Часть 1

Рабочая смена уже минут двадцать как подошла к концу. Остальные работники автозаправки разъехались по домам, и только одна кассирша по-прежнему не сдвинулась со своего места, нервно поглядывая на наручные часы. За окнами потихоньку начинало смеркаться, но девушка знала, что мальчик обязательно придёт, а потому в третий раз проверила кассу на наличие незакрытых транзакций. По торговому залу медленно-медленно виляла шваброй сгорбленная уборщица — вряд ли она забыла убраться до закрытия, скорее, просто не хотела оставлять коллегу одну на пустынной заправке, затерявшейся у трассы: дальнобойщики бывают людьми сомнительными. — Всё ждёшь его? — на выдохе спросила бабуля, смахнув пот со лба. Молодая девушка предпочла оставить этот вопрос без ответа. Каждый вечер пятницы к ним на автозаправку приходил маленький мальчишка лет восьми. Он выходил из близлежащей лесополосы и собирал монетки, разбросанные по асфальту. Чёрная футболка с потёртым принтом висела на нём, совсем как мешок. Однако ребёнка больше смущали короткие шортики, которые он то и дело неловко оттягивал вниз, озираясь по сторонам. Когда же набиралось достаточно мелочи (малыш никогда не клянчил деньги у людей, да и вообще не подходил к ним ближе чем на ярд), дверь с трудом открывалась, и взгляды сотрудников устремлялись вниз, на белобрысую макушку. У кого-то рука поднялась постричь её налысо — так, что вся голова была исцарапана бритвой. Сегодняшний вечер, к сожалению, не стал исключением. Обе женщины с замиранием сердца вздохнули, увидев, как из-за деревьев у гравийной дорожки выходит крохотная фигурка. — Думаешь, он из детского дома? — первой прервала тишину кассирша. Мальчик присел на корточки перед маленьким котёнком и погладил его за изодранным ушком. — Знаю, — девушка перевела на уборщицу недоумённый взгляд. — Я ж домой хожу через окраину, а там детский дом стоит. Много ребятишек бегает, и он в том числе. Лесной гость аккуратно, будто боясь спугнуть, достал из кармана сырую корку хлеба и протянул её своему маленькому другу. Последний, конечно, из вежливости понюхал, но есть не стал. Девушка, не в силах больше смотреть на развернувшуюся сцену, ринулась к холодильникам за своей спиной. Нащупывая в сумке кошелёк, она достала с верхней полки две пачки молока по сто пятьдесят миллилитров и быстро пробила взятый товар. **** Эндрю много читал про кошек — только эти книги парни из старшей группы оставили в живых, — поэтому несильно удивился, когда котёнок отказался от хлеба. Впрочем, старшие постоянно что-то отбирали у детей: книжки, игрушки, которых и без того в детском доме не водилось, овощной салат по четвергам... Год назад приёмный отец забрал у него что-то важное — что-то, что Эндрю мог вырезать на коже, но не мог назвать вслух. Воспитатели часто использовали по отношению к ним таинственное слово «потребители». Почему-то все без объяснений понимали его значение. И ни один пока не спросил, почему они не называют так себя. Через плечо перекинулась чья-то рука с пачкой пастеризованного молока. Мальчика всего передёрнуло, ведь он думал, что заправка давным-давно закрылась. Котёнок пискляво мяукнул, спрятавшись в водосточной трубе. — Прости! Я тебя напугала? — не менее испуганно спросила незнакомка. Радовало одно — это не мужчина. — Кошечек лучше кормить молоком, рыбкой там всякой. Девушка дружелюбно улыбнулась ему. Она аккуратно сняла с головы красный козырёк и поманила им котёнка. Долго «кыскыскать» не пришлось — рыжий комочек, не выдержав интриги, выглянул из трубы. Работница сначала долго гладила его, потом посадила к себе на колени и снимала с хвоста колючки. Дрожь в теле постепенно утихала: Эндрю знал, что плохой человек ни за что не дотронулся бы до животного. — Вторая пачка тебе, — девушка заметила, как мальчик задремал. Джозеф вздрогнул: солнечный диск уже почти скрылся за горизонтом, а ноги искусали комары. Колени затекли. Сколько времени прошло? Котёнок начал мало-помалу засыпать, потому что совсем не мог передвигаться после сытного ужина. Кажется, рыжий давненько не набивал брюхо. Всё это время за ними из окна наблюдала пожилая женщина. Морщины на её лице были похожи на годичные кольца дерева. — Она может тебя проводить, — ненавязчиво предложила кассир. Эндрю не видел смысла отказываться — за них с другом заплатили, накормили и составили неплохую компанию. В детском понимании старуха не представляла особой угрозы, к тому же её коллега навряд ли стала бы так церемониться, если бы это был план похищения. Да и откуда его похищать? Из Дома сирот со сгнившими до дыр половицами, под которыми жили крысы? Ну право, нет причин сопротивляться. Они шли по полевой дороге. Эндрю — по одной колее, бабуля — по другой. Она важно, по-стариковски, рассказывала названия цветков, что росли у ног. Ненасытные комары продолжали кусать путников до красных шишек, однако сейчас это уже не волновало. Отсутствие одного из воспитанников няньки так и не заметили, пока он не забрался в спальню через окно.