Часть 1

«Сколько слёз проливают они, глядя на тебя» Вы когда-нибудь видели, чтобы столько девушек было в вас влюблено? Не то чтобы он думал, что такое невозможно, ведь в молодости было довольно много шуток про игру на нежных девичьих струнах, но со временем всё притупляется, ты начинаешь по-другому на себя смотреть, по-другому реагировать — меняется жизнь в целом. Но девушки упорно продолжают влюбляться. Не думаю, правда, что они целенаправленно в него влюбились, просто так получилось, и у них будут замечательные молодые люди, которые, может, и не были в молодости ловеласами (извините, но я сама смеюсь), но как минимум были хорошими людьми. Конечно, может быть, не факт. Но почему нет? В молодости — да, может, и сейчас, конечно, кто знает? — он ассоциировался у кого-то с героем песни Ёлки (не осуждайте женщину за её музыкальный вкус, послушайте песню, и вы всё поймёте). «Ах, мальчик-красавчик, сколько девушек вздыхает» — Что ты там слушаешь вообще? — Песня про тебя. — Что-то я не припомню у себя татуировки и серёжки в ухе. — Зануда. — Подбирай правильные песни. — Итак, эксперимент! Слушаем песни и считаем, сколько фраз подходит под жизнь Артёма Гауса. — Ненормальная. — Сказал человек, в тридцать один занимающийся импровизацией. И не поднимай свою бровь, я вижу это даже со спины. Всё, погнали. Ах, мальчик-красавчик, сколько девушек вздыхает, Сколько слёз проливают они, глядя на тебя — Так, из очевидного. Относительно знаменит, красив, оригинален — почему бы и не повздыхать? Слёзы там уже непроизвольно происходят. Я знаю, о чём говорю. — Очень сомневаюсь. — Господи, свёл же с занудой. За что? Ах, мальчик-красавчик, сколько девушек страдает, Сколько мимо пролетает, как им плохо без тебя — Тут, на мой субъективный, любовный, гиперфиксированный взгляд, тоже всё очевидно. — Значит, тут нельзя тебе доверять. — Отвратительно. Мальчик-красавчик на папиной машине Быстро едет по проспектам городов счастливых — У меня была своя машина. — Да, конечно. Одежда в обтяжку, глаза скрывает кепка, Зажата между пальцами с ментолом сигаретка, Блестящие сапожки, бляшка и ремень из кожи, Татуировки в цвете, он не смотрит на прохожих, Из уха светит камень сарказмом бриллианта, Он был танцором, стал продюсером и музыкантом — Тут тоже ничего не подходит. — Это ты просто свои старые фотки не помнишь, там ещё как подходит. Кроме татуировок, согласна, но, может, ты скрываешься. — Упаси Господь. — Горох тебя услышит. Родственные связи его на ноги поставят, Уже готово кресло, в которое он сядет, В будущее глядя через банковскую карту, Мальчик подрастёт и станет новым олигархом — Класс, инвалидность. — То есть «олигархом» мы проигнорируем и не станем им? Обидно, досадно, неприятно, расстаёмся. — Так и знал, что ты со мной из-за денег. — Конечно, кто ж ещё мне купит красную толстовку с горлом. — Резонно. Что там дальше? На Гавайях жарко, как от его рассказов, Он отбирает топ-моделей для приват-показов — Это просто меня веселит, если честно. Потому что ты всё время в каких-то горах — и никаких Гавайев. Обидно, досадно, неприятно снова. — Я просто не олигарх. — Говорила мне мама: выходи за еврея. Надавив на газ на новеньком Феррари, Он летит навстречу звёздам, не путая педали — Продолжаем тему богатства — нам не подходит. Мы нищие. Добрый дядя подарил от бизнеса проценты, Он учит географию по визам в документах — А вот это точно подходит! Тебя где только не было. — У меня и в школе по географии пять было. — У меня тоже, но, видимо, липовая, раз по визам не учу. Без виз пять не настоящая. Попробовал он всё из жизни Бреда Питта, Ему в постель приносят с коктейлем Маргариту — Ноль слов. Только правда жизни. — Нельзя же воспринимать всерьёз все шутки про секс. Они ничего не значат. — А кто сказал, что тут про женщину? — Блять? — Н-да. Прав был Шевелев. Стоит всегда на входе, пропуская лучших, Ведь он звезда-промоутер, что не бывает круче Тут могла быть очередная шутка про секс, но за них отвечает Сергей Шевелев. Пересмотрите «На репите», если сомневаетесь. Нефтяной ребёнок ещё с норковых пелёнок Знает, почему он и насколько папе дорог — Нефтяной ребёнок в Беларуси. — Там добывают нефть — не пытайся меня наебать. А вот то, что ты к ним не относишься, — это уже другая проблема. — Зато родителям я точно дорог. — Ну, хоть тут угадала. Критик. — Ты песни дурацкие выбираешь. — Извинись. Песни Ёлки — секси. — Есть что-нибудь, что ты не называешь «секси»? — Церковь.