***

Очередные экзамены сданы, впереди почти беззаботное лето, и какого-то фига вылазка всего третьего курса в летний недельный лагерь. Кто вообще этот бред придумал? Ульвару было не особо интересно сие мероприятие, ведь он прекрасно понимал, что все эти семь дней будет лицезреть выпившие лица однокурсников, ворох девчонок, что липнут к Флоку и другим популярным парням, как пчёлы на мёд, бубнёжь кураторов о вреде алкоголя и бла бла бла. За исключением повышенного интереса к одному человеку, вернее девушке. Большой автобус, в одном из вереницы которых ехал Ульвар с Флоком, плавно скользил по серому асфальту, словно раздавленному под жарким июньским солнцем. Ормсон себя ощущал примерно так же, как этот асфальт под колёсами здоровой махины, голова плавилась от духоты, пыли и тряски на заднем сиденье, куда его затащил друг, ведь сидеть сзади привилегия лучших! Хмуро обводя взглядом галдёж ребят, предвкушающих веселье, его глаза то и дело цеплялись за серые наушники, с ярко-жёлтыми наклейками какой-то мультяшки, на каштановой макушке, что прислонилась к стеклу в самом начале автобуса. Цвия Борисон. Предмет его душевных истязаний и частого выпадения из реальности. Они познакомились на практике, по окончании первого курса. Друг, с его любовью к противоположному полу и общению вообще, не смог пройти мимо трёх девчонок. Одна из них была не особо приметна, скромна, никогда ранее не выделялась из толпы учащихся. Честно говоря, Ульвар совершенно не помнил её, никогда не видел в многочисленных кулуарах учебных корпусов, она словно скрывалась, сливалась с окружающим миром, как хамелеон. До момента их знакомства. Палец ей в рот не клади, то было понятно сразу. Она была готова всегда защищаться, или отстаивать других, дорогих ей людей. Среди своих подруг Адамины и Арнгуд, девушка была, кажется, белой вороной. Те любили похохотать, подурачиться, а Цвия, наблюдала за этим всем со стороны и не так часто принимала участие. Каким образом они сошлись, ведь на первый взгляд общих интересов у девчонок не было. Хотя, о чём речь, вот Флок, полярно отличающийся от Ульвара, но всё же, с первого дня обучения парни стали хорошо общаться, что теперь Ормсон с уверенностью мог назвать Флока Ригсона другом. Что до этой девчонки, Цвии, Ульвару она показалась милой. И чем дальше он узнавал её, Цвия проникала под кожу всё глубже и основательно. Изначально попытки заговорить с ней, хоть и по учёбе были провальными, она либо молчала, либо отвечала коротко и односложно. Зато, когда Ульвар наблюдал за их общением с Флоком, часто видел на её губах улыбку, или даже смех. Как-то с Флоком отношения Цвии строились более беззаботно и открыто. Что было не так с ним, Ульвар не мог сказать. Может, девушка его стеснялась, или же просто не горела желанием общаться с ним больше, чем необходимо в рамках учёбы. Лёд голубых глаз тронулся, когда однажды на лекции по философии они сели рядом. Изначально и Ригсон должен был присоединиться, но опоздал, а этот старый преподаватель, что тайком тянул из фляжки коньяк, будто его никто не видел, не пускал в аудиторию опоздавших ни на минуту. В тот день лекция шла мимо ушей, а они переписывались на ободранном тетрадном листке. Сначала о чем-то совсем глупом, о дурацкой погоде за окном, потом о музыке, фильмах и оказалось у них есть точки соприкосновения. Когда лекция закончилась, Цвие нужно было скорее бежать, она обещала своему маленькому брату сходить с ним в кино, и листок, свидетель их переписки, был забыт на обшарпанной парте. Собравшись было уходить, Ульвар бросил взгляд на этот листок, и воровато оглянувшись, забрал его с собой. Так и хранит этот клочок до сих пор. Потерявшего покой студента, эта голубоглазая загадка начала преследовать в самых смелых снах, возникала в мыслях ранним утром, даже на свиданиях с очередной девушкой, которую сватал Ульвару друг, образ Цвии не покидал его. Поначалу Флок хотел за ней приударить, о чем открыто заявил другу, но она дала понять, что они только друзья. Потом стало понятно почему. У неё был парень. Ульвар даже не знал имени этого человека, но почему-то был рад, что в таком случае она не достанется Флоку. Но, так как Цвия и его, порой непутёвый друг, отлично сдружились, Цвия делилась с ним деталями своей жизни, в том числе и моментами с этим самым парнем. Флок же рассказывал всё Ульвару. Он знал, что дружище рассказывает такое только ему, а Ормсон сам же никому рассказывать не стал бы ничего про Цвию и тем более про такое личное, как отношения. По рассказам Флока, в их совместной жизни всё было паршиво. Но она отчего-то не уходила от него. Больные отношения, первая любовь. Вроде как этот козёл нравился её родителям, вот она и терпела его закидоны. Печаль. По воле счастливого случая, в виде Флока, Ульвару и Цвии часто приходилось быть в одной компании. И Ульвар старался быть дружелюбным, уделял внимание, так, чтобы не спугнуть её. А когда получалось, невзначай касаться друг друга, его словно прошибала искра. И каждый раз устоявшийся мир Ульвара переворачивался, да так, что вокруг всё стало только лишь о ней. Нет, Ульвар встречался ранее, на первом курсе с одной девушкой, но отношения продлились от силы месяцев семь. В конце первого курса, в аккурат перед встречей с Цвией, Ульвар не стал обманывать эту девушку, он чувствовал, она была не для него. Расстался. И после расставания уже долгое время был один. Да куда там, никто его не интересовал, так, как занятая другим Цвия. Из воспоминаний, Ормсона вырвало наглое вздергивание края серой футболки найк и движение пальцев в области кармана темно-синих левайсов. Флок и его фирменная хитрая улыбка и подмигивание другу. - Ты что творишь? – недоумевая и отталкивая наглую руку друга прошипел Ульвар. - Вот решил поделиться с тобой новинкой, вдруг пригодится и воспользуешься, а то близится целая неделя отрыва. Флок хлопнул товарища по плечу и откинулся на спинку сиденья натягивая на нос новенькие авиаторы. Как всегда, безупречен. Модная рубашка в гавайском стиле, отдых, значит на всю катушку. Лёгкие светлые брюки, белоснежные лакосты на ногах. Мечта любой девчонки, мальчик с картинки. Ульвар, с легким раздражение на губах, вытащил из кармана три шелестящих квадратика и приподняв бровь, уставился на Флока, сквозь зубы процедив: - Презервативы? - Ну брось, эффект кожа к коже. Я тебе говорю, пригодится. Знаешь, как свежий воздух кружит голову, - Флок поиграл мышцами лица, изображая легендарную харизму Кристиана Бейла из фильма «Американский психопат». Почесав бровь и отводя взгляд к мелькающему пейзажу за окном, Ульвар засунул блестящие упаковки обратно в карман. «Не пригодится», - проскользнула мысль в голове третьекурсника. Спустя какое-то время, глубоко ушедший в себя, Ульвар почувствовал толчок в рёбра, и обнаружил что уже давно, не отрываясь, смотрит на Цвию. - Ты чего задумчивый такой, прям как «Мыслитель» Родена. На Цвию засмотрелся? – считай не вопрос от Ригсона, утверждение. Не без раздражения Ульвар отвернулся к окну и ответил товарищу: - Отвали, это у тебя одни девчонки и на уме ловелас хелев. Ах да, ещё и инвестиции. - Запомнил, сладкий! Ой, ну что ты злишься, я же знаю, что она тебе нравится, а? Слушать Флока не хотелось, поэтому студент решил его обозвать прозвищем, от которого Флок быстро заводился, лишь бы тот отстал: - Слушай, иди поговори с кем-нибудь ещё, Флоке-Флоке. У меня нет настроения на твои хихоньки-хаханьки. Выразительно скорчив самую, что ни есть обидчивую мину, Флок в долгу не остался: - Какие мы нежные, гандон Ормсон! - съязвил Флок, - Вот пойду и с Цвией поболтаю, а то что-то давненько я её не видел толком в универе, то экзамены, то она просто где-то пропадала. Даже на сообщения мне не отвечала, прикинь! Ригсон, уже явно не обижаясь на Ульвара, встал и двинулся к девушке, по пути обмениваясь шуточками с однокурсниками. Парня охватила какая-то первобытная злость на друга. Зачем тот попёрся к ней. Видно же, что она музыку слушает, отвлекать будет. Сам Ульвар не переставая следил за ними, как Флок подсаживается к Цвие, как она, чуть вздрогнув снимает наушники и улыбается ему. Улыбается ему... «Да к чертям», - выругался про себя Ульвар и надел наушники, на всю громкость врубив металлику, закрыл глаза. Получилось даже уснуть, потому как распахнув глаза он понял, что вся компания приехала к месту назначения. Больше не потряхивало на заднем сиденье и вокруг все суетились, потихоньку выползая наружу. Вглядевшись заспанными глазами в начало пассажирских сидений обнаружил, что ни Цвии, ни Флока уже нет. Выйдя из душного автобуса, студент зажмурил глаза от обилия яркой зелени вокруг. Ну чем не потерянный рай. Размял тело, которое затекло, после шести часов дороги, взял из багажного отсека свою сумку и медленно двинулся по тропинке, за тянущейся змейкой из людей. Проверив телефон на наличие сообщения от кого-нибудь, убедился, что связи не было, с одной стороны может и хорошо. Фрида не будет названивать каждый час и спрашивать, как там её братишка. Этому братишке уже ни много ни мало двадцать четыре. Да, поступил Ульвар в университет не сразу после окончания школы, отец сделал своё дело, затюкав сына, тем какой он весь в мать, и что надо равняться на него. От чего хотелось бежать из города куда подальше от любимого папаши. Хотелось зарабатывать самому, да и перспектива, возникшая словно манна небесная, уехать в подмогу археологам в Норвегию, соблазнила окончательно. Три года, с хорошим жалованием. Высшее образование не требовалось, главное физическая сила и хоть немного мозгов. Слава богам, Ульвар этими данными не был обделён. А потом, по завершении контракта вернулся в свой родной город, снял неплохое жильё, и поступил в высшее учебное заведение. Благо время для подготовки было в достаток, пока отрабатывал контракт. Не без труда, из-за большого столпотворения студентов, получив ключ на ресепшен от их с Флоком комнаты направился до места их пребывания, следуя выданной карте-схеме. Территория лагеря оказалась почти огромной. Куча деревьев, между которых сплетались тропинки, словно клубок змей, и почти незаметно стояли небольшие домики, где-то даже трехэтажные. Он подошёл к выделенному им жилью и присвистнул. Неплохо. Ладный домишко был почти на берегу реки, огибающей территорию лагеря. Справа от дома расположилось место для костра и отдыха. А с левой стороны был летний душ и небольшой уличный умывальник. Приняв душ, в ванной комнате при доме и переодевшись в чистую футболку Ульвар вышел на крыльцо домика и сел на верхнюю ступеньку. Есть не хотелось, хватило сытного обеда по дороге сюда. Флока видно не было, позвонить ему и узнать где тот шлялся возможности тоже. С Борисон пропадает, или с кем ещё. В очереди на стойку администрации ни его, ни девушки видно не было. Любопытно. Отбросив мысли о друге, как никак не маленький, найдёт куда его пристроили жить, Ормсон погрузился в шум леса, трель птиц и далёкие отзвуки людской суеты. Наверное, не таким уж и плохим решением было поехать сюда. Как минимум умиротворённо. Солнце постепенно клонилось к горизонту, было приятно ощущать вечернюю прохладу на лице, и, как почти истлевшие лучи, пробираясь сквозь ветки деревьев касаются его лица. Тряхнув влажными волосами, он запустил в шевелюру пятерню, закрыл глаза и стал массировать кожу головы. Приятно. Оказывается, студент и сам не понял, как устал за сегодня. Вдруг услышал чуть поодаль хруст сухой ветки и устремил взгляд на звук. Это была Адамина. Добрая девчонка. Ему нравилось, что именно с ней дружит Цвия. Казалось, что она надёжный друг. -  Ульвар, мы тут с ребятами собираемся в отдельно стоящем, свободном домике, посмотреть фильм. Какой-то новый ужастик. Альрик его так нахваливал. Думаю, будет весело, присоединяйся. И Флока зови. Места всем хватит, - девушка взмахнула рукой, отгоняя надоедливую мошку. Ормсон отрицательно покачал головой, мол, не пойдёт, и Адамина, кивнув с пониманием, развернулась на щебенчатой дорожке, хрустнув камнями, собралась идти обратно. Но Ульвар в след бросил: - А знаешь, хорошо, я приду. Где хоть найти этот домик в таком глухом лесу, - усмехнулся он, обводя взглядом необъятную территорию лагеря. - Ахах, точно, я же не сказала, - тихонько посмеялась Адамина, развернувшись к Ульвару, - Дойдёшь до ресепшен, и налево по тропинке. Не ошибешься, тропинка одна и дом один, вдалеке, увидишь в общем. Девушка мягко улыбнулась и вероятно пошла приглашать других. *** Домик был не слишком большой, состоящий из одной комнаты, и народу собралось всего-то девять человек, считая Ульвара. Кто-то принёс ноутбук, все расселись кто куда. Ульвар устроился на одноместной кровати, откинувшись на спинку и сложив руки на груди. Киносеанс начался. Фильм был скучноват и напичкан клише из самых разномастных ужастиков. Но, делать всё равно было нечего, и Ульвар продолжал сидеть и смотреть. Единственное из веселого были комментарии ребят, вот что явно было лучше этого хвалёного фильма. В прочем, Ульвар и пошёл сюда, надеясь, что если будет Адамина то и Цвия Борисон обязательно придёт. Но увы, не повезло. В комнате быстро потемнело. Начался дождь, резко и шумно застучав по крыше. Казалось вся вода, что копилась уже долгое время в небесной канцелярии решила обрушится беспощадной стихией. Вдруг распахнулась дверь и в дверном проёме Ормсон увидел Цвию. Только сейчас Ульвар полностью мог рассмотреть в чём она была одета сегодня, ведь она садилась в автобус одна из последних, забежав и сразу разместившись впереди. Промокшая, кутающаяся в свою короткую лёгкую зеленую куртку, к розовым коленкам липло чёрное платье, совсем тонкое, на жаркую погоду. Она опешила, увидев, что девять пар глаз уставились на неё, и хотела было выйти, что-то мямля себе под нос. Но Ульвар успел остановить её: - Цвия, привет! Проходи, мы тут фильм смотрим, места всем хватит, куда ты под такой ливень. Она кивнула, посмотрев на него своими широко распахнутыми ледяными глазами и прошла в глубь домика, усевшись на свободную кровать, стоявшую у стены. Теперь до этого дурацкого фильма Ульвару никакого дела не было. К чёрту его, этот фильм. Краем глаза он наблюдал за девушкой, пока остальные сокурсники отвешивали дурацкие и порой пошлые шутки над очередной незамысловатой сценой. Однокурсница легла на кровать и, поджав под себя ноги, отвернулась к стене из круглого бруса. Возможно уснула. Так показалось парню. Буквально, через десять минут, ребята стали потихоньку расходиться, было уже поздно, дождь ослаб, но не прекратился, все хотели ночевать в своих уютных комнатах, а не здесь в холодном, давно не жилом доме. Подруга Цвии, Адамина, ушла еще до прихода Цвии. Вспомнив о каких-то важных делах. Альрик, парень, который принёс ноутбук и рекламировал этот фильм, подошёл к Ульвару и тихо спросил, видимо, чтобы не разбудить Цвию: - Ульвар, будешь досматривать? А то я ноут под дождём не хочу нести, можешь потом утром его мне отдать. Дух захватило от мысли, что сейчас все уйдут и он с Цвией останется наедине. Не краснея, Ульвар произнёс: - Да, не переживай, утром отдам. Мне очень понравился фильм, до жути хочу досмотреть сегодня, - враньё. - Да, я заметил, что он тебе понравился, – как-то хитро прищурился Альрик, скосив взгляд в сторону Цвии, - Лады, давай, не скучай, - и Альрик последний вышел из дома, тихо закрыв за собой дверь. В комнате стало тихо, не считая дурацких криков посредственной актрисы с яркого экрана. Ульвар тихо встал, и клацнул клавишу спэйс. В хель эту режиссерскую лабуду. Аккуратно закрыл экран ноута и медля, будто оттягивая что-то неизбежное подошёл к Цвие. Сел на стул, стоящий рядом с кроватью, на которой лежала девушка, подался вперёд и локтями упёрся в свои колени. «Это повадки маньяка смотреть на спящих людей», - пытался вразумить себя Ульвар, но ничего с собой поделать не мог. Рассматривал однокурсницу жадно. Запоминая каждую деталь, каждую складку её одежды. Зачем он это делал? Это платье, к чему она его надела? Он вообще не помнил, чтобы Борисон носила такие вещи. «Опрометчиво», - новая мысль. Ульвар, думая, что Цвия спит, дотронулся до её влажных волос, что разметались гладким полотном на подушке. Ощутив разгорячённой кожей чуть отрезвляющую прохладу, быстро убрал руку. Зажмурился и подумал: «Чёрт, чёрт, чёрт! Зачем я остался! Я же знаю, что у неё есть парень, на что я вообще надеюсь». А дальше мысли утекли в русло размышления о её отношениях. Если так основательно подумать, что он знает о том ублюдке, что приходится ей «парнем». Ни-че-го. Только что неоднократно Флок рассказывал, что этот мудак ей изменяет, не ставит её ни во что, может и руку поднять на неё, а она отчего-то продолжает быть с ним. Сколько раз в университете на лекциях он находил её безжизненное лицо, потухшие глаза, да рядом причитающих подруг. Что в этом ублюдке было такого, что она держится за него. - Ты такая дурочка, - лёгким шепотом вырвалось из его губ. Цвия шелохнулась, возможно она совсем не спала, и развернулась к нему лицом. - Почему? - спросила она, будто не злясь и абсолютно не удивившись этому утверждению. Неужели она была согласна с Ульваром? Парень взял себя в руки, и не подавая виду, что немного испугался, что она услышала его, сказал: - Я знаю у тебя есть парень, и знаю, что у вас все очень и очень плохо. По тебе видно было, каждый раз... Вот и не могу понять, что тебя держит рядом с ним? В ответ девушка пожала плечами и хмыкнула. Как-то слишком безразлично. - Прикончу паршивца, - Ульвар понял, это было адресовано Флоку. Затем она села, поджав под себя колени и уставилась на Ульвара, рассматривая его лицо, задерживаясь на шрамах, особенно на том, что был на верхней губе. Он немного смутился, но взгляд от неё не отводил. Затем девушка заговорила: - А чего фильм не досматриваешь? Стушевавшись, Ульвар ляпнул первое что пришло в голову: - Глаза устали, позже досмотрю. - Ага, глаза, - протянула Цвия, будто ему поверила. Ульвар надеялся, что поверила. - Я знаю тебя уже, кажется давно. Но почему избегала твоих глаз? Он покраснел, хорошо, что их окружала полутьма, и она не могла рассмотреть смену красок на его лице. Странное начало разговора, да и какая-то она совсем загадочная сегодня. - Эмм, не знаю, чего ты пряталась, от моих глаз, - усмехнулся однокурсник, отводя взгляд и заводят руку за голову, чтобы неловко почесать затылок. Чтобы увести тему в нейтральное русло парень спросил девушку: - Всё хотел спросить у тебя, что за персонаж наклеен на твои наушники? - Ахахах, это Агне порезвился, - искренне заулыбалась Цвия, - Он любит этот мультик, с пингвинёнком. «Пороро», слышал? - Нет, старый уже для мультиков, - усмехнулся Ормсон, - Но выглядит мило, тебе идёт. Что за ерунда. «Ормсон включай голову хоть на чуть-чуть», - мысленно уговаривал себя парень. - А вообще, я весь день думала кое о чём и хотела с тобой поговорить, - сказала не впопад Цвия и Ульвар напрягся. - О чём? Ты всегда можешь просто подойти и поговорить. - Ну знаешь, о разном, - затем она сняла свою куртку и бросила в угол кровати. Жест показался откровенным, как будто Цвия открывала перед ним свою душу, хоть он уже много раз видел, как она снимает с себя куртку, но сейчас, было что-то в этом, будоражащее. «Так парень, держи себя в руках» - продолжал мысленно давать себе пощёчину Ульвар. Девушка посмотрела в окно, на тёплые капли, стекающие по стеклу, промолвила: - Долбаный дождь, да? Ульвар тоже посмотрел на стёкла и кивнул. Молчание длилось будто вечность. Она хотела поговорить с ним, но не спешила заводить беседу, и он тоже молчал, боялся потревожить её задумчивость. Решился ещё раз попробовать вразумить её, насчёт этих разрушающих отношений. Ведь ему было не всё равно. - Послушай, ты могла бы быть с хорошим человеком, а не с..., - хотелось продолжить но он не стал, кто он такой, чтобы учить её как жить, если и у него самого толковых отношений не было. Девушка перебила его: - А давай сыграем в гляделки? Я с малым часто играю, уверена смогу тебя победить, - снова резко сменив тему, мягко улыбнулась девушка. Ульвар удивился, и не специально нервно усмехнулся, по-доброму. - Сыграем, говоришь. Ну давай. На что играем? – прищурился парень. «Как скажешь Цвия, я буду следовать твоим правилам». А что ему оставалось? Девушка запрокинула голову назад, обнажив слегка влажную кожу шеи, подумала несколько долгих секунд и возвращая взгляд Ульвару без тени усмешки, серьёзно, ответила: - Банально. На желание. Внутри Ульвара что-то оборвалось, ведь Цвия даже не могла представить, если она проиграет, какое желание он может ей загадать. - Ну что же, будет, по-твоему. Только если проиграешь, условия сто процентов обязательны к исполнению, - возникший в голосе азарт, который было ложно скрыть, так и прорывался наружу. - Это что за ноты я слышу, проиграешь ты, и желание буду загадывать тебе я, - дерзкая и непоколебимо уверенная в своей победе. - На твоём месте, не был бы так уверен. Фриду всегда обыгрывал, так что… - Ишак, - вырвалось шепотом у девушки куда-то в пустоту. - Что? – переспросил парень, сощурившись, надеялся ему показалось. - Ничего, - обезоруживающая улыбка, - Только никаких кукареканий, ставки слишком высоки! Возникшая весёлая атмосфера слегка ослабила волнение Ульвара. - Давай начинать. Люблю победу скорее забирать себе, - притворным высокомерным голосом обратился он к ней. Прикусив щёку изнутри, Цвия хлопнула в ладоши, игра началась. Зная Цвию, Ульвар готовился к битве не на жизнь, а на смерть. Поэтому совершенно точно настроился не уступать ей. Ему нравилось смотреть в её глаза, тонуть в этом искрящемся холодном, ледяном море. Если бы можно было вечность не моргать, он бы не стал. Спустя около минуты Ульвар заметил, будто Цвия сейчас заплачет и хотел было поддаться ей, проиграть, но не успел первым моргнуть, как девушка закрыла глаза. - Это что, у нас тренировка была? Давай сначала и по серьезному, - усмехнулся Ульвар, но Цвия ответила ему: - Нет, я проиграла. Загадывай своё желание. - Шутишь? Ты ведь не привыкла проигрывать. - Не шучу. Давай. Скорее. Иначе передумаю, - как будто эти слова были вовсе не о проигрыше в игре, словно Цвия решилась на что-то такое, что изменит её жизнь на до и после, и если не сейчас, то точно больше никогда. Словно это решение для неё сейчас важнее всего на свете. - Лааадно, - протянул Ульвар, - Желааание. В голове то и дело возникали такие пошлые мысли, о желании, что он не мог произнести их в слух. Иначе она стукнет его тем самым стулом, на котором он сидит. Решил озвучить самое, почти невинное, из вороха других мечтаний в голове. А если девушка возмутится, скажет, пошутил. Она теребила свой ноготь, на указательном пальце правой руки и ждала приговора. - Поцелуй меня. Короткое и в то же время ёмкое. «Сейчас получу по щам», - уже успела сформироваться в голове Ульвара эта постыдная сцена удара стулом, как вдруг он ощутил мягкие, чуть шероховатые губы девушки. Дыхание спёрло, сердце упало в желудок и возвращаться на место не собиралось. Ульвар, не веря происходящему, подался вперёд, коснувшись её волос. Девушка медленно отстранилась и поймала его взгляд. Темнота ли, окружающая их в этом дальнем домике на отшибе лагеря, запах её духов с горьким привкусом ромашек и летнего дождя, или просто то, что он чувствовал к ней давно. Придвинувшись ещё чуть ближе, он коснулся ладонью её щеки, и ощутил жар, второй же погладил её волосы, и прошептал почти ей в губы: - Держишь своё слово, Борисон. Казалось он опьянел, словно выпил за раз несколько шотов. До помутнения в голове, до легкости в груди. Цвия посмотрела в серые глаза Ульвара, он увидел в отражении её глаз себя, немного безумного, и готового совершить ошибку, о которой возможно будет жалеть. Он был готов утянуть за собой на дно эту прекрасную девушку. Взявшись за предплечье Ульвара, девушка облизнула пересохшие губы, и усмехнувшись спросила: - Изменять парню плохо, да? Ульвар, плохо соображая, что происходит, охрипшим голосом, от возникшего истинного желания обладать ей, ответил: - Один поцелуй, выполнение сделки проигравшим, так что нет, не измена. - А если два поцелуя? – девушка вновь прильнула к губам Ульвара, словно проверяя его броню на прочность. Углубила близость, скользнув горячим языком по его зубам. Собрав все внутренние силы, он оторвался от девушки и прошептал ответ на её вопрос: - Непременно. Не совладав с собой парень вновь, уже сам, поцеловал Цвию. Гори в огне этот козёл, что звался её парнем, если он не ценит, ту, что почему-то выбирала его, этого конченного. Теперь Ормсон не позволит причинять ей боль, он заберёт её себе. Сегодня сердце возобладает над разумом. Что он может сделать, если с самого первого дня их знакомства она, эта странная и дерзкая девчонка напрочь поселилась в голове, отпечаталась на сетчатке глаз, весь мир Ульвара был пропитан ей. А он и не возражал. Казалось бы, они общались только в кругу общих друзей, но он видел каждую её частичку, он тянулся к ней, как мотылёк к солнцу, он хотел в ней сгореть. И чем дальше... Ульвар чувствовал, Цвия целовала его самозабвенно, вплетая в этот жаркий, наполненный жизнью поцелуй то, что не могла сказать ему, все их взгляды, подаренные друг другу украдкой, едва осязаемые прикосновения, все слова, брошенные невпопад. Невинность поцелуя растворилась, как мёд в горячем чае, меняя тональность на страсть, животную, правильную. Ту что движет взрослыми, до одури, до боли в сердце влюблёнными людьми. Разгорячённый парень притянул к себе девушку, утягивая её на сбившиеся подушки, прижимая её тело к себе сверху. Он был не против, чтобы она почувствовала по реакции его тела, как он хочет её. Пусть знает. По чуть дрогнувшим ногам девушки, её вырвавшемуся рваному вдоху и давлению на свой член Ульвар понял, что Цвия ощутила насколько она была желанна. Разорвав поцелуй, жадно хватая губами воздух, девушка нежно провела рукой по его лицу. Коснулась тонкой ткани футболки, явно чувствуя, как под её прикосновениями, его тело, твердое как застывший воск, плавится. Отчего же она знала, как касаться к нему, чтобы сделать больно и до безумия хорошо. Если бы она сейчас вонзила в него нож, он бы не воспротивился, а попросил сделать это снова и снова. Что угодно, лишь бы она была так же близко, как сейчас. Голубые глаза затянуло желанием, Ульвару безумно хотелось узнать, что же творится в голове этой, дорогой сердцу, загадки. Её руки скользнули к пряжке ремня, Ульвар не мог оторвать от её движений взгляд, девушка нервничала, не получалось расстегнуть. Куда же завела их эта невинная игра. Он взял её руки в свои, остановил, пока ещё это возможно было, иначе за происходящее дальше он не сможет отвечать и остановить себя вряд ли сможет. Она мягко высвободила свои ладони из его крепкой и в то же время нежной хватки, и уже более уверенно расправилась с этим треклятым ремнём, и заодно пуговицей джинсов парня. Помещение слабо освещало уличным фонарём, стёкла продолжал ласкать летний дождь, а Ульвар ласкал Цвию. Становилось жарко, так, словно все настройки выкрутили на максимум. Парень провёл ладонями по изящным плечам Цвии, мягко дотронулся до груди, через платье, мягко сжал её. Девушка закрыла глаза, запрокинув голову назад и рвано всхлипнула. Член пульсировал, упираясь в жёсткую ткань левайсов, кололо в сердце, и он с болью смотрел на неё. Ведь он так хотел её сейчас съесть. Чтобы она не досталась никому. Кажется, каннибализм, в самом извращённом понимании является признанием в любви. Что за бред возникает в его голове, почему она так влияет на него. Руки Ульвара скользят по её телу и талии, опускаются на бедра и без стеснения забираются под тонкую, почти прозрачную ткань платья, скользнув по внутренней стороне бедра, слегка цепляя пальцами кружевное бельё, влажное и горячее. От дождя ли. Ульвар выдохнул и рычащий стон вырвался из его тяжело вздымающейся груди. Сквозь, казалось бы, неспешные, трепетные ласки, он услышал своё имя. - Ульвар - шептала Цвия. Кто бы мог подумать, что эти буквы, ложащиеся в форму его имени, смогут возыметь такой эффект, что от этого можно кончить, если этого очень захотеть. - Скажи мне, Цвия, я умер на поле боя, а ты моя валькирия? Скажи мне. Девушка мягко рассмеялась, наклонилась над его ухом, касаясь своей глубоко и часто вздымающейся грудью его груди, и полушепотом ответила: - Нет, мой милый воин, ты ещё жив, и умереть тебе так просто я не дам. Он улыбнулся, вдыхая сладкий аромат её влажных волос. Парень мягко подхватил её под острые коленки, уложил на постель, подминая под себя, укрывая от всего мира. Поцеловал её приоткрытые губы, мягко кусая, пробуя на вкус свою Цвию. А с чего он решил, что она его? Одежда мешалась, раздражала, до клокочущей злости внутри, хотелось скорее прикоснуться к её обнаженному телу. Поцеловать каждый дюйм её нежной кожи. Не смотря на дикое желание, охватившее их обоих, раздевали они друг друга мучительно медленно, Ульвар давал Цвие выбор сбежать от него. Потому как он и сам боялся этого зверя, что затаился в нём и который готов был вырваться наружу. Но девушка сама, когда снимала с него футболку, целовала его тело, ласкала своими длинными пальцами, дарила нежность, словно даря обещание быть с ним, здесь и сейчас. Любовь? Расправившись с ненужным тряпками, Ульвар очень медленно, словно что-то очень хрупкое уложил Цвию на постель, затем двумя пальцами вытащил из кармана джинсов одну шелестящую штучку: «Флок, спасибо, ты серьезно самый лучший друг». Затем парень схватил презерватив зубами за уголок, навис над Цвией и рукой потянул мягкую упаковку вниз. Его волосы свисали на глаза, но сквозь них он видел, как Цвия голодным взглядом наблюдает за каждым его движением и облизывает искусанные губы. Девушка коснулась пальцев парня, останавливая его, забрала презерватив и спросила: - Можно, я сама? - Ты хочешь этого? - будто снова давая выбор, уточнил Ульвар. - Очень, - её голос на грани мольбы. Тонкие прохладные пальцы дотронулись до возбужденной плоти парня, большим пальцем она случайно коснулась его головки, мазнув выделившуюся смазку. Ощущая контраст температуры их тел как электрический разряд, Ормсон сжал зубы. Он едва сдерживал себя, чтобы не вырвать этот презерватив из её рук, выбросить его куда подальше и войти в неё прямо сейчас. Но терпел. Взявшись за кончик презерватива, девушка прислонила его к головке члена и стала расправлять по всей длине возбуждённого органа. - Внушительно, - услышал парень неприкрытое удивление от девушки и улыбнулся. Ульвар вновь замедлился, не спешил, боялся, что всё исчезнет, а это окажется вновь его очередной безумный сон о Цвие. Он поцеловал её подбородок, следом жадно спустился к шее, оставил засос, помечая её. Она теперь его. Эгоистично, но больше он не отступится. Затем его губы проложили дорожку поцелуев к груди Цвии, от перепада температур, кожа девушки покрывалась мурашками в местах соприкосновения губ парня. Ульвар видел, как девушка выгибается ему на встречу, он млел и сходил с ума от её взглядов и вздохов. Его пальцы скользнули к клитору, нежно надавливая на такую важную деталь, что способна привести девушку к удовольствию. Продолжая ласкать губами её грудь и выводить незамысловатые узоры на клиторе, Ульвар ощутил такой немыслимый трепет, интуитивно скользнул средним и указательным пальцами ниже, проникая в девушку, ощутил влагу и жар, внутри её тела. Пелена похоти застелила его глаза, лишь от осознания, что она хочет Ульвара не меньше, и она сейчас вся для него, он прикусил её сосок. Цвия сладко всхлипнула, цепляясь руками за его волосы. Кажется, сейчас его сердце остановится к чертям от происходящего. А это даже он ещё не оказался в ней. Убедившись, что девушку готова к нему, он оторвался от её тела и посмотрел в глаза, молча, спрашивая разрешения войти в неё. Цвия облизнула искусанные распухшие от ласк губы и моргнула, давая согласие на единение. Пропустив удар сердца, Ульвар плавно вошёл в девушку. Весь мир померк, чтобы затем вспыхнуть новыми красками. Стон Цвии вернул Ульвара в реальность, и он стал брать её, медленно наращивая темп, чтобы она привыкла к нему. Да, ей определённо нравилось. Как она хватала воздух ртом, как хваталась за его плечи, безжалостно оставляя на них царапины, как льнула к нему, то и дело шепча его имя. Через какое-то время умопомрачительного блаженства, девушка обхватила ногами торс парня и ловко оказалась сверху, прижав его к влажным простыням, взмахнула волосами, что липли к её раскрасневшемуся лицу. Ощущать вес её тела на себе, чувствовать её плавные движения бёдер, то как она опускается на всю длину его члена, как её стон становится громче, Ульвар жадно поглощал глазами эти картины, которые не мог и представить в самых смелых снах. Думал о том, что теперь никогда не сможет представить её с кем-то ещё, кроме себя. Его руки блуждали по её телу, сжимали бедра и талию, так, что скорее всего на её мягком теле останутся отметины. Плевать. Она его. Он хотел владеть ей полностью, выжигать до последнего вздоха, до последнего взгляда. От похоти и злости, что она может быть не его, он зажмурил глаза до белых искр под веками, а потом резко снял девушку с себя, и положил на кровать, развернув спиной к себе. Почти рыча, припал к ней мокрым, от их безумного секса, телом, слегка прикусил тонкую кожу на шее, затем одной рукой собрал в хвост её красивые густые волосы, слегка намотал их на кулак, второй рукой провел по изогнувшейся к нему навстречу спине, поглаживая приподнятые ягодицы, и немного не сдерживаясь вошёл в неё, потянул за волосы. Из уст девушки вырвался такой стон, что Ульвар едва не кончил. На грани потери контроля, слегка ослабил хватку, но не прекращал входить в девушку. Затем, чувствуя, что она совсем скоро получит разряд удовольствия, затормозил, он не собирался отпускать её так быстро. Наклонился к ней, и с истомой, граничащей с безумием, прошептал ей на ухо: - Посмотри, что ты делаешь со мной, Цвия. Девушка сквозь улыбку и сбившееся дыхание ответила ему: - Я представляла себе, какой ты можешь быть. После этих слов его накрыло, она представляла его. И кажется в этой игре, он проиграл ей, теперь окончательно. *** После прошедшей ночи, Ульвар чувствовал себя погано, словно вор. Да, он украл Цвию, украл её у этого мудака. Переживал ли он за него? Нет конечно. Что, если теперь она будет себя винить, и ненавидеть Ульвара. Думал, правильно ли, что он позволил Цвии изменить с собой, правильно ли что поддался искушению, ведь и она была не против. После незабываемой ночи, они лежали в постели, жавшись друг к другу. Ульвар гладил её волосы, её плечи, шептал глупые нежности. Чувствовал её улыбку. А когда она уснула просто любовался ей. Только маньяком себя больше не ощущал. Всё было так правильно. Словно это должно было случится давно. Зажмурив глаза и опершись рукой о балку уличного умывальника глубоко задышал. Паршиво. Он оказался злодеем в этой сказке. Но, как и ночью, почему-то был уверен в правильности произошедшего. «Натворил дел, Ормсон гандон!». Со стороны дома послышалось незамысловатое насвистывание. На крыльце стоял взлохмаченный Флок, раскинув руки навстречу новому утру, на нём были лишь трусы, полотенце через плечо и зубная щётка, зажатая между пальцев. Этот чертила, весь заспанный, даже сейчас не утратил своей харизмы. - Слышь, друг. Где пропадал, я, когда в комнату пришёл тебя не было. Неужто ходил по территории и страдал? – зевая спрашивал Флок. «Сейчас страдаю», - не унимался мысленно Ульвар. - Отвали Флок, вообще не до тебя, - с горечью ответил другу Ульвар. Флок, лёгкой трусцой подбежал к своему сокурснику и слегка стукнул его по плечу. Ссадины от ногтей Цвии заныли, неприятно соприкоснувшись с футболкой. - Айй, - зашипел Ульвар. - Айй, - отозвался Флок, то ли удивляясь, то ли пародируя товарища. - Что у тебя там болит? Вчера я тебя тискал и никаких айй, - начал допытываться Флок. - Забей, милый, ударился, – отмахнувшись от него в шутку, бросил Ульвар, и направился в сторону дома. - Я тебе вообще-то, кое-что вчера так и не сказал, и связь эта тупая тут не ловит. Ты свалил смотреть этот гребаный фильм, да? А мог бы поболтать с красоткой Цвией. Ульвар, как вкопанный остановился, на лице сменилась куча эмоций, раскрасневшись и шумно выдохнув повернулся, и приблизился к другу: - Зачем мне болтать с Цвией? – в голосе послышалась угроза. - Пацан, ты чё, не здоров что ли, красный какой-то, - Флок попытался дотронуться до лба друга, проверить, не затемпературил ли тот, но Ульвар безжалостно ударил его по руке. - Говори, - зло процедил Ульвар. - Тихо, тихо, не кипятись. Не с той ноги встал? Так иди в лес, проорись, а потом с нормальными людьми беседу веди, - напускная обида, Ульвар хорошо знал Флока, и продолжил сверлить его тяжёлым взглядом. - Ну что ты сморишь на меня как ишак на новые ворота? Уничтожение Ригсона, непоколебимым взглядом продолжалось. - Я тебя порадовать хотел, а ты только и делаешь что колючки свои на меня наставляешь, как тот самый ёж. Хоть ты мне и не признавался, но я-то знаю, что Цвия тебя зацепила. Не слепой же. Так вот, можешь брать у меня уроки по соблазнению, зайчик. Наша малышка рассталась со своим мудилой. Неужели, всё что было между ними этой ночью всего лишь от отчаяния. Получается она воспользовалась Ульваром. Вот дерьмо. Оказывается, это до жути обидно, когда тобой пользуются. - Когда? – безжизненно спросил Ормсон. Ну и кто ещё из нас злодей. - Я ведь вчера с ней болтал, она же моя подруга. Мы сразу по приезде пошли поговорить, по ней видно было, что ей надо. Но в автобусе она не захотела рассказывать, куча лишних ушей. Ну так вот, помнишь её не было две недели зимой в начале семестра. - Две недели и четыре дня, – не задумываясь поправил его Ульвар. - Вооооу, - протянул Флок, и продолжил свой рассказ, - Так вот. Переезд у неё был, искала жильё, ездила к родителям, зализывать свои ранки. Она застукала своего козла с тёлкой в их общей съёмной хате. Знаешь, я и рад, наконец-то, а то всё не верила никому, что он тот ещё кабель. Так что всё, детка свободна! Оказывается, уже полгода как. - Не шутишь? – не веря своим ушам допытывал Ульвар товарища. - Нет, теперь окончательно и бесповоротно, с такими вещами я бы не стал шутить - запихивая в рот зубную щётку прошепелявил Ригсон, потом вновь вытащив предмет гигиены изо рта добавил: - И да, мы с ней вчера правда так душевно поговорили, чел, оказывается ты ей охеренно как нравишься. После разговора она так норовила найти тебя. Я просто тоже маленько так намекнул, что ты питаешь к ней самые высокие чувства, уже давно. Скажи, из меня классный купидон? Эх, жаль, наверно вы вчера так и не увиделись, я отправился искать своё койко-место, а она ещё сидела на лавочке в саду. Потом-то такой дождь лупанул. К себе наверно убежала. Жаль жаааль. Последнее слово Флок очень уж наиграно протянул, прищурившись всмотрелся в лицо Ульвара. Ормсон сиял, глупо пытаясь скрыть так и норовившую растянуться на губах улыбку. С груди словно свалился здоровый валун, что мешал ему нормально дышать. Всё между ними было взаимно. Всё было правильно. Ульвар схватил Ригсона за плечи, смачно и звонко чмокнул того в щёку. Флок ошеломленно посмотрел на друга, попятился назад, выставляя руку вперёд и причитая: - Знаешь, ты милый, но сорян, я не гей. Слышишь не гей! Мне девочки нравятся, окей? – и шуточно пустился убегать от друга. Ульвар рассмеялся. Этот отдых только начался, но он уже стал самым лучшим в жизни третьекурсника. Теперь он точно не отступится, и сделает Цвию действительно счастливой.