Вечер

Вечер. На часах 18:05. Москва и Петербург едут на метро домой. Они вышли на нужной им станции и пошли в направлении дома Питера. Уже готовясь войти в подъезд, они вдруг услышали чей-то голос. -Москва Юрьевна! Постойте! Оба обернулись и увидели парня, бегущего к ним на встречу. Это был Коля, или же Николай Андреевич Смоляков, если официально. Он был подчиненным Москвы и ездил с ней куда угодно, если она его просила. Короче, мальчик на побегушках. -Москва Юрьевна... Фух! - отыдашлся он, - Ваш чемодан, он здесь, как вы и просили... -О, Коленька! Спасибо большое! Вот, это тебе. - сказала Москва и протянула ему 3 тысячи рублей. -Что? Нет! Не стоит! Мне моей зарплаты хватает! -Ой, да ладно тебе! Девушке своей чего-нибудь купишь! - пихнула ему в руки деньги Москва. -А?! О-откуда вы знаете?.. - покрасневши, взял деньги Коля. Москва взяла чемодан, обернулась на него и, ухмыльнувшись, сказала: -Я всевидящая. До завтра! -До свидания... - ответил все еще смущенный Коля. А Питер тем временем за всем наблюдал и наслаждался. Наслаждался девушкой, которая стояла рядом с ним. Он всегда восхищался ей. Когда он был ребёнком ему много о ней рассказывали: как она из небольшой резиденции превратилась в огромнейший город, как она пробиралась к статусу столицы через присоеденение земель, разнообразных ухищерений и много другого, как перенесла море восстаний и пожаров, и как выстояла. После того как он стал столицей и Москва сильно охолодела к нему, ему пришлось несладко. Петербург тянулся к ней, а она даже его письма читать отказывалась и рвала их тот час. Да уж, не лучшее чувство, когда твой кумир ненавидит тебя. Но чем старше Санкт-Петербург становился, тем их отношения становились сначала нейтральнее, а потом и теплее, а после того как Москва восстановила свой статус столицы, то с его плеч будто упал огромный камень, и он начал еще сильнее к ней тянутся. И у него получилось. Москва начала потихоньку присматриваться к нему, ей даже не мешал тот факт, что она видела того еще грудным младенцем. А во время блокады? Там сплошной ужас! Столица чуть ли не сходила с ума, а когда узнали, что в 1943 в Ленинград начнут ходить поезда, то даже под угрозой жизни, она поехала, даже прошла ускоренное обучение всему основному в управлении поездом и помощи команде. После войны их отношения остались такими же теплыми. В XXI веке они уже оба поняли что любят друг друга, они знают и замечают это в поведении друг друга, но все равно стесняются признаться в своих чувствах. Ах, как же все сложно! Вдруг Петербург опомнился, галантно забрал у Москвы чемодан и свободной рукой открыл ей дверь. Питер жил на 3 этаже и решил не пользоваться лифтом. Снова ключ открывает закрытый с утра замок и уже не бежит в ключницу, а летит прямиком на тумбочку в коридоре. Парень снял с плеч девушки жакет и аккуратно повесил в шкаф. Дальше они раздевались, мыли руки, искали что бы надеть для дома. После решения вопроса с вещами Москвы, Петербург пошел заваривать чай на двоих, чтобы просто посидеть на диване и охдохнуть. Закончив с чаем, Питер взял две кружки со стола и пошел в комнату, где сидела Москва. Она сидела на диване и смотрела телевизор, там шли новости. -Чего это ты новости смотришь? Ты же вроде их не любишь. -Да смотреть больше нечего, вот и маюсь. -Ясно. Держи. -Ой, спасибо! Столица взяла кружку и отпила немного чая. Петербург сел рядом. Тут по новостям начали говорить про того, кто преследовал Питер весь день. Про Петра I. Санкт-Петербург снова завис. Он опять думал о нем. Он пытался перестать, но не мог, это затягивало его как болото. "Все! Не могу больше!  Отпусти меня! Да, я люблю тебя, отец, но я устал! - подумал Петербург, - А что если... Это я должен отпустить?.. Может дело во мне? Я должен не забыть, отпустить... Да... Точно! Я должен! У меня есть человек, который мне дорог! Сейчас есть!" Питер был все еще погружен в свои мысли, но думал уже не о нем, а о ней. Как ей сказать? Сейчас или потом? Может стоит подобрать какой-то другой момент? У него появились резкое желание признаться первопрестольной в своих чувствах. -Эй... Ты опять что ли? А ну прекращай! - прикрикнула на Петербург Москва, - Я понимаю, ты скучаешь, но еклнм, хватит грустить! Посмотри на меня! Она была довольно импульсивной и иногда ее слова могли задеть особо обидчевых людей. Это немного напрягало ее, и она пыталась себя контролировать, но у нее не всегда выходило. Вдруг Санкт-Петербург повернулся к ней и посмотрел ей прямо в глаза. Москву это немного смутило, но она все равно не отвела взгляда. Питер взял ее руку в свою и девушка почувствовала приятное тепло. Это вызвало недоумение столицы, ибо его руки чаще всего были холодными. Она решила списать эту теплоту на чай и жарковатую температуру в комнате. -Москва... Ты можешь сейчас меня выслушать? - с ноткой робости спросил северо-столичный. -Да... -Я тут подумал... Он был для меня самым близким человеком, но его больше нет и я должен найти человека, который будет мне также дорог... И мне кажется, что я нашел такого. Точнее такую... Извини, но... Я... Я люблю тебя, Москва... Ты - самый дорогой мне человек и никто мне больше не нужен. Столица сидела и внимательно слушала своего возлюбленного. Она наконец дождалась. Конечно, она могла бы и сама признаться, но ее гордость этого не позволяла, и она терпеливо ждала. Ну что, дождалась. -Питер, я... Я тоже... -Что? Правда!? -Да... И не задавай глупых вопросов! -Хахаха! Хорошо... Петербург медленно перевел свою руку на щеку Москвы и начал в открытую ею любоваться. Он смотрел на ее пухленькие губки, которые сейчас были сложены в миленькой улыбке, а на конце этой улыбки были небольшие ямочки, которые так нравились Питеру. Он также смотрел на ее красивейшие голубые глаза, похожие на воды реки Москвы, на ее несильно выделяющиеся скулы, на ее шелковистые волосы. Она в свою очередь любовалась им. Его карими глазами с золотистым отливом, его робкой улыбкой, его аккуратными бровями, его небольшими щечками, которые слегка покраснели. Они могли сидеть так вечность, но их идиллию прервал телефонный звонок. Москва быстро схватила рядом лежавший телефон и приложила его к уху. -Алло? Да, здравствуй... Нет, извини, но я не смогу приехать. Я в Питере. Что?! Ты дурак?! Какой выговор?! Я столица! Что хочу то и делаю! - закричала девушка,- Ага, до понедельника... Агх! - сказала Москва и откинулась на спинку дивана. -Что-то случилось? - обеспокоенно спросил парень. -Да нет... Просто опять с Кремля звонят. Сказали, что, мол, за то что не смогу явиться на работу завтра выговор мне будет! Никакого отдыха! Я и так пашу с понедельника по пятницу, так они еще и в отпускные дни меня видеть хотят! Мне уже не 100 лет, чтобы без отдыху вкалывать! - сказала Москва и, нахмурив брови, начала пить чай. К ней присоеденился и Санкт-Петербург. Они просто сидели и пили чай, новости они переключили на СТС, где шли великие и могучие "Уральские пельмени". Столица успокоилась и начала клевать носом над чашкой. Просидев так приблизительно минут 40, Петербург решил уложить любимую спать. Он запихал ее в ванную и наказал принять душ. Москва нехотя послушалась его. Когда она вышла, она пошла в спальню, где Питер застелал кровать. На постели лежала лишь одна подушка и пару подушек поменьше для удобства. -Я с тобой хочу. - сказала Москва. -Со мной?.. Тебе точно тесно не будет со мной то? Я же не кот, что положил у ног и места сильно не занимает. -Тесно? Точно не будет! Ну пожалуйста. -Ладно... Сейчас достану вторую. Кровать, вообще, была немаленькая, и Питер шатался только, чтобы показать какой он джентльмен, что готов уступить всю эту роскошь даме. Он быстрено нашел еще одну подушку, а после этого убежал в душ. Пока Петербург освежался, Москва мазала свое лицо и руки кремом, ведь как она говорила "Мне уже не 100 лет, чтобы (любое действие или фраза, которые не устраивали ее)!". Северная столица вышел из ванны и направился в спальню, по пути включая везде свет. Когла он пришел, Москва всеми силами пыталась не заснуть, дожидаясь своего возлюбленного. Он наконец лег рядом с девушкой. -Чего не засыпаешь? Уже глазки слипаются... -Я тебя ждала... -Ох... Ну вот я здесь, и теперь ты должна заснуть. Спокойной ночи, любимая... -  произнес Питер и нежно поцеловал Москву. -Спокойной ночи, мелкий... - сказала Москва и почти сразу заснула. "Почему это мелкий?! Ну да, не восемьсот мне лет! Но два метра роста не показатель что ли? Полторашка..." - подумал Петербург. Любят же они друг друга подкалывать. Через 10 минут они уже оба спали как младенцы. Они не договаривались предварительно о том, будут ли они обниматься во сне, но все же их тела за ночь сумели переплестить и остаться в таком положении до утра.