Глава 5. Экстра. Скрытая часть айсберга. Под тольщей льда

      Под сводами зала Звездных Игр стоял гул — восторг, удивление, нескончаемые аплодисменты. На гигантских экранах, висящих над ареной, только что замер последний кадр финального вызова. Боевой Маг Чэнъяна нанес решающий удар в бою. Его Восходящий Дракон который поворачивает голову, буквально приковал к экранам всю Лигу. Это был его второй бой — и вторая победа, в которой он идеально показал себя в роли новой профессии.       Сам он уверенно стоял посреди арены, в свете прожекторов. Легкая улыбка появилась на его лице от чего публика взревела еще больше.       — Итак, я знаю, вы, ребята, в восторге, — голос ведущего слегка перекрывал шум трибун, — но давайте чуть поумерим пыл. У меня есть один вопрос к нашему герою… Думаю, всем сейчас интересно это узнать.       Он повернулся к нему и с легкой улыбкой задал:       — Ченъян, как тебе удалось овладеть другими профессиями настолько уверенно? И это помимо того, что ты продолжаешь совершенствовать свою основную — фрилансера. В чем твой секрет?       Парень слегка усмехнулся и поднял глаза к трибунам, задержав взгляд на одном человеке в первом ряду.       Е Сю сидел спокойно, почти незаметно среди других, но его улыбка была такой теплой, такой гордой… что у Ченъяна едва не перехватило дыхание.       Он выдохнул.       И в следующее мгновение — будто сердце нащупало кнопку воспроизведения — кадры прошлого накрыли его.

****

      — Зонт? — переспросил Е Сю, разглядывая сына, сидящего за компьютером в комнате тренировок. — Ты уверен?       Ченъян чуть кивнул, не отрывая взгляда от экрана.       — Он… мощний. И универсальный. Он дает так много возможностей и очень гибкий. С ним можно играть против любой професии на равных. Это потрясающе.       Отец сел рядом и какое-то время молчал.       — Зонт — не просто оружие, — тихо сказал он. — Это не как выбрать меч, или винтовку. Это как выбрать сразу все и ничего одновременно. Ты уже знаешь, что он дает возможность использовать силу всех 24 профессий. Это сто двадцать навыков. Все ветви. Все классы. А чтобы им управлять по-настоящему… тебе придется освоить каждую профессию. Вдоль и поперек. Изнутри. Быть экспертом во всем.       — Во всем? — Ченъян отвлекся от экрана и уставился на отца. — Но это же…       — Сложно, да. — Он увидел, как плечи сына чуть опустились, взгляд стал растерянным. — Ченъян, я скажу честно. Это тяжело. И не для всех. У тебя есть право выбрать другой путь. К примеру, Боевой Маг или Маг-Мечник. Или любой другой класс, который тебе по душе. Ты силен и я уверен ты справишься со всем, что ты выберешь.       — Но… — Ченъян поднял на него взгляд, — Я хочу быть как ты.       Е Сю мягко улыбнулся.       — Тогда тебе придется выложиться на все сто. Учиться. Смотреть записи. Пробовать. Ошибаться. Работать над собой каждый день. Если ты правда хочешь идти этим путем… стать мастером фрилансера, я помогу тебе всем, чем смогу. Но от тебя требуется терпение и рвение, чтобы достичь этой цели. Ты согласен?       Ченъян задумался, но после сжал руку в кулак, а глазах засияла решимость.       — Да. Я готов.       Е Сю смотрел на него секунду. Две. И наконец, улыбнулся — с гордостью.       — Хорошо, — сказал он. — Тогда за дело.

***

      Было раннее утро, редкое для базы без расписания. Остальные еще дремали или медленно пробирались к кофе, а в комнате тренировок уже сидели двое.       Е Сю сидел за компьютером, пробуя один класс за другим и методично разбирал возможности каждой профессии. Ченъян устроился рядом с блокнотом и карандашом, записывая все, что казалось важным.       — Смотри, вот Чернокнижник, — проговорил он, щелкая по клавишам, — Не самый простой класс. Он медленный, но есть один плюс: контроль времени наложения эффектов, если попадешь с дебаффом — врагу не поздоровится. Но минус — задержка. Вот видишь? Пока он кастует заклинание, ты уязвим. Поэтому держи дистанцию.       Ченъян кивнул, на полях записал: Медленный, но сильный. Защищать себя. Держать дистанцию.       — А если у тебя Лаунчер, — продолжал Е Сю, выходя в симулятор, — то придется все рассчитывать заранее. Там суть в упреждении. Не «где враг», а «где он будет через секунду».       — То есть… нужно просчитывать.       — Точно. Всегда думай на шаг вперед. Но не переусложняй. Слишком много анализа — и ты проиграл.       Он ненадолго замолчал, а потом, чуть мягче, добавил:       — Не переживай, если не получится сразу. Это нормально.       — Хорошо. — сын слегка улыбнулся.       — А теперь Клирик. Вот этот тебе пригодится всегда. — Сю переключил персонажа. — Он не для атаки. Это командный игрок. Лечит, поддерживает, баффает. Его задача — чтобы никто не умер. Ни он, ни команда.       Ченъян кивнул записывая все.       — Помни, что это все — не просто названия. Это мышление. Когда ты играешь за них, ты думаешь как они. Поэтому, чтобы овладеть Зонтом — ты должен стать каждым из них. Хоть немного. Понять, как они чувствуют поле. Как решают. Как ошибаются.       — А если я все забуду? — неуверенно спросил Ченъян листая записи.       — Тогда повторим. В этой семье — все упрямые, — Е Сю улыбнулся. — А если совсем запутаешься, можешь подойти к кому угодно из команды. Мама объяснит все про Лаунчера, Тан — про Магов, Бао… ну, он будет весело кричать, но ты поймешь.       — Я учту.       — Только если пойдешь к Вэйю — это на свой страх и риск. Он с лекции не слезет. И не забудь: если не нравится стиль объяснения — можно просто посмотреть, как они играют. Но в большинстве ты должен разбираться сам. Никто не сможет сделать это за тебя.       Ченъян усмехнулся и сделал крупную надпись в тетради: Смотри. Слушай. Играй. Повторяй.       Комната снова погрузилась в уютную тишину. Клавиши щелкали, а свет мягко ложился на стол, освещая строки в блокноте.       И в этой простоте — был самый ценный урок.

***

      В комнате тренировок было тихо, как будто сама вечерняя прохлада приглушила звуки. Только экран светился перед Ченъяном, заливая лицо голубовато-золотым светом. Он сидел, опершись локтями на стол, подбородок слабо прижат к сцепленным пальцам.       На экране отражались результаты: двадцать четыре матча. Все — с отцом. Один и тот же формат: оба брали одну и ту же профессию.       И статистика…       Говорила сама за себя.       Он молча всматривался в цифры, графики, красные строки поражений. Две ничьи, одна натянутая победа. Остальное — поражения. И даже не близкие.       — Двадцать четыре, — пробормотал он, чуть склонив голову. — Из них только три были… достойными.       Шаги послышались позади, но он не обернулся.       Рядом опустилась рука — тяжелая, теплая. Отцовская. Уверенная. Е Сю присел рядом на край кресла.       — Не расстраивайся, — тихо сказал он. — В начале это нормально.       — Нормально?.. — Ченъян покачал головой, взгляд все еще был прикован к экрану. — Я не протянул дольше минуты. Почти ни в одной. Только в двух-трех классах я держался больше двух минут. Это… провал.       Он не повышал голос, но в нем чувствовалась глухая досада. Гордость, слегка сдавленная разочарованием.       — Пап, это плохо.       Е Сю не перебивал сразу. Он лишь чуть сжал плечо сына, оставляя паузу, чтобы та легла между ними как мягкий плед.       — Ченъян — наконец сказал он, спокойно, с той мягкой твердостью, что бывало лишь в самые важные моменты. — Я настоял на этих матчах не ради победы. Мы играли, чтобы у тебя был этот результат. «Плохой», как ты его называешь. Чтобы однажды ты посмотрел на него — и понял, как далеко ты ушел. Без него — ты не увидишь роста.       — Но это же провал…       — Нет. Это точка отсчета.       Он повернулся, заглядывая сыну в лицо.       — Когда ты вернешься к этим данным спустя месяц, два, год… ты увидишь. Победы — не показывают прогресс. А поражения? О, они учат лучше всех. И они честные. Без прикрас.       Ченъян немного отвел взгляд, но пальцы сжались чуть крепче.       — Так ты хочешь сказать… что это все — часть плана?       — Конечно. Ты думаешь, я не проигрывал в начале, когда играл фрилансером? Я тонул в этих навыках, малыш. Иногда хотелось разбить клавиатуру. Но знаешь, почему я продолжил?       Ченъян приподнял брови, не отвечая, но слушая.       — Потому что я знал, за что борюсь. — Он снова сжал его плечо. — И я знаю, за что борешься ты.       Наконец, мальчик тихо кивнул. Уголки губ чуть дрогнули. Совсем немного.       — Ладно… Тогда в следующий раз я проиграю хотя бы не за минуту. Сделаю вид, что держался дольше.       Е Сю засмеялся.       — Договорились. А когда ты победишь — я все равно скажу, что поддавался.       — Конечно скажешь, — буркнул Ченъян, но в голосе уже звучала улыбка.       Экран все еще светился перед ним, но теперь эти цифры — были не приговором, а обещанием. Началом. Первым шагом.       И это было уже совсем другое чувство.

***

      День выдался насыщенным: тренировки, совещания, короткий просмотр записей прошлых матчей. Командный зал на втором этаже базы «Счастье» на мгновение ожил, а потом стремительно опустел, когда кто-то радостно крикнул:       — Обед! Гоу-гоу-гоу!       Ребята один за другим вставали, вытягивались, зевали и направлялись к выходу. Бао Дзи, как всегда, шел последним, потирая плечо.       Но в углу у самого дальнего стола, кто-то так и не встал.       Ченъян.       — Эй, — прищурился Бао, — он же там был и утром?       — Не только утром, — спокойно добавил Ифан, поднося к губам бутылку с водой. — Когда я спустился в семь, он уже сидел там. Я уходил — он был там. Возвращался — все еще там. Как будто не двигается.       — Будто бот какой-то, — хмыкнул Бао. — Серьезно, может, ему зарядку сменить надо?       — Я не думаю, что это хорошо, — заметил Лоу Дзи, подходя к ним и оглядываясь в сторону Чэнъяна. Тот даже не обернулся — только легкое движение мышкой, и снова пальцы по клавишам.       — Определенно нет, — пробормотал Ань Вэньи, прислонившись к стене. — Он загоняет себя.       — Вдобавок не слушает, — пожала плечами Ифан. — Что-то в нем изменилось. Он стал… тише. Сосредоточеннее. Странно даже.       — Может, у него есть цель, к которой он идет? — с задумчивостью сказала Тан. — Мы все становимся такими иногда, когда хотим что-то доказать — себе или остальным.       — Может быть, — Бао нахмурился, а потом щелкнул пальцами. — Но все равно! Парню нужен отдых. Может закажем ему куриные крылашки? Он обожает их.       — Хорошая идея, — улыбнулся Ифан.       И, переглянувшись, они отправились на кухню.       А Ченъян так и не поднял головы.

***

      Ночь. Тишина окутала базу. Большинство комнат погрузились в темноту, только отдельные огоньки на зарядках да тусклое освещение в коридоре напоминали, что кто-то еще не спит.       Ченъян все еще был в зале.       Единственный.       Монитор светился мягким голубым светом, отражаясь в его глазах. Он сидел, слегка сгорбившись, одна рука на клавишах, а другая по привычке лежала на мышке. Очередной симуляционный бой подходил к концу — и снова неудача.       Мастер Клинка промахнулся с комбо, тайминг сбился. Ченъян выдохнул. Не с раздражением. Просто… с усталостью.       Он чуть откинулся назад, провел рукой по лицу. Щеки отдавали красным оттенком, глаза уже уставали фокусироваться. На столе лежал список классов, аккуратно вычерченный от руки. Рядом — распечатки с приемами. Некоторые зачеркнуты, другие обведены.       Почти каждый вечер он проходил одно и то же. Один и тот же путь — от попытки к провалу, от провала к анализу. А завтра снова. Заново.       Ченъян посмотрел на часы — 01:47. Поздно. Когда он в последний раз ложился в правильное время?       Он устал. Это не было состояние «я хочу все бросить». Нет. Он не собирался сдаваться. Просто… надоедает когда проходишь то же самое с каждым днем, а прогресса никакого.       Он отвел взгляд от экрана и посмотрел в сторону стены.       Эмблема «Счастье» — ярко-красная, четкая, казалась почти живой в тусклом свете ночника. В центре пылал вечный огонь, который олицетворял их дух команды.       Ченъян задержал на ней взгляд, как будто напоминая себе, ради чего все это. Ради кого. Ради будущего, которое он сам выбрал.       Он опустил ноги на пол с подставки, встал, потянулся, ощущая, как гудят плечи и спина. Несколько секунд постоял в тишине. Затем выключил монитор.       — С утра. Начну заново, — тихо сказал он, и в этих словах не было отчаяния. Только спокойная решимость.       Может быть он даст себе чуть больше отдыха на этот раз.

***

      Следующие недели стали чередой однообразных и в то же время изматывающих дней. Ченъян расписал себе план: каждый день — новая профессия. Без исключений. Без «ну, это я не люблю». Он знал: если хочет владеть Зонтом по-настоящему, придется пройти через все. Даже через то, что отталкивало.       Понедельник начался с Призывателя.       — Ненавижу этих существ, — пробормотал он, наблюдая, как на экране его персонаж вызывает очередного элементаля.       Питомцы путались, мешались, задерживались на поле боя, откликались с задержкой. Все казалось медленным, расфокусированным. После десятого проигрыша подряд он ударил по столу, но не вышел из игры.       Он снова запустил симулятор. И снова пошел в бой.       На следующий день — Ниндзя.       Резкие движения, ловушки, быстрая смена оружия. Технически — идеально для тех, кто любит темп. Но Ченъян сбивался в комбо, забывал тайминг исчезновений. Один бой — проигрыш. Второй — проигрыш. Третий — ничья. Только на четвертый — наконец, победа. Маленькая, но его.       — Ладно, — выдохнул он, вытирая лоб. — Еще пять матчей.       Святой Рыцарь вызывал у него зевоту. Медленно, защитно, мало урона.       — Как можно… вообще… — он остановился на середине фразы, когда вдруг проиграл в матче, где почти не получал урона. Ошибка в тайминге. Он недооценил. Задумался.       И понял — именно это делают игроки такого класса. Держат все под контролем. Не спешат. Ждут.       — Хорошо, — тихо сказал он и запустил новую битву, начав заново.       Лаунчер было проще. Ярко, громко, весело. Он даже чуть улыбался, прокручивая в голове фразы Бао: «Это не атака, это фейерверк, парень!» и также наставления матери. Но и тут не было легкости. Пришлось учить упреждение, расчет траекторий. Все не так просто, как кажется.       Каждую профессию он записывал себе в тетрадь: слабые стороны, ключевые приемы, ситуации, где они раскрываются. Он знал: зонт не про «один стиль». Он — про все сразу. А значит, нельзя позволить себе пробелы.       Через две недели он добрался до Чернокнижника.       — Это был худший день, — пожаловался он вечером матери, присев на край дивана. — Как будто ты дерешься, ничего не понимая. Все эти эффекты, дебаффы, проклятия… я чувствую себя бухгалтером. Только магическим.       — Ты не бросил? — спросила Мучэн, подавая ему воду.       Он покачал головой.       — Нет. Завтра — Вор. Потом — Паладин. Потом — Мастер Клинка. Пока не пройду все. Может мне правда стоит начать спрашивать у ребят. Мне не хватает… понимания класса. Мне нужно больше изучать.       Она ничего не сказала. Только кивнула — и чуть сильнее сжала его руку.

***

      На следущий день Ченъян приступил к своему плану, вооружившись блокнотом и ручкой. График тренировок был чуть легче, и время для отдыха он решил использовать для этого. Первым был Бао Дзи.       — Эй, брат Бао, — начал он неуверенно, почесав затылок.       — Ого, официальное обращение? Чего ты хочешь? — Бао обернулся с ухмылкой, не отрываясь от экрана.       — Расскажи мне про Рейнджера. Все — приемы, особенности, слабости. Мне нужно понять не как противник, а как будто я сам — рейнджер.       Бао тут же закатил глаза, театрально махнув рукой:       — Ну все, сейчас начну лекцию, садись, ученик! Записывай: главное — это контроль зоны. Ты не бьешь по голове, ты берешь все под контроль! Карта, стены, камни — Твой друг. Удар с разбега? Самая сладкая вещь на свете. А броски? Они — искусство! Особенно песок в глаза очень эффективный чтобы ослепить и выиграть время.       — А уязвимости?       — Ну… — Бао почесал подбородок. — Если нас поймают вне ритма — мы мясо. Чистое мясо. Но если держим темп — все, танцуют все.       Чэнъян записал. Поблагодарил. И ушел.       Позже он нашел Ань Вэньи на кухне.       — Брат Ань, можно пару вопросов?       — Конечно. Если не по химии, — усмехнулся он, отодвигая кружку с чаем.       — По Клирику.       — Еще лучше.       Он не стал говорить громко. Но объяснял четко, выверенно — про дистанции, про тайминг лечения, про то, как важно быть всегда на шаг впереди. И как больно, когда ты слишком медлишь и погибает товарищ.       — Хил не просто лечит, — сказал он. — Он решает, когда стоит спасать, а когда — дать упасть. Это всегда решение. Иногда тяжелое.       — Звучит почти… философски.       — Потому что это и есть философия. Поддержка — это сила в тени.       Следующим был Вэй.       — Можешь рассказать про Чернокнижника?       — Лучше не спрашивай, — мрачно сказал тот, уткнувшись в экран. — Это хаос и боль.       — Но ты же выбрал этот класс.       — Именно. Хаос и боль — это мое.       И все-таки, спустя несколько минут Вэй заговорил. Сначала про проклятия, как важно правильно рассчитать стаки, потом — про передвижение и обман.       — Ты не просто атакуешь, — говорил он, — ты строишь ловушку. Словно шепчешь: «иди сюда» — и ждешь, когда враг поверит.       Ченъян слушал, не перебивая. Кивал. Делал заметки.       Так он прошел по команде — к каждому.       — Ифан, а как ты играешь «Два Парадокса», можешь рассказать?       — Тан, а какие микро-приемы самые эффективные для урона в Маге?       — Ву Чэнь, можешь сказать какая максимальная дальность атак у Стрелка? И какой самый мощний прием?       — Мо Фан, можно я посмотрю как ты играешь? Это ради исследования.       Ребята не знали почему ему так важно узнать об их классе. Кто-то даже звал его ботаником, кто-то радовался, что может блеснуть знаниями. В большинстве все относились к нему с пониманием и отвечали на все его вопросы.       К вечеру блокнот был исписан с обеих сторон. Он держал его в руках, словно что-то драгоценное.       Это был не просто блокнот с приемами. Это был ключ к пониманию: каждый класс — это чья-то душа. И чтобы владеть ими… нужно было вжиться. Принять. Стать им. А не просто выучить кнопки.

***

      После очередной долгой тренировки, когда пальцы Ченъяна уже казались ватными, а глаза щипало от усталости, он устроился на диване в комнате отдыха. Свет был приглушен, шум давно стих — почти все уже разошлись по своим делам.       Он включил нарезку матчей. Не своих. И не отца.       Сегодня — подборка с легендами Лиги. Он поставил на ускоренный просмотр, проматывая бои, выискивая тонкости. За последнюю неделю он пересмотрел, кажется, все: контроль Юй Вэнчжоу, танкование Ван Джикси, железную стойкость Хань Вэньцина. Он знал их ходы почти наизусть. И каждый раз, когда узнавал знакомый прием — что-то, чему он уже научился — сердце стучало чуть громче.       Он знал это. Он умел. Он понимал.       Пальцы дергались в такт движениям на экране, как будто пытались сыграть этот матч заново.       И вдруг… в рекомендациях всплыло другое видео.       Матч. Старый. Не в HD.       «Осенний Лист против Пустынного Праха».       Ченъян улыбнулся. Он видел это тысячу раз. Может, больше. Но включил снова.       Экран вспыхнул: серебрянный силуэт Осеннего Листа скользит по полю боя. Темп быстрый, как всегда у Е Сю. И вот — момент, ради которого он включил ролик.       Восходящий Дракон.       Он знал этот прием. Сам пробовал, но безуспешно. И все же…       На этот раз он смотрел не как сын, не как фанат, не как игрок.       Он смотрел как тактик.       — Как ты это сделал, пап?.. — прошептал он сам себе.

***

      На следующий день, когда тактическое собрание команды закончилось, и все начали расходиться, он не ушел.       Он остался. И подошел к отцу.       — Пап, можно вопрос?       Е Сю поднял бровь, откидываясь на спинку стула.       — Конечно.       — Это… насчет Восходящего Дракона.       Легкая полуулыбка мелькнула на лице Е Сю.       — Так. Значит, очередь дошла до Боевого Мага?       — Ага. — Ченъян чуть понизил голос. — Я и сам неплохо играю им, но в этом движении… что-то другое. Комбо? Подстройка тайминга? Или это просто секрет, который ты никому не рассказываешь?       — Даже если бы это был секрет, — усмехнулся Е Сю, поднимаясь, — тебе бы я все равно рассказал. Пошли.       Он обнял его за плечи, ведя в комнату тренировок. Свет включился автоматически — мягкий, рассеянный. Один компьютер уже был включен.       Когда Ченъян вставил свою карточку, на экране возник его Боевой Маг под ником «Дыхание Огня». Е Сю сел напротив экрана, а другое кресло поттянул рядом, чтобы сел сын.       — Хорошо, смотри. Начнем с основы. — он убрал мышку в сторону и сделал легкое движение рукой, словно в памяти воспроизводил каждое нажатие. — Сначала — Пронзающий Дракон. Это база. Он «отрывает» цель от земли и запускает в воздух. После этого — короткая пауза. Не полсекунды, буквально один кадр. И ты переходишь в Восходящий. Главное — почувствовать переход: Дракон как бы тянется за противником, уходит вверх. Но вот в этом моменте и совершают ошибку.       — Какую?       — Жмут сразу. Или наоборот — запаздывают. А прием требует четкого ритма. Нажал Пронзающий — почувствовал, как цель поднялась, и только тогда активируешь Восходящий. Он пойдет по вертикали, как всплеск магии, отталкивая воздух под ногами.       — А если я нажму чуть раньше? Или задержусь?       — В первом случае удар не зацепит. Или ты прервешь себе связку. А если промедлишь — выпадешь из темпа. В комбо — это приговор.       Ченъян кивнул и пометил что-то в блокноте. Е Сю встал и жестом пригласил его к клавиатуре:       — Попробуй. Я буду рядом, если что.       Ченъян встал. На экране — тренировочный бой. Его Дыхание Огня против бота. Он начал: шаг вперед, Пронзающий Дракон, взлет, и тут же — Восходящий…       Слишком рано.              — Подожди долю секунды, — мягко сказал Е Сю. — Ты должен почувствовать, когда противник зависнет в воздухе. Это момент, как выдох. Как щелчок. Услышал — бей.       Следующая попытка. Прыжок, Пронзающий… Задержка. Слишком поздно.       — Не жди, пока он упадет. Думай, что ты подталкиваешь его вверх. Как будто забрасываешь мечом в воздух.       — Это как… катапульта?       — Почти. Но ты сам и есть катапульта.       Попытка. Еще одна. И вот — ритм сошелся. Пронзающий. Короткий вдох. Восходящий.       На экране золотой Дракон рванул вверх, взметнув врага мощным восходящим ударом.       — Есть! — выдохнул Ченъян, чуть привстав.       Е Сю кивнул.       — Это классика. Основа. Один из важнейших элементов Боевого Мага. Освоишь его — дальше начнешь чувствовать импровизацию. Но сначала — доведи до рефлекса.       — Спасибо, пап. — Ченъян ярко улыбнулся отцу. Он ответил мягкой улыбкой и похлопал по его плечу.       — Только вперед, чемпион.

***

      Прошло несколько месяцев.       Команда тренировалась в своем обычном ритме. А отец и сын… снова встретились за одним экраном, в одном матче — в старом, но привычном формате: поединок один на один. Только теперь это была не просто игра.       Это была битва. Сына — против отца. И одновременно сына — против всех 24 профессий.       Как и раньше, они по очереди выбирали один и тот же класс и сражались. Но на этот раз… Ченъян шел в бой с другим настроем. Он уже многое прошел. Он знал механику, комбо, тайминги, ловушки. Он изучил, отработал, потренировался. Он даже верил — почти — что сможет хотя бы… сравняться.       И все же…       Провал.       20 поражений. 3 ничьи. И лишь одна победа — с профессией Крестоносца, в которой отец, как позже признался, всегда был не в своей тарелке.       Ченъян замер перед экраном, уставившись в результаты. Он даже не моргнул, просто смотрел. В груди — пустота, в голове — тишина. Затем, медленно, он опустил взгляд. Плечи поникли. Он чувствовал, как отчаяние сжимает горло, будто цепью. Все внутри казалось бесполезным, ненужным. Как будто эти месяцы не стоили ничего.       Словно почувствовав тучи, что сгустились над сыном, Е Сю спокойно встал подходя к нему. Сел на край стола, как часто делал, и положил ладонь на его плечо.       — Сынок, ты не должен так горевать. Все хорошо, ты…       — Неудачник, вот кто я, пап, — перебил он, тяжело выдохнув. — Прошло уже столько времени, а я не продвинулся ни на шаг. Я проиграл. Снова. Двадцать раз, пап! Двадцать! Это… на один меньше, чем в прошлый раз. Всего один!       Он замолчал, глядя в пол, голос был глухим:       — Неважно, насколько я изучил все эти классы. Сколько я знаю, сколько я практиковал. Какой смысл, если я не могу это использовать? Я теряюсь. Я забываю. Я задерживаюсь. Всегда что-то не так. С такими результатами… я никогда не смогу играть с Зонтом. Мой прогресс — это просто… ноль.       Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, потирая лоб ладонью, будто хотел стереть из памяти все это. Все неудачи. Все бессилие.       Е Сю не ответил сразу. Он не стал утешать или спорить. Только ждал. Ждал, пока сын сам осознает, что сказал. И лишь когда Ченъян приоткрыл глаза и бросил на него усталый взгляд — тогда заговорил.       — Это копилось долго, да? — с легкой, почти невесомой усмешкой сказал он.       — Да, — слабо кивнул Ченъян. — Я… просто устал.       — Я понимаю, — тихо, искренне сказал Е Сю. — Правда. Я знаю, как это тяжело. Ты имеешь полное право злиться.       Слова прозвучали просто. Но именно в них Ченъян почувствовал то, что было ему нужно больше всего: понимание. Не упрек, не сравнение, а поддержку. И это… сняло напряжение, как теплая рука на холодном сердце.       Он глубоко вдохнул. И с выдохом словно немного вернулся к себе.       — Но знаешь, — продолжил Е Сю уже спокойнее, — ты все же неправильно видишь две вещи. Во-первых, ты ошибаешься, думая, что знание класса не помогает. Малыш, никто не требует от тебя быть профи во всех 24-х.       — Но ты говорил…       — Я говорил быть экспертом, а не профи. В этом есть разница, — Е Сю взглянул на сына серьезно. — Быть экспертом — значит понимать суть. Основу. Быть способным прочитать противника, знать его сильные и слабые стороны. Ты думаешь, что я был хорош во всех классах, когда впервые взял зонт? Нет. Не позволяй обмануть себя моим нынешним уровнем. Это — результат больше двадцати лет сражений не за эти классы, а против них.       Ченъян приподнял брови, слушая внимательно.       — Мой опыт — это не идеальное владение каждой профессией. Это понимание, как они работают. Что они делают. Когда и зачем. К тому же в моем случае умения Зонта работают в обратном эффекте. Только блогадаря им, я помню как играть этими профессиями.       Он сжал плечо сына чуть сильнее.       — Все эти поражения, о которых ты говоришь… это не провалы. Это — доказательство, что ты идешь. Учишься. И это шаги, пусть и болезненные, в нужную сторону. Только запомни: если ты сам от себя требуешь идеала — ты будешь чувствовать себя неудачником даже тогда, когда уже станешь чемпионом.       Ченъян опустил голову и молча кивнул. Он чувствовал, как эти слова проникают в него — не поверхностно, а вглубь, в самую его тревожную часть.       — Так что все это время ты воевал не с профессиями, и даже не со мной, — мягко добавил Е Сю. — Ты сражался с собой. Со своим желанием быть лучшим. Своей внутренней планкой. Это — сильный стимул чтобы идти дальше, но иногда… он может загнать тебя в ловушку.       Наступила тишина. Но не гнетущая. Мирная.       — Возможно, ты прав, — наконец, выдохнул Ченъян. Голос был уже спокойнее. Усталость осталась, но боль отступила.       — Хорошо, — голос Е Сю был мягким, но в нем проскальзывала та самая привычная твердость, когда он собирался подвести итоги. — Теперь второе. Ты говоришь, что все это — месяцы тренировок, изучения, игры — не дало никакого результата. Ладно. Тогда смотри.       Он наклонился к компьютеру, немного сдвинул окно с текущими данными в сторону и открыл другое рядом — скриншот.       — Помнишь это?       На снимке была та самая таблица. Та, с самого начала. Когда они впервые сыграли. Все то же оформление, те же профессии… и те же, казалось бы, поражения.       — Да. Проигрыши. Я помню, — буркнул Ченъян, мрачно глядя на экран.       — Не то смотришь, — спокойно ответил Е Сю. — Обрати внимание на время.       Он указал пальцем на один из столбцов. Ченъян нахмурился, вглядываясь. И вдруг…       — В начале… — медленно начал он. — Ты держался максимум одну минуту. Иногда даже меньше. А теперь…       — Десять, — выдохнул Ченъян.       — Да, десять, — кивнул отец, — А в некоторых боях — пятнадцать. Ты улучшил это в десять-пятнадцать раз, малыш.       Он сделал паузу, давая сыну переварить это.       — Разве это не прогресс?       Ченъян смотрел на экран, как завороженный. Он так зациклился на самих победах, на числах, что даже не заметил этой детали. Он и не помнил про одну минуту в прошлых боях. Но теперь, сравнивая рядом — контраст был поразительным.       — Ты изучил все эти классы так, что угадывал мои движения, — продолжил Е Сю. — Рассчитывал мои атаки, находил мои ловушки. Ты стал реагировать гораздо быстрее. Намного. Я видел это в каждом матче. Да, ты еще не побеждаешь, но ты понимаешь.       Он чуть склонил голову, глядя на сына:       — Ты веришь, что я тот соперник, которого должен победить. Но подумай… как насчет других?       Ченъян медленно поднял взгляд.       — Ты играл с нашей командой. Да, проигрывал. Но эти ребята — профи. Они точили навыки в своем классе годами с усиленными тренировками. А ты… ты работал с ними всего несколько месяцев. И даже так… ты их заставил попотеть.       Уголки губ Е Сю приподнялись.       — Вей после боя с тобой, кстати, сказал, что чуть было не проиграл. А потом заявил, что я выращиваю из тебя «маленького монстра».       Ченъян усмехнулся, не сдержав смешок.       — Это похоже на него.       Е Сю кивнул и выпрямился, обняв сына за плечи, прижав к себе чуть ближе.       — Почему бы тебе не сразиться с кем-то еще? Не со мной, не с нашей командой. Просто… выйти в сеть. Поиграть с кем-то. Даже среди любителей полно тех, кто играет по пять-семь лет одной профессией — и все равно не знает и семидесяти процентов того, что ты уже знаешь. Так что… проверь себя. Попробуй. А потом расскажешь мне, как прошло.       Ченъян кивнул, и в этом кивке уже не было мрака. Только усталость… и легкое любопытство. И — важное — облегчение.       — Я… не подумал об этом, — признался он. — Мне почему-то казалось, что единственная настоящая победа — это победа над вами. Над тобой.       — Вот. Значит, мы к чему-то пришли, — с удовлетворением кивнул Е Сю. — Не требуй от себя невозможного, малыш. Чтобы владеть Зонтом, не нужно быть Богом. Я — не лучший пример для этого. У меня был уникальный путь. Но ты уже сейчас на уровне, где сможешь понять его механику, начать играть, и уже как Фрилансер постепенно вытачивать навыки.       Он наклонился чуть ближе, улыбка на лице стала мягкой, отцовской.       — И главное, — тихо добавил он, — сколько бы грандиозных целей ты не ставил — не забывай, зачем все это. В конце концов, мы играем… для себя. Потому что любим это. Потому что это приносит радость.       Он чуть потрепал сына по волосам, и наконец увидел ту улыбку, которую ждал весь день. Настоящую. Живую. Легкую.       — Хорошо, пап. Я буду это помнить.       — Отлично. — бодро сказал Е Сю и встал, хлопнув по спинке кресла. — А теперь как насчет перерыва? — Он хитро прищурился. — С десертом.       — Думаю… это отличная идея, — хмыкнул Ченъян и встал, словно скинув с плеч что-то тяжелое. Как будто весь груз, который давил на него — отступил. И впервые за долгое время он почувствовал: он может дышать.       Отец обнял его за плечи, и он ответил тем же, чуть приобняв его за спину.       — Мы должны первыми дойти до крепости, пока Бао Дзи занят… и пока мама не вернулась, — заговорщически добавил Е Сю.       Ченъян рассмеялся, облегченно, по-настоящему. И шагнул рядом с ним в теплый свет кухни.       На душе было ясно. И впервые за долгое время — спокойно.

***

      Время шло, и иногда Ченъян забывал, какой сегодня день недели. Он так сильно углубился в процесс, что дни сливались в одно сплошное полотно тренировок, тактических заметок, командных сессий и бесконечного анализа. Но он послушал совет отца. И впервые за долгое время перестал бороться против себя — и начал играть против других.       Обычные игроки. Не профи. Не легенды. Просто люди, пришедшие в игру, чтобы сражаться, учиться, ошибаться и побеждать.       И стоило ли говорить, что он был… удивлен.       Он играл десять матчей подряд. Разными профессиями. Случайными наборами умений. Иногда даже на картах, в которых раньше путался. И все равно — выиграл. Девять матчей из десяти.       Эта серия побед дала ему неожиданный, но столь необходимый рывок. После месяцев усталости, тумана и разочарований он, наконец, почувствовал, что может двигаться вперед. Почувствовал, что знает, что делает.       Этот рывок, впрочем, привел его к куда более неожиданной ситуации.       Имя его персонажа, до того скрытое в глубинах сервера, начало мелькать в обсуждениях. Кто-то выложил запись боя, кто-то — скрин результата. Люди начали шептаться: есть игрок, который побеждает любого в его же классе. Даже в тех классах, где, казалось бы, он не мог иметь опыта. Это породило волну интереса… и волну вызовов.       Ченъян не мог раскрывать свою личность. Конечно же, нет. Но он не мог и не играть. Поэтому оставался на втором этаже Интернет-кафе, в уголке рядом лестницей, где мало кто заглядывал. В это же время внизу, на первом этаже, разворачивался настоящий мини-турнир.       Игроки, которые бросали ему вызов, собирались у одного из компьютеров, ожидая, когда их очередь вступить в бой. Люди спорили, обсуждали его стратегию, иногда даже ругались за право первыми попробовать «разоблачить» его.       Ченъян, устроившись поудобнее, с интересом наблюдал за этим сверху, попивая газировку. Он смотрел, как игроки спорят, меняются местами, подбадривают друг друга — и все это ради того, чтобы сразиться с ним. Если бы кто-то знал, что загадочный «универсал» — это тринадцатилетний сын Е Сю, который тихонько хихикает с верхнего этажа…       К слову, в какой-то момент вмешалась Чэнь Го.       — Ты что тут устроил?! — с гремящим тоном влетела она на второй этаж, уперев руки в бока. — Ни один игрок внизу не хочет уходить! Они как будто фестиваль тут проводят! Очередь, спорят, орут! Это интернет-кафе или арена, а?!       Ченъян изо всех сил старался не рассмеяться, пряча улыбку в ворот кофты.       — Я просто играю… — пробормотал он, притворно виноватым тоном.       — Просто играешь?! Ты несешь хаос! Смотри, я тебя засажу за уборку всего зала, если еще раз увижу, что кто-то дерется за клавиатуру! — отрезала она, уходя, громко топая по ступенькам.       Где-то в углу, лениво потягивая кофе, Е Сю даже не пытался скрыть ухмылку, растянувшуюся почти до ушей.       В итоге Босс разогнала толпу, как генерал, ставящий армию на место, а Ченъяну пришлось на время сбавить обороты, чтобы не провоцировать беспорядки.       А потом, однажды, после очередного вечера дуэлей, когда он снова сел за свой основной класс — фрилансера со своим Зонтом — это случилось.       Он не думал. Не анализировал. Просто начал играть.       И понял.       Тело помнило, как нужно двигаться. Пальцы знали, где искать нужную комбинацию. В каждом ударе чувствовалась четкость. В каждом переходе — цель. И самое важное: он чувствовал, каким себя ощущает каждый класс. Где страх, где азарт, где контроль, где хаос.       Он знал это не по схемам и не по таблицам. Он прожил это.       И вот в этот момент он понял: это больше не просто тренировка. Это было… понимание.

****

      Возвращение в зал.       Ведущий все еще ждал ответа. И Ченъян, стоя под светом прожекторов, выдохнул. Его плечи немного расслабились, а на лице появилась уверенная, спокойная улыбка.       — Секрета нет, — сказал он наконец. Его голос был ровным, но твердым. — Просто, чтобы играть с Зонтом, ты должен знать, как дышит каждая профессия. Не на словах — на практике. Ты должен быть бойцом и стрелком, магом и лекарем. Ошибаться. Сдаваться. Начинать заново. Понимать слабости и силу. Я проигрывал — много. Но каждый раз поднимался. Потому что… я хотел понять.       Он сделал небольшую паузу, глядя в трибуны.       — Мне повезло. У меня был не просто тренер, — сказал Ченъян, и в его голосе вдруг появилась особая мягкость, — а человек, который шел рядом. Верил в меня даже тогда, когда я сам терял веру в себя.       Его взгляд в зал и задержался на знакомых лицах в первом ряду.       — И еще… моя команда. Люди, которые были рядом все это время. Которые помогали, объясняли, подбадривали, не отпускали, когда я застревал в собственных попытках быть лучше. Они тоже часть этого пути. И, по правде, — он чуть улыбнулся, — они тоже моя семья.       Он видел как в их глазах сияла блогадарность, теплота, одобрение. Кто-то даже тайком вытирал слезу. Кто-то просто сдержанно улыбался.       Ченъян перевел взгляд на зал, мягко улыбнувшись.       — Это не про талант, а про выбор. И про то, насколько сильно ты готов бороться за то, кем хочешь стать.       Зал, будто затаив дыхание, на секунду замер. А потом — разразился шквалом аплодисментов. Живых, настоящих, идущих от сердца.       Но Ченъян уже почти не слышал их.       Он смотрел в сторону второго ряда. Туда, где сидел Е Сю.       И отец смотрел на него так, как когда-то, очень давно, сказал: «Тогда за дело».       И вот теперь, под светом прожекторов, Ченъян знал: все было не зря. Каждый шаг. Каждая неудача. Все это привело его туда, где он должен быть…