Горе от ума, Колетт

      Когда Эдгар, наконец, после пробуждения практически выздоравливает, его выписывают из больницы на домашнее выздоровление под чутким надзором Колетт. Последняя начала добиваться этого еще, в то время как проснулся Эд.И вот сейчас ребята идут нога в ногу. Непонятно куда, но просто идут рядом друг с другом. — Ты не представляешь! Пока ты лежал в больнице, ходила к тебе каждый день, чуть ли не каждый час! — с каким-то восторгом рассказывала Колетт, при этом активно жестикулируя руками, пока эмобой смотрел на нее с доброй улыбкой. — Постоянно рассказывала тебе что-то, но ты был совсем без сознания, наверняка ничего не помнишь, — звучало больше как утверждение, чем вопрос, но парень все равно кивнул. — Ну, хорошо, значит, расскажу тебе немного позже, — сказала девушка, и отвела свой взгляд вперед. — Кстати, можно вопрос? — спокойно спросил паркурщик. Девушка же перевела удивленный взгляд на него и кивнула. — Почему, когда ты зашла ко мне, Шарфик был на тебе, а не на мне? — затем, напряжение, как рукой сняло. Колетт звонко рассмеялась, а Эдгар лишь усмехнулся. — Это ведь тоже интересная запутанная история! — немного приукрасив, произнесла девушка, переводя свой взгляд на шарф, что уже висел на парне.– Сначала, как я тебя отнесла в больницу, тебя сразу же увезли в операционную, а меня отвели в другое место. Для начала, заполнить какие-то бумаги. А потом, я прямо там, на регистратуре, чуть не грохнулась в обморок, — продолжив звонко смеяться, сказала Колетт, пока на нее укоризненно смотрел Эд, мол, «И ты умолчала о такой детали?». — Не смотри на меня так! — упрекнула его девушка. — А вот буду смотреть, — по-доброму огрызнулся на нее Эдгар. Они уже подходили ближе к западу, поэтому постепенно становилось все жарче. Колетт же шутливо занесла на него руку. — Сейчас договоришь, — также добро журила его девушка, от чего эмобой коротко рассмеялся. — Что договорю? — продолжил свое паркурщик, после чего получил слабый удар по плечу. Театрально сыграв боль от удара, Эд еще немного рассмеялся. — Если хочешь узнать, продолжай в том же духе. Так, не перебивай меня! — прикрикнула Колетт, поставив взгляд перед собой, собираясь с мыслями. Они и так отошли от главной мысли, а Эд умудрялся еще и смеяться. — Давай-давай, продолжай, — кивнул Эдгар, возвращая взгляд на лицо Колетт, что, кажется, изменялось каждую секунду, из-за чего хотелось смеяться, но эмобой героически держался. — В общем, меня подлатали, все такое, и затем я пришла к палате, где ты лежал, — продолжила девушка. Парню же было приятно. Вау, его не бросили, и прямиком помчались к нему. Эта забота от девушки грела его сердце. — Не больно хоть было идти? — саркастично спросил Эдгар, прекрасно зная ответ. Колетт лишь бросила на него предупреждающий взгляд, и продолжила дальше. — Пока тебе настраивали всякие аппараты, чтоб ты не сдох, из палаты вышла доктор. Я, конечно, сразу подскочила, спросила, ну, как ты там, что с тобой. В итоге, меня молча берут за руку, заводят в палату, — проговаривая это, девушка заметно погрустнела. В сознании сразу всплыл этот момент: Эд лежит, еле живой, подключен к множеству аппаратов, и, вообще, сам-то еле дышит. Встряхнув голову, выкидывая ненужные воспоминания из головы, она продолжила говорить. — И показывают, мол, «и че с этим делать?», — попытавшись спародировать то лицо, что выражало лицо доктора в тот момент, Эд усмехнулся. — В общем, этот твой идиот, — указывая взглядом на шарф, хотела продолжить Колетт, но ее поспешили перебить. — Вообще-то, его зовут Шарфик, — с важным видом сообщил эмобой, показывая перед собой указательный палец. Шарфик же в это время оживился, услышав свое имя, закивал, будто головой. Колетт на это лишь немного рассмеялась, вызывая недопонимание у двоих. — Какой ты оригинальный, — сообщает важный факт девушка, продолжая смотреть на сразу помрачневшее лицо Эда. — Ладно, не важно, мне панк, я похуй. Итак, — протараторила Колетт, и оба сразу прыснули со смеха. — Как тебе не стыдно? — протянул Эдгар, иногда немного посмеиваясь. Шарф же, явно был обижен от этой новости, поэтому слабо ударил девушку по затылку. Увидев этого, эмобой сразу согнулся вдвое от заливистого смеха. — Эй! — недовольно пробурчала Колетт. — Вижу, вы очень хорошо поладили, — усмехнулся Эд, выпрямляясь. — Да вообще, — также недовольно пробурчала девушка, сразу переключаясь на продолжение истории. — В общем, этот твой Шарфик, — почеркнула последнее слово, продолжила Колетт, смотря на реакцию Эдгара. Последний же, синхронно с шарфом, кивнул. — Будто один человек, ей Богу, — закатив глаза, произнесла Колетт. — Лежал на тебе, и не давал подходить к тебе вообще. Какую-то часть пытались подключить к тебе, но он сразу же выдергивал все провода и тому подобное. — Вот, что так руки болят, — тихо упрекнул Эд свою вещь гардероба. — Пришлось силком его забирать. Буквально вылетела сразу из палаты, чтобы не рванул к тебе! — эмоционально продолжила Колетт. — Он все продолжил рваться к тебе, даже задушить меня хотел, но в итоге каким-то образом удалось его уговорить остаться со мной. — Интересно, как? — заинтересованно спросил Эд. — Знаешь, как интересно, раз люди, проходившие мимо нас, смотрели на меня как на дуру! — Эд снова залился смехом, а от возмущенного продолжения девушки лишь больше начинал сыпаться со смеху. — Стояла посреди коридора, пыталась угомонить этот Шарфик, чтобы он не шел туда, куда не надо. Орала! На шарф! — особенно подчеркнула последние слова Колетт, постоянно возмещаясь. — Ты-то че стоишь, ржешь? — ударив его вновь по предплечью, улыбнувшись, произнесла Колетт. — Продолжай уж давай, — произнес эмобой. — В итоге, каким-то образом уговорив его остаться со мной, мы сели рядом с палатой и стали ждать хоть каких-то новостей от доктора. За то время, что она не выходила, а она не выходила довольно долго! Мы, в общем-то, подружились. Сначала сидел от меня поодаль, а пьяная же еще была, так легла прилечь подремать, чтоб протрезветь. Он, кажется, принял, что проблема у нас одна, и, не знаю, в виде извинений может, лег под мою голову, как подушка. Мы так пролежали, не знаю, минут десять, а потом вышла доктор. Сказала, что состояние довольно тяжело, поэтому будешь лежать еще там долго, — грустно выдохнув, продолжила Колетт, будто на одном дыхании. — И что сказала? — заинтересованно спросил Эдгар. Девушка отмахнулась рукой, мол, ничего важного. — Ничего такого, кроме того, что нам в палату к тебе нельзя. Я думаю, ладно, так уж и быть, подождем, но этот, — указывая кивком головы на Шарфик, девушка продолжила. — Он сначала нетерпеливо зарыпался на месте, когда только приоткрылась дверь и вышла доктор, а потом будто застопорил. Десять секунд находился в одном положении, после того, как нам сообщили, что к тебе нельзя, и все же снова порвался к тебе. Пришлось волочиться из больницы с этим на руках, держала его крепко, но было такое ощущение, будто против сильного ветра иду. В общем-то, проходят дни, к тебе пока не пускали, но все часы, что можно было сидеть около твоей палаты, мы сидели вместе, — как-то тепло произнесла Колетт, смотря куда-то вдаль. Эд же тоже уставился вдаль. — Сидели, ждали, а потом как-то надоело. Думала развеяться, вылить куда-то всю свою злобу, накопившуюся на душе, и просто отвлечься от всего. Хотела оставить его в больнице, мол, я все, тебе надо — досиживай, — немного грубо произнесла девушка. — Но, кажется, этому идиоту тоже это надоело. Ну, обмотался вокруг моей шеи, и пошли на арену пар выпускать, — уже более весело произнесла Колетт. — Кстати, отдельное спасибо ему: и мне заработать кубки обратно помог, и защищал не раз, — переведя теплый взгляд на Шарфик, также тепло произнесла девушка. — Вот это я уже узнаю, Шарфик, — гордо выпрямившись, Эд улыбнулся и потрепал свой шарф. Последний же, кажется, засмущался? — И вот, как-то незаметно так пролетело время, и ты проснулся, поэтому вот, — усмехнувшись, закончила Колетт. — О, а вот и бар. Как хорошо рассказала историю, — уже более весело проговорила девушка, завороженно смотря на выключенную вывеску и ускоряя шаг. — А Бай на месте? Бар вроде не работает, — покосившись на девушку, спросил юноша. — С торца не работает, — удовлетворенно, будто кот сметаны наевшийся, произнесла Колетт, и обернулась на Эда, идя к бару спиной. — А для «особых гостей», — весело усмехнулась девушка. — С черного входа открыт всегда! — пояснила Колетт. Уже хотела развернуться, но тут же споткнулась, кажется, о какой-то камень, и уже летела спиной навстречу асфальту, но паркурщик успел поймать девушку за локоть, а Шарфик за другую. — Аккуратнее! — слегка громче обычного произнес Эдгар, явно перепугавшись за подругу. Поставив ту на ноги, он направился к черному выходу. — Спасибо, парни, — как-то неловко поблагодарила Колетт, и поплелась за Эдом. — И все же, — продолжил парень. — Зачем нам сюда? — А ты не хочешь увидеть Байрона? — как-то грустно-укоризненно протянула девушка, исподлобья смотря на парня. — Он, так-то, между делом, волновался за тебя, — будто надавливая на жалость, произнесла Колетт, но «старикашка» правда скучал. — Правда? — ошарашенно переспросил Эд, пока девушка стучала по двери черного входа. — Нет, блин, наплела тебе чуши, — передразнила его Колетт.       Услышав поспешное «Иду-иду!», она удовлетворилась такому ответу и перестала стучать. Послышался торопливый топот, и затем дверь распахнулась, чуть не ударив девушку по лицу, из-за чего та отскочила, как ошпаренная.