Внутри чужого мира

Пламя в камине затрепетало, стало гуще — и наконец изумрудным взрывом из него шагнула фигура. За ней — чемодан. Он глухо ударился о каменный пол кабинета, оставляя лёгкий след копоти. Дамблдор стоял у окна, смотря на девушку . — Пунктуальность - редкий талант, — проговорил он. — Особенно среди тех, кто знает себе цену. Алиса поставила чемодан у стены. — Здравствуйте, директор. Я не опоздала? — Как ты и обещала — ровно в девять. — он спокойно повернулся направляясь к своему столу. Она медленно оглядела кабинет. Полки с книгами, колбы с зельями, портреты директоров — всё казалось нереальным. Как будто декорацией. — Добро пожаловать в Хогвартс, мисс Морваль — Дамблдор поднял голову и улыбнулся. — Я благодарен, что вы обратились за помощью именно ко мне, я понимаю ваш выбор — директор подошёл ближе. — и могу вам обещать здесь вы будете в безопасности, а также сможете быть такой, какой выберете сами. Ни страницой в журнале, ни сценой в театре, ни хорошей дочерью, ни сестрой. Он замолчал, затем добавил: — Хотя насчёт сестры я бы не был столь категоричен. — он лукаво улыбнулся. — Директор, как вы.. — она не успела договорить и немного замявшись, продолжила — спасибо вам. Дамблдор лишь усмехнулся, — ну что ж, пойдёмте? Алиса посмотрела на чемодан. — А он? — Появится в вашей комнате. Магия. Приятная вещь. Она лишь кивнула, — тогда ведите, директор. Коридоры Хогвартса были словно чьи-то забытые мысли — извилистые, глубокие, полные шёпота и затхлого воздуха. Здесь стены дышали. Медленно, чуть слышно, будто не хотели тревожить. Их камень был старым, отполированным сотнями лет шагов, тайных встреч, спешки и боли. Факелы горели ровным, янтарным пламенем, отбрасывая дрожащие тени на потолки с готическими арками. Алиса шла за директором, осматриваясь и восхищаясь величеством. — Вы готовы? — она не заметила как они оказались у входа в большой зал. И от резкого голоса директора, чуть не подпрыгнула. — Да. — успокоившись, уверенно ответила девушка. Двери распахнулись и ей открылся вид на зал. Он был по-настоящему живым, свечи парят под потолком, золотая посуда переливается, ученики гудят. Но когда они увидели директора — всё стихло. Дамблдор вошёл первым. Его фигура, как всегда, несла в себе нечто большее, чем просто силу — она будто вела за собой само время. А потом — она. Алиса Морваль. Высокая. Ровная спина. Мантия сидела на ней идеально. Каждое движение было выверено, будто она репетировала это появление годами. На губах — отрепетированная улыбка. Но в глазах... В глазах был целый ураган. Они искали его, бегали по гудящему от её появления залу. И наконец нашли. Драко Малфой — её родной брат, он поднял глаза. А по телу девушки пробежал табун мурашек. И Алиса поняла — он узнал её. Опять оказавшись захваченной своими мыслями, она не заметила, но уже стояла перед учительскими столами, позади Дамблдора. — Прошу тишины, — сказал директор, и даже свечи под потолком будто затрепетали. — Сегодня к нам присоединилась ученица, имя которой многие знают. Он обернулся к ней. Пауза. — Позвольте представить: Алиса Морваль. Гул пробежался по залу. Кто-то ахнул. Кто-то поднялся с места. Аплодисменты заполнили зал. — Она не училась в других школах магии, — продолжал Дамблдор. — Была обучена на дому. Поэтому сегодня — её распределение. Профессор Макгонагалл поднесла Шляпу к девушке. Мгновение и она уже болтает на её голове. — Так, интересная девушка — засмеялась шляпа. — Очень интересная. Взрослая. Сломаная. Но живая... столько контроля, столько выученного. Изумительный случай. — пауза, недолгая, но ей казалось что она тянулась вечность. — Гриффиндор? Нет. Когтевран? Возможно. Но нет. — опять смешки. — Слизерин! — слова разнеслись по залу. А стол Слизарена взорвался аплодисментами, возгласами, щелчками пальцев и лёгким, почти театральным смешком кого-то из старшекурсников. Не от дружелюбия — от гордости. От власти и удовольствия, что она теперь их. С неё сняли Шляпу. Пальцы дрожали — но она быстро подавила этот момент слабости, и теперь даже в ней была выученная грация. Алиса поблагодарила директора и сделала шаг, потом ещё один — к столу Слизерина. В зале — всплеск аплодисментов. Восторг. Показное одобрение. Но у неё тишина внутри. Потому что она почувствовала его взгляд. На треть пути к столу — она встретилась с ним глазами. Драко. Никакой маски. Ни ухмылки, ни ледяной бравады. Только шок. Только разбитое, несмелое узнавание, как будто он смотрел на призрак, которого звал каждую ночь — но не верил, что она ответит. Алиса замерла на секунду. Он — тоже. В его лице всё было оголено: облегчение, страх, ярость, вина. — Ариана.. — прошептали его губы, почти невидимо. Она ничего не сказала. Только моргнула — медленно. Но испугавшись и быстро взяв себя в руки, дойдя до стола села где-то между старшекурсниками. Тем временем началось распределение первокурсников. Им было страшно — она это видела. Мальчик с взъерошенными волосами чуть не уронил шляпу, девочка в круглых очках дрожала, когда подошла к табурету. Они были честные, настоящие, в них ещё не было выученной грации. И почему-то от этого стало тепло. Как будто перед ней проходили тени того детства, которое у неё отняли. Которое она даже не успела осознать. Когда все первокурсники были распределены, Дамблдор встал. Улыбнулся, раскинул руки: — Пусть праздник начнётся! И столы ожили. Посуда наполнилась сама собой — блюда, напитки, соусы, всё. Слизеринцы ели, переговаривались. И когда Алиса смогла немного расслабилась, и решила отложить семейные проблемы на потом. Кто-то сел. Без лишних слов, без демонстративного вздоха. Просто сел — уверенно, как будто всегда сидел здесь. — Не голодна? — прозвучал рядом голос. Не игривый, не высокомерный — просто ровный. Алиса повернулась. Рядом сидела девушка с гладкими тёмными волосами, аккуратным макияжем и очень спокойным, чуть уставшим лицом. Умным. Не завистливым — это сразу чувствовалось. Взгляд — пронизывающий, но не враждебный. — Нет, — ответила Алиса. — Просто не привыкла есть в шуме. — Понимаю, — кивнула девушка. — Особенно когда весь зал смотрит на тебя как на ожившую куклу. Алиса чуть усмехнулась. — Впервые кто-то сказал это так.. прямо. — Иногда честность — это роскошь — сказала незнакомка, наливая себе ароматого, чёрного чая. Алиса чуть наклонила голову, наконец осматривая её внимательнее. — А как тебя зовут? — Пенси, — ответила та. — Пэнси Паркинсон. Четвёртый курс. Она сделала глоток чая, потом добавила — А ещё теперь твоя однокурсница и союзница. Молчание. Но тёплое. Это было странно но впервые за весь вечер — Алисе не хотелось встать и уйти. Когда трапеза закончилась, а их разговор с новой знакомой, про какой-то давний фильм был прерван. Дамблдор снова поднялся. Медленно, как будто собирался сказать нечто особенно важное. Слово за словом он начал свою речь — о ценностях, о правилах, о расписании. И вот когда конец его речи был близок, раздался гром. Ослепительная вспышка. Словно небо раскололось над самим Хогвартсом. И двери Большого зала с грохотом распахнулись. Алиса вздрогнула, немного вскочив - инстинктивно. Словно память тела, словно ночь, когда за ней пришли в особняк, когда гром означал угрозу. На пороге стоял человек. Сначала — только силуэт. Чёрный, закутанный в плащ, как тень, как напоминание о чем-то, что должно было остаться вне замка. Он опирался на посох — не для красоты, а как будто действительно держался на нём. Вспышка молнии осветила его лицо. Гриву волос. Шрамы. Один глаз — тусклый, тёмный. Второй — голубой, закрученный, вращающийся. Он смотрел на всех сразу. По залу прошёл холод. Тишина стояла такая, что даже волшебные свечи будто опустились на полтона ниже. Алиса напряглась. Он откинул капюшон. Волосы тряхнулись. Он шёл прямо к преподавательскому столу, как будто знал каждый камень пола. Незнакомец подошел к Дамблдору и протянул ему руку. Дамблдор принял руку и кивнув жестом пригласил его на свободное место по правую руку от себя. Незнакомец сел, отбросив с лица надоедливые волосы. — Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от темных искусств, — жизнерадостно объявил Дамблдор в наступившей тишине. — Профессор Грюм. Зал наполняла лишь тишина, только директор и несколько преподователей начали хлопать. Всех остальных, видимо, настолько поразило необычайное появление Грюма, что они могли только смотреть на него. Наконец шок немного спал. И ученики начали шептаться обсуждая нового преподователя. — Ты в порядке? — тихо спросила Пэнси, едва заметно наклонившись. Ни насмешки, ни притворства. Просто вопрос. Алиса не ответила. Смотрела. — Кто это? — через пару минут, всё же смогла выдавить из себя девушка. — Аластор Грюм, — голос у неё был почти невозмутим. — Аврор. Один из самых жутких, как говорят. Старой закалки. Живой только потому, что все остальные — нет. Директор снова кашлянул, и шум в зале постепенно утих. — Как я и говорил, — произнёс он, с мягкой, даже немного светлой улыбкой, — в этом году наш замок станет местом поистине редкого события. Он сделал паузу. В зале повисло напряжение. — Мы имеем честь объявить: в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников. На секунду — тишина. А потом за столами кто-то шумно выдохнул и громко выкрикнул: — Вы это серьёзно?! Смех вспыхнул, как искра, разрядив напряжение. Даже директор чуть наклонил голову, глаза его сверкнули озорным светом. — Совершенно серьёзно, — сказал он. — Хотя, знаете, как-то раз мне рассказали шутку… заходят в трактир тролль, ведьма и лепрекон… — Он часто так, — тихо прокомментировала Пэнси рядом, не глядя. Алиса лишь улыбнулась. — Турнир был основан около семи веков назад. Три школы: мы, Шармбатон, Думстранг. Они выбирали по одному чемпиону, и трое соревновались. Он чуть замедлил темп. — Тогда это считалось возможностью сблизить культуры. Сдружить поколения. И много лет это работало. Пока… Директор на мгновение помрачнел. — Пока не стало слишком много… жертв. Алиса уловила, как рядом девушка напряглась, но не удивилась. Шёпот за столами начал нарастать. — Было много попыток вернуть Турнир, — продолжал директор. — Все неудачные. Но теперь, как мы верим, пришло новое время. Все лето Министерства разных стран работали над тем, чтобы сделать его безопасным, но всё ещё настоящим. Делегации прибудут в октябре. Судья — беспристрастный, независимый — выберет достойнейших. Где-то в зале раздался восторженный свист. Кто-то за столом впереди почти подпрыгнул на месте, шепча соседу что-то с горящими глазами. — Думаешь, у нас будет шанс? — полушёпотом спросила Пэнси. — У нас? — Алиса чуть приподняла бровь. — Ну, у факультета. В смысле — у кого-то из нас. Её голос был почти ленивым, но в глазах вспыхнуло что-то живое, азартное. — Только те, кому уже исполнилось семнадцать, смогут выдвинуть кандидатуру, — добавил директор чуть громче. — Это необходимо. Испытания всё ещё опасны. Мы будем бдительны. — Ну вот, — Пэнси чуть скривилась. — Даже без шансов. — Делегации прибдут в октябре и останутся у нас до конца года. Прошу, будьте любезны. В зале стало тише. И только теперь Алиса заметила, все свечи чуть покачнулись, как будто воздух сжался. Ночь подошла к финалу. — Уже поздно, — наконец сказал директор. — Завтра — начало учебного года. А потому… прошу всех направиться в свои спальни. Стуки. Шорохи. Скрежет сдвигаемых скамей. Студенты стали подниматься. Алиса — вместе с ними. Идущая рядом Пенси слегка коснулась её локтя — будто говорила, не теряйся. И в этом, почему-то, было — уютно. Но внезапно это чувство уюта прервалось. Она услышала в толпе знакомый, но уже такой взрослый голос. Это был Драко. — Сегодня. Галерея на третьей башне. За портретом женщины с розой. Буду ждать. — пронеслось над её ухом, так чтобы слышала только она, и, не дав ей ничего ответить, прошёл мимо. — Почти пришли, — сообщила Пэнси, и в её голосе прозвучала капля гордости. — Подземелья — наш дом. Уютный, хоть и немного сырой. Они остановились у гладкой стены, девушка произнесла пароль и стена разошлась. Открылся вход в уютное, прохладное помещение, залитое зелёным светом, отражающимся от воды за широкими окнами. Всё дышало тенью и старинной утончённостью — высокие кресла, тёмная мебель, камин с изумрудным пламенем. Алиса сделала шаг внутрь. Воздух пах камнем, кожей и магией. И — безопасностью. Или иллюзией её. — Вот и всё, — сказала Пэнси, подходя к одной из лестниц. — Девчачьи комнаты — влево. Найдёшь с табличкой с твоей фамилией. Чемодан, думаю, уже там — эльфы, как всегда, сработали раньше, чем ты успела подумать. А у меня ещё несколько дел. Спокойной ночи. — быстро протараторила подруга. — Хорошо. Спокойной ночи. Паркинсон ушла вверх по лестнице, а Алиса осталась стоять в центре гостиной, окружённая изумрудными бликами на потолке. Теперь — она действительно здесь. Внутри чужого мира.