — её методы не всегда эффективны. За амбициями она не видит очевидного. И почему же именно она? Киётака слегка улыбнулся, его взгляд был холодным, но уверенным. — Она знает, как работает система, — сказал он. — И она знает, как её менять. Её ученики в "Харуно" показывают результаты, потому что она даёт им цель, а не просто правила. Видимо, похоронив свои амбиции, она начала меняться. Медленно,но...меняться. Манабу откинулся на спинку стула, его пальцы постукивали по столу. — Ты хочешь использовать её, — сказал он, его голос был ровным, но с лёгким осуждением. — Как ты использовал Сузуне в школе. Киётака не отвёл взгляд, его лицо осталось непроницаемым. — Не использовать, — ответил он. — Направлять. Она сама выберет, быть частью этого или нет. Манабу смотрел на него несколько секунд, будто пытаясь найти трещину в его логике. Затем он кивнул, как будто соглашаясь, но его глаза выдавали, что он всё ещё анализирует. — Министерство даёт тебе время до конца учебного года , — сказал Манабу, возвращаясь к планшету. — Начинай с сентября .Если "Харуно" покажет результаты, чиновники рассмотрят финансирование. Но если ты провалишься… — он сделал паузу, его взгляд стал холоднее, — я не смогу тебя прикрыть. Отправишься вслед за "Белой комнатой". В небытие. Киётака кивнул, его голос был спокойным. "Боюсь ли я стать обычным «белым воротничком»?.. А Манабу?" — Я не провалюсь, — сказал он. — Но мне нужно твоё слово, что министерство не будет вмешиваться, пока я не закончу. Манабу слегка улыбнулся, его взгляд стал чуть менее строгим. — Ты не изменился, — сказал он. — Всё тот же. Хорошо, я дам тебе свободу. Но не забывай: я слежу за тобой. Официант принёс заказ — тэмпура и мисо-суп для Манабу, рис с угрём для Киётаки. Они продолжили разговор, но уже о деталях: статистике успеваемости "Харуно", реакции учителей, сроках отчёта. Однако мысли Киётаки частично были о Саэ. Завтрашняя встреча в кафе будет первым шагом к её вовлечению. Он знал, что она согласится, — не из доверия, а из любопытства. И это было именно то, на что он рассчитывал. Когда они закончили, Манабу встал, поправляя пиджак. — Удачи, Аянокоджи, — сказал он, в его голосе, послышалось уважение. —Пусть всё получится.И ... будь осторожен с Чабаширой. Она не Сузуне. Она не будет просто следовать за тобой. Киётака кивнул, его взгляд остался холодным. — Я знаю, — ответил он. — Поэтому она мне и нужна. Манабу ушёл, оставив Киётаку за столом. Он допил чай, глядя на огни города за окном. Саэ была уравнением, которое он ещё не до конца решил. Но он был уверен: она станет частью его плана.