Are you man enough?

«Если хорошо попросишь — я подумаю» А Гэнгл ведь умеет хорошо просить. Умеет быть достаточно настойчивой, не становясь при этом назойливой. Пара брошенных как бы невзначай фраз «было бы неплохо, если...» и немного милого хлопания глазками явно сделали своё дело, так что спустя несколько дней она снова оказывается в комнате Джакса. Только в этот раз простым разговором всё не ограничивается и Джакс вновь стоит перед ней в том чёртовом костюме горничной(Кейну, конечно, было крайне трудно объяснить, зачем им срочно необходимо переодеть Джакса, но они кое-как справились с этой непосильной задачей...). Гэнгл же, честное слово, как девочка-подросток, бегает вокруг него, бесстыдно разглядывая со всех ракурсов и чуть-ли не залазя под юбку. Делает она это, ну... Из чистого интереса, не более... И несмотря на то, что сейчас они наедине и посторонних глаз в помещении нет, Джакс, вопреки своим же словам днями ранее, всё равно выглядит крайне зажато. Не просто неловко, а прямо конкретно зажато. Он не говорит об этом, не жалуется — лишь смотрит на себя отрешённым взглядом в зеркало напротив. Смотрит на чёрное платье, на обилие белых рюш, на несуразный вырез на груди в форме сердца, на чулки, на ободок, на подведённые подводкой глаза. Смотрит и- — ...Джакс? — А? — Джакса передёргивает всем телом и он всё-таки отводит глаза от своего отражения. Тот видит, что взор Гэнгл, обращённый на него, какой-то слишком уж встревоженный. — Чего тебе? — Ты завис и не отвечал мне минуту с чем-то, — чуть хмурится Гэнгл. — всё нормально? — Эм, да... Всё отлично. — Когда у людей «всё отлично» они не смотрят на себя в зеркало, игнорируя всё вокруг. — Просто я неотразим. — Если бы ты правда смотрел на себя только по этой причине, то точно не с таким лицом. — Каким «таким»? — Убитым. Повисает тишина. Джакс громко вздыхает и под пристальным надзором Гэнгл, по-прежнему жаждущей ответов, отходит в сторону. Безмолвно садится на кровать, опуская голову в пол. Молчит, а Гэнгл аккуратно присаживается рядом. Не давит и не пытается заставить говорить — ждёт, когда он сам того захочет. — Слушай... — через некоторое время вдруг как-то чересчур неуверенно даже для самого себя начинает Джакс. Гэнгл с интересом подвигается ближе. — я ведь остаюсь парнем, даже если мне нравятся платья? — Эм... — Гэнгл в непонятках заминается. — не поняла вопрос?.. — Да чё тут не понять-то? — раздражённо фыркает тот. — Я достаточно мужественный, чтобы считаться мужчиной? — Ну... А ты кто по гендеру? — Парень. — Значит, достаточно. В смысле... Если ты парень, то ты автоматически достаточно мужественный, разве нет? — Если парню нравится выглядеть как тёлка, то у него явно какие-то трансгендерные замашки. — Это... Немного не так работает. — А как по-твоему? — Если парню нравятся платья и макияж, то ему просто нравятся платья и макияж. Он не станет от этого девушкой. — Ну- — Ладно, сейчас объясню по-другому... — Гэнгл делает короткую паузу и продолжает. — вот кто я по-твоему? Парень или девушка? — Ты ни на парня, ни на девушку особо не похожа. Алё, ты чёртова кучка лент. — Спасибо, я в курсе... — практически с грустью бубнит себе под нос Гэнгл, прежде чем успокоиться и продолжить. — но я не о том. Я не спрашиваю, на кого я похожа. Я спрашиваю, кто я по гендеру. — Эм, девушка. — Почему? — Чё? — неожиданный вопрос явно ставит Джакса в тупик. — В смысле «почему»? — Почему я по-твоему девушка? Я не ношу платья и не крашусь. В приключениях я иногда надеваю штаны. Да ты сам же сказал, что я на девушку не похожа. Так почему я девушка? — Гэнгл, умоляю, не е#и мне мозги, — хмыкает Джакс. — ты девушка, потому что ты... Девушка, очевидно? Ты ж не поменяла пол, надев штаны. — А ты поменял пол, надев платье? И тут Джакс вновь зависает. Гэнгл клянётся, что может слышать, как шестерёнки в его голове принимаются вращаться. Агрессивно так, натираясь друг об друга. Затем они внезапно останавливаются. — Ты пусть и тупая, но в этот раз, ты, наверное, права. — Спасибо за признание моей правоты... — смиряется Гэнгл, понимая, что сказанное Джаксом — неиронично верх его вежливости, поэтому жаловаться она не имеет права. — а с чего у тебя вообще были сомнения в твоей... Мужественности? Джакс отвечает не сразу. Некоторое время он ничего не говорит, смотря куда-то в никуда. Словно набирается смелости. Спустя пару минут тот наконец открывает рот: — Знаешь, в подростковом возрасте у меня было платье. Розовое такое, пышное, довольно короткое и с корсетом. Ну, на самом деле, оно было не совсем моё... Мне его младшая сестра позычила. Ей просто на пару размеров больше пришло, а возврат оформить было нельзя. Я вообще его изначально по приколу взял, но когда я его впервые надел, мне, эм... Понравилось, как я в нём выгляжу. — Поняла, — Гэнгл замечает, что последнюю фразу Джакс произносит с каким-то странным... Стыдом? — а что в этом плохого? — Да ничего, вроде... Ну, по крайней мере, я так думал. Думал до того, как меня в нём увидел папа и методом ремня доходчиво объяснил, что думаю я неправильно. Жопа у меня болела после его объяснений ещё дня три. А голова — и того больше, так как он надо мной всю оставшуюся жизнь стебался, что я вообще не мужик, что я баба, п#дик, что с моими «увлечениями» дорога мне в гей-клубы, что он хотел сына, а не транса... Пустяки, короче. — Если тебя это так задело — значит, не пустяки. — Меня это не задело. — Именно поэтому я тебе несколько минут объясняла, что одежда и гендер ничего общего не имеют? — Так, всё, отстань. — Хорошо... Джакс поднимается с кровати и снова встаёт рядом с зеркалом. Пару раз вертится и пристально глядит на себя, пока Гэнгл без слов наблюдает за этой картиной. Джакс непонятно щурится и время от времени что-то ворчит себе под нос. Оценивает не столько свой внешний вид, сколько... Себя. Свои вкусы и интересы. Тот поворачивается обратно к Гэнгл. Хочет просто спросить её мнение и, наверное, даже заручиться поддержкой. Да только, будь проклят его поганый рот, из него вылетает совсем другое: — Чего пялишься? — Я не пялюсь... — Гэнгл тут же отводит взгляд, а щёки заливает краской. Та делает громкий вдох. Будто на физическом уровне ощущает, чего Джакс желает и на одном дыхании максимально быстро выдаёт. — слушай, тебе идёт. Правда. И... И это нормально, если тебе такое нравится. Не воспринимай слова твоего отца всерьёз. Извиняюсь за то, что я сейчас скажу в его сторону, но... Он просто придурок. А придурки часто говорят неприятные вещи, к которым прислушиваться — себе дороже. Извини ещё раз. — Да ладно, — со смешком отмахивается Джакс. — он не просто придурок, а самое настоящее ебл#нище. — Ну, если ты так считаешь, то, наверное, так оно и есть... — Ага, я всегда прав, — Джакс резко замолкает, вспоминая их разговор минутной давности. — ладно, не всегда. Ты тоже иногда права. — Спасибо. — Не обольщайся, ты права очень редко! Практически никогда! Сегодня был первый раз! А так — всегда прав я! — Хорошо-хорошо... — Гэнгл слегка посмеивается и добавляет. — как скажешь, зай. Джакс показательно кривится и с каким-то слишком уж очевидно напускным отвращением закатывает глаза. — Будешь меня так называть — я тебе кабину снесу. — Извини... — но вот судя по выражению лица Гэнгл, она, похоже, принимает это напускное отвращение за чистую монету. — не сноси, пожалуйста... — Дура, я пошутил, — цокает Джакс, заметив это. — если и снесу, то только из-за большой любви. — Причинно-следственная связь?.. — Её нет.