Подлинная история Русалочки

В классе было тихо, если не считать мягкого, мелодичного голоса учительницы Агаты, которая читала вслух из большой иллюстрированной книги. Дети, как завороженные, слушали историю о Русалочке. Вали, однако, с каждой страницей хмурил свой маленький лобик все глубже и глубже. Всего за несколько дней до этого он посмотрел версию мультфильма с Морган Старк. Он вспомнил яркие краски, поющего краба, смешную чайку и триумфальный финал, в котором Ариэль обрела ноги, голос и своего принца, победив при этом злую морскую ведьму. Это… это была не та история. В этой версии каждый шаг русалки по суше был похож на хождение по острым ножам. Принц влюбился в другую. Голос русалки был потерян навсегда, а не на время. И концовка… В полном ужаса молчании Вали слушал, как русалка, вместо того чтобы выйти замуж за принца, растворилась в морской пене, и ее самопожертвование в конечном итоге дало ей шанс обрести невидимую, неземную душу. Когда история закончилась, несколько детей вежливо захлопали в ладоши. Вали почувствовал холод и пустоту в животе. Это было печально. Это было несправедливо. Всю дорогу домой он был молчалив. В тот вечер, когда Локи тихо читал у камина, к нему подошел Вали, на его лице застыла маска обеспокоенной решимости. – Папа, - начал он тихим, но серьезным голосом. – Сегодня в саду мы слушали настоящую историю о Русалочке. Локи поднял глаза, откладывая книгу в сторону. Он заметил страдание в глазах сына. – А, полагаю, эта история несколько отличается от той, которую ты видел? – Это ужасно! - вырвалось у Вали. – Она превратилась в морскую пену! Это неправильно! – он глубоко вздохнул, глядя на отца глазами, полными отчаяния. – Ты Бог Историй. Неужели ты не можешь… это исправить? Неужели ты не можешь сделать так, чтобы печального конца никогда не было? Чтобы настоящая история была именно счастливая? Вопрос был таким искренним, таким полным детского стремления к справедливости и счастливым концовкам, что поразил Локи до глубины души. Он увидел в мольбе Вали тот же импульс, который сам испытывал бесчисленное количество раз, — желание придать реальности более приятный вид. Он опустился на колени, выражение его лица смягчилось от сострадания и глубокой любви. – О, мой мальчик, - мягко сказал он. - Если бы у меня была такая власть, я бы переписал тысячу историй, чтобы избавить тебя от минутной печали. Но я не могу. – Почему нет? - спросил Вали, и его нижняя губа задрожала. – Потому что история, однажды рассказанная, начинает жить своей собственной жизнью, - объяснил Локи. – Ее сила в правдивости, даже если эта правда причиняет боль. Рассказчик, написавший эту версию, вложил в нее всю душу — свой собственный печальный опыт безответной любви, свое собственное понимание жертвенности, стремления к чему-то большему. Стереть это означало бы заставить замолчать его голос. Это было бы жестокостью другого рода. Это было бы тем, чем занималось УВИ до того, как мы с твоей мамой подняли восстание против его основателя. Он видел, как Вали борется с нахлынувшими на него эмоциями, ведь концепция была слишком обширной и несправедливой для ребенка. В итоге, Локи предложил ему другой вид магии, гораздо более доступный. – Но ты же знаешь, - сказал озорной бог с заговорщическим блеском в глазах, - что ты обладаешь не менее могущественной властью. Возможностью выбирать. – Выбирать? - удивился Вали. – Безусловно, - подтвердил Локи. – Сейчас ты узнал две истории об одной и той же русалке. Одна из них яркая, веселая и заканчивается свадьбой. Другая мрачная, печальная и заканчивается превращением героини в пену. Какая из них живет в твоем сердце? Какую из них ты будешь носить с собой и когда-нибудь расскажешь своим детям? Вали задумался об этом. Он подумал о танцующей, поющей Ариэль и о молчаливой, страдающей русалке, которая превратилась в пену. – Мультфильм, - твердо решил мальчик. – Со счастливым концом! – Тогда это, - сказал Локи, положив руку на сердце сына, - для тебя правдивая история. Это та версия, которая имеет значение. Другая книга может лежать на полке, но не обязательно должна быть здесь. - он взъерошил волосы малышу. – Ты сам бог своих историй, Вали. Никогда не забывай об этом. Ощущение пустоты в животе у Вали исчезло, сменившись теплой, твердой уверенностью. Его отец не мог изменить сказку, но дал ему кое-что получше: разрешение сохранить радость. Ему не нужно было расстраиваться из-за пены, он мог просто решить, что свадьба была лучше. – Хорошо, - сказал Вали, и легкая улыбка вернулась на его лицо. – Счастливый конец - это моя настоящая история. И в этот момент, под руководством Бога Историй, юный принц понял, что, хотя он и не может влиять на все повествования во вселенной, он обладает абсолютной властью над тем, что важнее всего, – над своим собственным.