II. Страсть превыше всего (Marley!AU)

      – За тобой никто не следил?       – Нет. Все в порядке, я осторожна, – Астрид закрывает дверь на щеколду, поворачивается и с улыбкой на лице подбегает к нему. – Как обычно.       И обхватив его лицо своими мягкими ладонями порывисто целует, зарываясь тонкими пальчиками в отросшие каштановые пряди. Астрид нравились его длинные волосы.       Эрен же откидывает костыль на холодный пол подвала, тут же обхватывая женский стан в собственные крепкие объятья. Косстер, не разрывая поцелуй, задирает длинную черную юбку по самый пояс, садясь к нему на колени.       Йегер с незабываемым удовольствием зарылся собственными пальцами в ворох коротких кудрей и ощутил приятный жар, исходящий от низа её живота, проступающий сквозь хлопковую ткань нижнего белья. Они не виделись почти неделю, которая казалась целой вечностью.       Отчет Астрид подождет. Сейчас главное - скорее бы прикоснуться к любимому обнажённому женскому телу и сделать в очередной раз Астрид Косстер своей.       – Ауч, – прерывается Астрид, игриво улыбаясь, – твоя бородка чертовски колется.       А Эрен лишь ухмыляется и углубляет поцелуй, проводя ладонями по бедрам, скрытыми за неплотной тканью чулок. Ему хоть и больше нравилось, как смотрелась на теле Косстер униформа Разведкорпуса, но гражданская одежда Марлии, в том числе и весьма обворожительное нижнее белье, Йегеру тоже пришлась по вкусу.       Обхватив мягкие ягодицы обеими ладонями, он прижимает Астрид ближе к себе, вжимаясь вставшим сквозь штаны членом прямо в нужное место. Сквозь поцелуй Астрид стонет, повиливая бедрами, создавая трение. Её аккуратные пальчики уже во всю расстегивают пуговички на элегантной белой рубашке.       – Не снимай, – шепчет он, – здесь грязный пол.       – Тебя всерьез волнует, останется ли моя одежда чистой? – непокорная сейчас, как дикий мустанг, она все равно сбрасывает рубашку со своих узких плеч, которая тут же оседает на пол.       – Не хочу, чтобы твой внешний вид потом вызвал подозрения, – Эрен сглатывает, пытаясь избавиться от внезапной сухости во рту, когда Астрид сняла белый бюстгальтер, обнажая мягкую и такую аппетитно-округлую грудь. Йегер обожал сминать её в своих ладонях, вызывая у любимой стоны удовольствия.       – Никто не заметит. Сейчас уже темно. Отец все еще в штабе, мать наверняка спит, а брат таскается по кабакам, – Астрид прижимается к нему еще ближе, – Эрен, давай же. Я ужасно соскучилась.       Он взглянул на её лицо. Алые щеки, соблазнительно закусанная нижняя губа, растрепанные пряди волос, липнувшие ко влажному лбу. И самое главное - горящие огнем страсти, любви и желания карие глаза.       Этого было достаточно, чтобы исполнить просьбу любимой женщины.       Прикоснуться собственными сухими и потрескавшимися губами к мягкой коже груди, задевая зубами острую горошину соска. Услышать глубокий девичий стон и почувствовать, как она сильнее сжимает пальцы в его волосах.       Хватило лишь сделать пару ловких движений, чтобы расстегнуть ширинку светлых брюк, отодвинуть в сторону насквозь мокрую кромку трусиков и оказаться внутри. Секс с Астрид всегда был словно первый: до такой степени она была узкая, горячая и влажная внутри.       И пока Косстер в такт его толчкам подмахивала бедрами, а его руки обхватили её стан, прижимая к себе, Эрен понял, что благодарен Астрид за все. За то, что она предала свою родину ради него. За то, что она рисковала своей жизнью каждый день ради него. За то, что она любила и любит его все эти годы.