Глава 32. День отлёта

Джаррин запер дверь на замок. Тор спокойно сидел на его руках. Он перестал бояться. Дин понимал его: он сам так цеплялся за своего отца первое время, боялся всех и никому не доверял. "Хорошо, что я оставил Малыша с Карой на корабле, иначе была бы проблема", - подумал он. Мать-оружейница тихо выскользнула из кузнечного зала и обнаружила в коридоре крепко целующихся Гарду Вэй и Даркса Бивийна-младшего. Они были без шлемов и совершенно не замечали ничего и никого. Скользнув мимо, она усмехнулась. Кажется, все идет так, как надо. Даже если он лишит ее чести, то лишний воин-кузнец Убежищу не помешает, а дети придут на смену павшим. Не стоит мешать. Пусть оба научатся быть друг с другом. Правда, Брачное Ранение до свадьбы это позор, но это лишний повод выдать Гарду замуж. "Все же она не я. У нее есть избранник. У меня в пятнадцать лет его не было", - и с этими мыслями она пошла проверять остальные посты. Мать-оружейница, как всегда, обошла все посты и поставила смену. Пришла пора завтракать. Забрав поднос с едой, она погнала его наверх, в свою комнату. Разблокировав дверь, она втащила поднос в комнату, тут же заперев замок. Кьяра остановилась и широко улыбнулась, сняв шлем. Дин и Тор играли. Джаррин вспомнив, как они в шутку боролись с отцом, заваливал мальчишку на топчан, тормошил и щекотал его. Мальчик, забыв все на свете, весело смеялся и визжал. Все же Ори'верд кое-чему успел научить сына, и Тор время от времени умело уворачивался и сам заваливал Мандо. Мандалорец поддавался. В итоге устали оба. Мандо, дав себя в очередной раз завалить и прижать поднятые руки к топчану, развалился посмеиваясь. - Все, Тор'ика. Всех победил. Слезай, завтрак прилетел, - сказал он мальчику, заметив любующуюся на них мать-оружейницу. Тор послушно слез. - Руки мой, - отправила Кьяра младшего в санузел, а Мандо спросила, - Разделишь трапезу с нами? - Угу. Вскоре все трое уселись за низенький столик. - Я улетаю сегодня днем, - сказал Мандо. Конечно, забраке не хотелось расставаться с сыном, но держать при себе его было немыслимо. - Вод'ика, у тебя есть корабль? Большой? – удивился Тор. - Угу, - Мандо был занят едой. Хоть он и завтракал до этого, но игровые тренировки боевых навыков требовали восполнения сил. - Большой. - Тор, ты больше возишься, чем ешь, - сделала ему строгое замечание мать-оружейница, и маленький забрачек тут же уткнулся в свою миску с кашей. - Мам, ну, ладно тебе. Он же маленький еще, - заступился за него Мандо. Она подняла вопросительно бровь, вопросительно взглянув на него. - Дела есть, - коротко бросил он. - Весь в Тай Т'орна, - вздохнула она. - А кто это Тай Т'орн? - полюбопытствовал забрачонок. - Мой папа, - коротко ответил Дин. - А где? - Уже нигде, - пожал Джаррин плечами, оставаясь спокойным, но понимая, что разговор выводит на очень опасный край. - Почему, вод'ика? - Таков путь. Ешь, а то я тебя сейчас обгоню. - Ой! - Тор сразу усилено заработал ложкой. - Вероятно, через месяц вернусь. Забрака кивнула. - Хорошо. Я хотела бы, чтобы ты присутствовал. У нас три бракосочетания. - Кто? - Кид с Ланной, Боба и Кара и Сабин с Аши. Вероятно, найдутся еще желающие заключить брак. Сейчас пока что мы только-только почтили память павших и Убежище не в лучшем состоянии. Шиса обещал помочь. Свадьбы сейчас играть нельзя. Только через месяц. - Я свидетель? - Да. Мандо кивнул. - Понял. Буду. - Береги себя, ад'ика. Сына береги. Гидеон может быть не последней инстанцией. Я ведь знаю, как ты любишь находить приключения на бескар. - Мам, не волнуйся. - Легко сказать, Мандо. - Еще одно дело. - Слушаю. - Для Тора его усыновление тоже для всех тайна? - Я понимаю, о чем ты. Нет. Уже нет смысла скрывать. Но тебе раскрываться не стоит. Опять же нет смысла. - Тор маленький. Он проболтается, что он мой брат. - Возможно. Но дело давнее, поэтому вряд ли кто-то будет заострять на этом внимание. К сожалению, выплывет связь с Тай Т’орном, чего бы не хотелось. Возникнут вопросы и, предполагаю, что найдутся желающие влезть в личную жизнь, хотя мандалорцы чтут семейные отношения и поймут. Лучше не заострять на этом внимание. Забрачонок слушал переговоры старшего брата и матери. - Мам, а почему это тайна? - Таков путь. Вырастешь, поймешь. - Ну, почему-у? – забрачек потянул мать-оружейницу за рукав. - Тор’ика, у Мандо будут неприятности. Никому не говори, что он твой брат и я его мама. У вас с Мандо был бы папа, если бы его не убили. Все знали, что он отец Мандо, но никто не знал, что он мой муж. Просто пойми, что так надо. Будь хорошим, ад’ика, не огорчай нас. - Я никому не скажу, - пообещал мальчик. - Я тебе верю, - ответила забрака, погладив его по коротко стриженым волосам. Она встала, собирая пустую посуду. Мандо взглянул на Тора и прыснул со смеху: забрачек испачкался в каше и сделал себе молочные усы. Он аккуратно салфеткой стер с лица мальчика следы трапезы. - Подрастешь, настоящие вырастут, - усмехнулся он. Он тоже встал, хотел помочь ей, но она не разрешила. Мать-оружейница оставила его с Тором и прежде, чем выйти, нежно поцеловала обоих своих мальчиков. До пробуждения Армы, Шиса успел уже переделать все утренние дела. Он старался лишний раз не шуметь, чтобы не разбудить ребенка. Тарина он оставил на корабле, наблюдать за Армой и первым делом нанес визит в госпиталь Салиты. Он вновь перевязывал, утешал бойцов и беседовал с ними. Осмотрев раны Кида Манд’Крея, Фенн остался доволен. Раны его понемногу заживали, но вставать и ходить было еще очень рано. Сделав ему по две инъекции бакты и обработав швы, он перевязал их. - Мандалор, передайте Ланне, что я люблю ее, - попросил он. -Непременно. Она ждет, пока ты поправишься. - Мандалор, вы будете свидетелем на нашей свадьбе? Или вы покинете нас? - Нет. Пока что не покину. Посижу тут с Защитниками месяца полтора. Тут надо во всем разобраться и помочь. Спасибо за приглашение, Кид. Я буду, - ухмыльнулся Шиса. - Благодарю Вас. - Выздоравливай. Ты герой, - хлопнув его по плечу, обнадежил Фенн. - Какой уж там герой! Вот с девушками я герой, да, - засмеялся охотник за головами. - Эх, парень, мне бы твои проблемы, - усмехнулся Шиса. Он вышел, постоял немного, глядя на то, как сестры-тви’лечки разносят все для лечения по женским палатам. Их не пускали в мужские комнаты, это могло вызвать недовольство, поэтому все три сестрички помогали целительницам лечить мандалорок. Тану они уже перевязали, а для Амиры оставили все на столике рядом с топчаном, так как Мандалор изволил лечить женщину сам. Он в задумчивости открыл дверь и прошел в палату, где лежали Амира и Тана, и не заметил, как туда, где он только что был, прошел Боба Фетт. Узнав, что его давний приятель ранен, Боба пришел навестить его, пока Кара сидела с сыном Мандо. Амира уже осмысленно смотрела на мир. Бледное лицо ее порозовело, когда Фенн прошел в ее угол и сел сбоку на кровать. - Как Вы себя чувствуете? – заботливо спросил он. - Спасибо, Мандалор. Не плохо... - А врать нехорошо, - промолвил он строго. – Я ведь знаю, что Вы испытываете боль, Амира. И рана ваша еще очень свежа. Я буду перевязывать Вас сам. - Чем я заслужила такую милость? - Я привык сам ухаживать за раненными бойцами. И учился этому. С непроницаемым выражением лица он аккуратно отодвинул покрывало, поднял больничный балахон, обнажив старую повязку, и коснулся бинтов, чтобы снять. Но женщина, слабо подняв руку, остановила его. Ей было странно чувствовать его руки. Он снова ощутил ее нежные и крепкие пальцы на своей руке. - Амира, Вы ранены и вас необходимо перевязать. Чего Вы боитесь? Я не ем раненных, - серьезно сказал он, испытывая целую гамму чувств, и стараясь сохранить невозмутимое выражение на лице. Сняв ее руку со своей, он принялся за дело. Он старался сосредоточиться на ее ранении и не смотреть Амире в лицо. Она поняла, что это неизбежность и доверилась ему. Не пожалела. После лечения, оказанного ей Мандалором, рана перестала ныть и дергать, и стало хорошо. Она увидела сама, что ничего страшного не произошло. Фенн накрыл ее покрывалом, как и в первый раз. - Болит? Она мотнула головой, из-за чего ее рыжеватые волосы цвета сухого татуинского песка вновь заструились по подушке. - Благодарю Вас, Шиса. Скажите, я могу видеть мою дочь? Мне сказали, что она у Вас. Простите, я вчера была не в себе. - Ничего, дело обычное. Я приведу ее к Вам, как только она проснется. Он нежно пожал ее теплые пальцы. - Мандалор… - Поправляйтесь. Ребенок нуждается в Вас. С этим Фенн встал, хотел уйти, но остановился и, наклонившись, неожиданно поцеловал ее руку. - У Вас все будет хорошо, - тихо сказал он и вышел вон. Через пару минут дверь открылась, и вошли Паз и Дайго. Паз подвел Дайго к матери. Мальчик тут же подбежал и повис на ней. Она обхватила его здоровой рукой и привлекла к себе. - Твои вещи я перетащил. Отпустят тебя, обустраивайся с Дайго в моей комнате. А свои вещи я со временем заберу. - Спасибо, Паз, - скромно ответила ему женщина. Визсла сел рядом с ней. - Рука-то болит еще? - Нет. Уже нет. Салита сказала, что еще пару дней нужно и все окончательно затянется. - Хорошо, если так, - кивнул он. Они посидели немного молча. - Тана, Дайго по ночам кошмары снятся. Это нехорошо. - Да, я знаю. Но тут нужно время. У него слишком свежи воспоминания. Возможно, его надо занять, чтобы он думал о другом. Может, его стоит учить приемам самообороны, чтобы он даже во сне чувствовал, что может дать отпор? Ты еще не начал заниматься его военной подготовкой? - Не-а. А кого учить, Тана? Ты посмотри на него, он же весь тощий и измученный. Ему вместо военной подготовки еще молоко требуется. Куда ему сейчас? Пусть пообвыкнет. Сейчас первая задача его откормить и укрепить, иначе его любым сквозняком сдует. И ему, к тому же, успокоиться надо. Душа у него неспокойна. Нам постараться придется. Могу только начальным его становлением заняться, чтобы мясо ему наработать и кости укрепить. А пока рано ему еще самообороной заниматься. И стрельбой рано, бластер уметь в руках держать надо, он не такой уж и легкий. Дайго, слушая мать и наставника, переводил взгляд с одного на другого, потом произнес: - А я не хочу воевать. Это страшно. - А как же ты маму защищать будешь, сынок? - нашелся Визсла. - Паз! - укоризненно произнесла Тана. Он досадливо сопнул под шлемом. - Короче, ты мужчина будущий. Не девчонка...- он посмотрел на женщину и махнул рукой. - А! Девчонки и то боевые. А ты, Дайго, хуже чтоли? Ты воин, защитник... В процессе поймешь. Себя и близких надо уметь защищать. Он широкой ладонью накрыл голову мальчика и слегка пошевелил по волосам. - Да, наверное, это правильное решение. С места в ущелье не прыгают, - согласилась Тана. - Пока посмотрим, что дальше будет, - произнес воин, вставая.- К обеду зайду за ним, иначе Салита меня с потрохами съест. Опять скажет "куда Вы провалились, коммандер Визсла, где вас ситхи носят". Он так забавно передразнил целительницу, что Дайго засмеялся, а Тана хихикнула под шлемом как девчонка. Паз в этот раз позабавил ее. Он вышел. Тана посмотрела на весело смеющегося мальчика и сама засмеялась. Выйдя от Таны, Паз натолкнулся на Мандалора, спешащего обратно к себе. Арма уже проснулась, о чем доложил ему Тарин, и ее требовалось накормить и отвести к матери. - Мандалор, можно с Вами переговорить? – остановил его Визсла. - Пошли, Паз, проводишь меня, и поговорим, - согласился Шиса. Они зашагали по коридору к выходу. - Ну, что, Коммандер Визла? Какие проблемы? - Помните, Фенн, Вы говорили, что я должен доказать Тане, что достоин ее? - Да. - Вы были правы. Она мне не доверяет. Но я не понимаю, как я могу ей что либо доказать? Я уже сделал все, что смог. И от штурмовиков ее с Дайго защищал. И за Дайго присматриваю. И общаюсь с ней по-делу. И даже ранен вот немного был, когда закрыл их собой. Неужели этого не достаточно? Ведь я на деле ей все показал. - Не все, Паз, - вздохнул Шиса. – Геройствовать, конечно, хорошо, но когда победа за тобой, это не подвиг. Подвиг, друг мой, только тогда, когда он вопреки всему. И ты не все сделал. - Чтоже еще? Умереть за нее и сына я готов всегда. Таков путь любого мандалорца. - А честь потерять ты ради нее готов? Ты подумал, что надо быть готовым безоговорочно отдать за нее все, чем ты владеешь. И собственной честью тоже. Знаешь, друг мой, если это потребуется, то я готов сложить себя бремя правления и отойти от дел. И подумываю об этом. Ну, хотя бы в пользу Бобы Фетта. Он этого достоин больше чем я. Вот уйду в целители и буду бойцов лечить. Чем плохо? - Мандалор, ну как же мы без Вас? – сокрушенно спросил Паз. Фенн усмехнулся под шлемом: - Думай, коммандер Визсла. Я тебе уже все объяснил. Они расстались. Паз пошел к матери-оружейнице просить уборочных дроидов и помощи, чтобы открыть намертво припаянную к косяку дверь в комнате Таны, а Фенн к себе на корабль. Немного погодя, сытая, довольная и жизнерадостная Арма в сопровождении коммандера Шисы, вошла в палату и подбежала к постели Амиры. Она тут же забралась к матери. - Мама, мы с папой тебя ждем, а ты болеешь! Когда ты к нам вернешься? - Дочка, это не папа, это наш Мандалор Фенн Шиса. - Нет, - заспорила девочка. – Это папа! Он за мной пришел, когда война закончилась. Амира вздохнула. Фенн за спиной Армы, пожимая плечами, развел руками и спрятал их за спину, потупившись, будто хотел сказать, что с ребенка взять нечего. Да, Накор не так уж и часто бывал дома, и Арма почти не помнила, как он выглядит. И еще этот шлем… У Мандалора с Накором было много общего во внешности: такие же белокурые волосы, голубые глаза, похожий овал лица, губы… нет, губы у Фенна другие и нос гораздо изящнее. И потом, Накор ростом поменьше и младше. «А Мандалор очень привлекательный мужчина, - подумала она и испугалась. – Накор только-только погиб, а я уже думаю о другом, как нечестивая. Разве так можно? И что мне теперь делать с Армой? Если сказать, что коммандер Шиса не ее отец, то обречь ее на страдания, а она еще мала. Но врать просто немыслимо! Как же быть?» - Амира, когда Вы немного придете в себя, я перевезу Вас с дочерью на Мандалор, - сказал он. – Я поселю вас в своем доме и найму хорошего врача. Вам нужна реабилитация. - Спасибо Вам, но не стоит волноваться. Мне вполне хватит места в больничной палате. - Отказа не приму, - сурово заявил Мандалор и, смягчившись, произнес. – Вы меня не стесните, Амира. Я буду только рад принять Вас у себя. Девочка сидела рядом с матерью на постели и заплетала в косичку бахрому на покрывале. - Мама, я по тебе очень-очень соскучилась. Ну, пожалуйста, приходи скорее, - попросила она жалобно. Амира привлекла ее к себе и поцеловала. - Надо подождать. Пока что побудь с папой. Он о тебе позаботится, - она обратилась к Шисе. – Мандалор, если…если со мной что-нибудь случиться, позаботьтесь о ней. Фенн не мог смотреть в эти умоляющие глаза. Он нахмурился и снова опустил взгляд. - Амира, у Вас все будет хорошо. Обещаю. Я сделаю все, что в моих силах, - тихо произнес он. Мандо и Тор дождались возвращения матери-оруженицы. Она попросила Тора посидеть в комнате и не выходить, позвав Мандо за собой. Женщина снова провела его в подвал с бескаром и остановилась рядом с каким-то ящиком. Когда она открыла его, дин удивился: - Откуда столько? Ящик был наполнен кредитами. - Если ты помнишь битву в ущельи, то тут штурмовиков было гораздо больше. Мои воины, подбирая павших, вытрясали карманы и кошельки вражеских солдат и наполняли этот ящик. Сравни, сколько ты увидел тогда и сколько видишь сейчас. Можешь представить себе, какими огромными ресурсами обладал Гидеон? Это трофей. Она сняла с полки тот самый контейнер, в котором Мандо когда-то принес в Убежище бескар. - Наполни его и возьми себе. - Я еще прошлый не израсходовал. Дело Чести пришлось управить по-другому. - Не спорь. Это и твой трофей. - Из-за меня погибло множество мандалорцев. Я не могу это принять. Убежище нуждается в помощи. - Они погибли не из-за тебя, а потому что кто-то пытался дорваться до безграничной и безнаказанной власти. - Началось все с меня. Если бы я не согласился на тот заказ… - Ты жалеешь о том, что сделал дело по чести и совести? - Я жалею, что я всех подставил, как тогда, так и в данное время. - Мандо. Не ты их подставил. Мы все живем сообразно с понятиями, которые в нас есть. Большинство вокруг нас живет по своим законам, не понимает и не стремится понять нас. Даже если бы ты не согласился на тот заказ, то все равно, наше дело было бы воевать и добывать себе свободу. - Вы прятались… - Да. Но пришло время поговорить лицом к лицу с нашим общим врагом. Когда-нибудь, раньше или позже это время бы настало, независимо от того, взял ты заказ или нет. Это неизбежность и у врагов всегда есть повод, за что к нам прицепиться. Мы - мандалорцы, сын, наше дело воевать, ковать бескар и делать оружие. Таков наш путь. Пойми. Таков путь. - Таков путь, - вздохнул и эхом повторил за матерью-оружейницей Мандо. - Бери, - властно приказала она. – У тебя семья и ты добытчик. Чини корабль и корми своего сына. Эти кредиты тебе пригодятся. Этот ящик не оскудеет из-за тебя. Дин посмотрел на нее, потом на все это богатство и насыпал кредитов ровно полконтейнера. - Нет, - строго отреагировала жрица. – Мало. Полный набирай. - Я не могу. - Можешь. Твоя заслуга, что ты победил главного врага. - Нет. Мне помогли. - Мандо! – жестко прикрикнула она на Джаррина. Он вздохнул, покачал с сожалением головой и, не желая сердить свою мать, сделал так, как она сказала ему. Кьяра перестала сердиться на сына и с одобрением кивнула головой. Далее она протянула ему несколько слитков бескара, взамен тех, которые Дин израсходовал на благое дело. Они вышли наверх. - Я обязан, - промолвил он. - Только себе. Таков путь. Она развернулась и пошла в сторону своей комнаты. Мандо постоял немного в оружейном святилище, обвел его взглядом и пошел обрадовать сына своим возвращением. Кара играла с ребятенком в мяч. Дин занес контейнер в корабль, задвинув его за карбонитовую камеру, туда же положил и сверток. Малыш тут же бросил игру и побежал к нему, переваливаясь. - Папа! – радостно воскликнул он. Подхватив, Дин прижал его к сердцу. - Все, малой. Пришел. Теперь мы свободны и летим в любую часть Галактики. Мальчик обнял его бескар, потом задрав голову и слегка сложив ушки посмотрел на него. Отец пригладил эти милые ушки и обнял. Кара подошла к ним. - Мандо, ты улетаешь? Ты вернешься через месяц? - Свадьба? - Ага. - Постараюсь. Он кое-что вспомнил и попросил ее подождать. С сыном на руках Дин залез в сейф, вытащил узелок с кредитами, который все забывал отдать ей. - Это тебе. - Что это? - Помнишь, наше первое задание? Это то, что я натряс из карманов тех негодяев. Твоя доля. Если будешь дальше заниматься охотой за головами, запомни, деньги отличный трофей. - Сколько здесь? – прикинула она вес узелка на руке. - Ровно сто кредитов. - Сто кредитов? - Кредиты дороже каламарианских фланов и остальной валюты. Бери. Кроме рейтинга собственной репутации, звонкий кредит лучшая награда для охотника. - И ты все это зажал до последнего момента? – рассмеялась подруга. – Мандо, а ты оказывается бережлив. - У тебя свадьба. Считай, что это свадебный взнос. Кара весело поглядела на него. - Если бы ты снял шлем, то я бы расцеловала тебя, бродяга. - Ни за что! - и она услышала по интонации, что он улыбнулся. Далее она попрощалась и пожелала ему доброго пути. Однако Джаррин не успел залезть на второй уровень. К нему зашел Боба. - Улетаешь? - Да, Боба. Спасибо за помощь. Надеюсь вернуться. - Пожалуйста, Мандо. Без такого важного свидетеля Кара за меня замуж отказывается выходить. Дин похлопал его по плечу. - Боба, ну, ты же знаешь, как охотники за головами пунктуальны, - пошутил он. - Тогда до встречи, брат. Хорошего полета и достойного прибытия. Еще увидимся. - Еще увидимся. Они схлопнули ладони и пожали друг другу руки. Боба покинул Лезвие Бритвы, а Мандо получил возможность наконец-то закрыть корабль, выпить воды и залезть на второй уровень в кабину. Там он усадил сына в кресло, пристегнул его и сам, усевшись за консоль, подготовил корабль к взлету. Их ждал Рилот. Через час после того, как Джаррин покинул Татуин, в кузницу к матери-оружейнице быстрым бодрым шагом вошла Салита. Она покосилась на забрачонка, который сидел за столом переговоров и рассматривал страрый сломанный бластер, и что-то шепнула ей. Та кивнула, отложив клещи и молот, и обе женщины скрылись за дверью комнаты Кьяры. Рекс только-только проводил веселую компанию- Каллуса, Эзру и Сабин, пришедших навестить Асоку. Она чувствовала себя гораздо лучше, а увидев Эзру обрадовалась. Она обняла его и приласкала как маленького мальчика. Сабин при этом тихонько захихикала, но Асока не обратила внимания. Эзра не пытался вырваться или уйти в сторону, ему было приятно. Джедайка отметила, что, к счастью, Эзра остался таким же, как был, только очень поумнел. Гости восхищались детьми Рекса и Асоки. Рекс наклонившись к уху парня, пока остальные беседовали, негромко сказал ему: - Вам с Сабин тоже пора озаботится наследниками рода Врен-Бриджеров. Бескар куют горячим! Ученик двух джедаев ничего не ответил, лишь улыбнулся старому другу. Сейчас на генерала Фетта смотрел тот самый паренек, которого клон учил стрелять. Просидев полтора часа, гости ушли. Рекс и его жена занялись своими детьми. Асока докармливала свою дочь, когда в дверь постучали. Рекс покосился на ширму, скрывающую топчан, его жену с детьми и открыл. В комнату шагнула салита с шевелящимся и кричащим свертком в руках. - Салита, Вы не могли бы зайти позже? - попросил Рекс. - Вот позже как раз не могла. Генерал, вы с женой могли бы помочь? У нас случилась беда. - Что? Опять имперцы? - Нет, дело в другом... В это время Рекс Фетт обратил внимание на кричащий сверток. - А. Провести инструктаж для молодых бойцов по смене памперсов? - ухмыльнулся он. - Нет, генерал, я... Но он не дал ей ничего сказать. - Ну-ка, дайте мне его, Салита.. Он забрал у нее дитя. Провел по нему ладонью сверху и снизу. - Парень вроде. Вес хороший. Сухой он... Только маленький какой-то... Младенец, размахивая маленькими ручками, будто протестуя против чего-то, кричал. В какой-то момент он ухватился за палец Рекса и потянул его в рот. - Э, нет, подожди, боец, - сказал Рекс ему, улыбаясь. - Ты что же, голодный? А где довольствие? - Генерал, да выслушайте же меня, наконец! - рассердилась мандалорка, перестав умиляться на общение клона с ребятенком. - Да, слушаю Вас. Этот мальчик родился только что. В паре муж был ранен в недавних боевых действиях, его принесли в госпиталь, ранение серьезное. Жена у него ходила на последнем сроке. Она ухаживала за мужем. Он очень ждал рождения сына, но его так и не увидел. Его не стало. Это спровоцировало роды у его жены. Мальчик родился нормальный, сильный, но произошло непоправимое. У нас нет больше мандалорок только что родивших. Если бы ваша жена согласилась позаботиться о нем хотябы три – четыре недели... Мать-оружейница в курсе. Через месяц она обещала найти мальчику семью, но сейчас... Рекс нахмурился: - Салита, я не могу решать за Асоку. - Дорогой, я все слышу! Могли бы и не отгораживаться от меня! - раздался голос Тано из-за ширмы. - Пойдемте, - пригласил целительницу генерал Фетт. Дочка Рекса насытившаяся, уже лежала в кроватке: мать перенесла ее туда с помощью Силы. - Госпожа... - Между прочим, коммандер, - улыбнулся Рекс. - Коммандер Фетт. - Я бы предпочла коммандер Тано, - сказала джедайка. - Уф-ф-ф! Да. У нас проблема... - Я слышала. Мальчик только родился, он голодный, и вы просите позаботиться о нем три недели. Так? - Да. Я не настаиваю, коммандер. У вас уже трое и... - Дайте мне ребенка, - потребовала Асока, а получив его, залюбовалась. - Какой милый малыш... Она ласково коснулась мальчика Силой. - Думаю, пока ему не найдут родителей, я смогу выкормить четырех детей. Иначе он погибнет. И джедайка решительно расстегнула больничный мандалорский балахон на груди. Рекс улыбнулся, повернувшись к Салите. - Мы поможем сохранить ему жизнь. Салита с почтением поклонилась клону, стоящему перед ней. Ей вспомнилось единственное изображение Мандалора Джанго Фетта. Она вышла за дверь, где уже ждала ее мать-оружейница. - Ну, что? - Порядок. Дитя пока побудет у них. - Отлично. Можно не торопиться и присмотреть ему хороших родителей. Забрака отправилась обратно в кузницу. Войдя она заметила, что Даркс сидит рядом с Тором и что-то негромко объясняет ему, а на столе валяются детали от бластера. Мальчик поднял голову и радостно звонко крикнул, увидев мать. - Мама! А я теперь знаю из чего бластер делается! Кьяра остановилась, глядя на это маленькое чудо с рожками и удивленно произнесла: - Что же из тебя вырастет? Она тут же вспомнила, как говорил ее отец: "Будет на кого кузницу оставить." Мать-оружейница улыбалась под шлемом, обнимая свое дитя, подбежавшее к ней. - Буир'ика, - забрачек сам бнимал ее. Она прижала его к себе, гладя по голове. - Маленький... До Рилота лететь было всего ничего. Мандо наслаждался отдыхом от военных дел, жары и непредвиденных обстоятельств. Он развалился в кресле и задремал. Малыш, как всегда, устроился на его нагрудном бескаре и положил ему ушастенькую голову на плечо, закрыв глаза. Отец обнимал его, нежно прижав к себе. Дин Джаррин-старший был счастлив, что они с сыном, наконец, свободны и больше охоты на них не предвидится. Если бы он знал, какие приключения их ждут дальше! В кабине сработала связь. - Ох! Кого еще принесло? – устало проворчал Мандо, надевая шлем и придерживая свое разоспавшееся дитя. Выведя изображение, Джаррин увидел Люка Скайуокера в летном шлеме. - Хорошего Вам полета, Мандо! И да пребудет с Вами Сила! - Благодарю, Скайуокер. Взаимно. И с Вами она да пребудет! – ответил ему в настроение Люк. - Берегите мальчика. Может статься он станет новой надеждой, когда все опять будет рушиться. Если я буду Вам нужет, ищите меня на Явин 4. - Спасибо, - по-доброму отреагировал Дин. – Если Вам будет нужен охотник за головами, то я в Вашим услугам на Внешнем Кольце. Еще увидимся. - Учту. И Вам спасибо, Мандо. И еще раз удачного полета. Еще увидимся. Изображение Люка пропало. «Значит, скайуокер тоже улетел с Татуина или в шаге от этого», - подумал Дин. Желая снова подремать в кресле, он лег, но в этот момент вспомнил об одном деле. Не желая будить сына, Джаррин аккуратно положил его в кроватку, нарыв одеялком. Мальчик тут же перевернулся на другой бок. Мандалорец чуть подождал и спустился из кабины на первый уровень. Там он залез в схрон, где лежала всякая всячина, в том числе и плетеный короб, подаренный ему Тай Т’орном. Но не короб сейчас интересовал охотника за головами, а игрушка, отданная ему джайвой. Мандо вытащил ее оттуда и стал задумчиво рассматривать, будто на автомате. В голове всплывали куски воспоминаний о детстве до и после трагедии, мысли текли машинально. Знакомая каруселька с дракончиками. Она должна светится. И еще музыка, в ней должна играть музыка! Стоит только дернуть за дракончика, как раздастся тихий перезвон и она будет вращаться. И дракончики полетят! Он щелкнул кнопкой-ничего не произошло: игрушка была сломана. «У меня была такая же, пока папа с мамой не убрали ее в чулан с другими ненужными вещами»,- размышлял мандалорец, осматривая карусельку. Дракончики свешивались с нее и были разноцветные. «У одного из них кончик хвостика отгрызан, а на этом крепление новое папа сделал, когда старое сломалось, а здесь цепочка другого цвета и… Стоп! Крепление, хвостик, цепочка… это же… моя игрушка! Ведь я знаю все ее недостатки и даже то, что она была сбоку поцарапана, а у зеленого дракончика на лапе краска слупилась! Нет, таких совпадений не бывает! Это же моя вещь, которую я так любил в детстве! Но как она оказалась на Татуине у джайв?» - не переставал удивляться про себя Мандо, вертя в руках карусельку с дракончиками. - Надо починить, - уже вслух решил он. Пока Малыш спал, Джаррин разобрал игрушку, заменил плату, светодиод и аккумуляторы. Потом порылся в контейнере с металлоломом, нашел тонкую легкую арматуру, обрезал, согнул и сделал из нее штатив, который привернул на детскую кроватку сына в имеющееся там крепление для подобных игрушек. А после повесил карусельку за специальную петлю над кроваткой и стал ждать, пока мальчик проснется. Приег в кресло и тут же сам заснул, удовлетворенный результатом. Проспал он, может быть, пять часов, а может, и все восемь, и проснулся оттого, что услышал милый перезвон маленьких колокольчиков, складывающихся в мелодию. Он приоткрыл глаза, повернул голову в сторону доносящейся до его ушей музыки. Малыш восхищенно раскрыв рот, смотрел на переливающуюся всеми цветами радуги, светящуюся и вращающуюся карусельку, где под милую ненавязчивую мелодию кружились разноцветные дракончики. - Нравится, малой? – широко ухмыльнувшись, спросил его отец. - Папа! – с восторгом выдохнул мелкий. - Это тебе, Малыш. Пусть и у тебя будут такие дракончики, - Дин привстал в кресле, дотянулся рукой до сына и ласково погладил его ушки. КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ