Третий праздник Детей

      На следующий год Финвэ еле уговорил сына явиться на праздник детей. Малыш Феанаро закатил во дворце жуткую истерику, так что Финвэ пришлось прикрикнуть на сына, чтобы он одумался и прекратил вести себя, как орчонок.       В тот день эльфенок пребывал в отвратительнейшем расположении духа и ни к одному вала не подходил, несмотря на все уговоры Финвэ и нянек. Его расстроило ещё и то, что вала Намо с супругой не было в кругу. Обнаружив это прискорбное обстоятельство, Феанаро расплакался. Его еле успокоили и уговорили не реветь на весь Таникветиль. В конце концов, Нолдоран просто взял сына за руку и повёл его к Манвэ, к которому Феанаро ещё ни разу не подходил и просто силой посадил сына к королю Арды на колени. Мальчик тут же скуксился, но король нолдор строго посмотрел на него и тот сдержал слёзы. — Феанаро, что случилось? Ты такой красивый, а почему-то плачешь. Что случилось? Феанаро ничего не ответил, лишь сидел, опустив голову. Манвэ погладил эльфенка по кудрявым темным волосам. Тогда Варда, видевшая, что-то мальчика просто нет настроения, забрала его у супруга и обняла, удобно уложив его на руках. Эльфенок внезапно уснул, запустив пальцы в роскошные волосы Элентари, а та с удовольствием рассматривала умиротворенное и спокойное лицо красивого мальчика. Ему снились волшебные сны и он время от времени улыбался. Ему снилась рыжеволосая девушка, красивые юноши, дворцы и звёзды в руках. Ему снились далёкие и неизвестные края и грозное воинство, прекрасный подземный дворец и белые цветы на поляне. А ещё он увидел светловолосого кузнеца, живущего в лесу. Он работал с усердием, ковал какую-то красивую вещь и Феанаро с удовольствием за ним следил. Тот внезапно остановился и оглянулся туда, где был Феанаро и сказал: — Откуда ты здесь? Возвращайся домой, мальчишка.       Проснувшись, он увидел темные волосы перед собой и прошептал: «Мама…» Но это была лишь Варда, любовавшаяся ребёнком во сне и пытавшаяся представить, что может чувствовать эльфийка, держащая в руках собственное дитя, которое вышло из её утробы. Конечно, Феанаро — красивый ребёнок и его хоочется прижимать к груди и любоваться его маленькими руками и очаровательным необычным лицом, но воспитать его она вряд ли бы смогла.       Феанаро сел, Протер глаза и зевнул. Она погладила мальчика по волосам и отпустила. Феанаро слез с колен королевы Арды и побежал к Аулэ и сел к нему и заявил: — В этом году я попрошу подарок для себя. Я хочу сундучок с разными кристаллами, породами и самоцветами, я буду их изучать. — Хорошо, Феанаро, — с улыбкой ответил вала- Мастер — Правда? — Конечно. Ты увидишь их рано утром у себя. Хорошо, что ты наконец-то попросил подарок. Скажи, пожалуйста, а ты пойдёшь ко мне в ученики, когда вырастешь? Мальчик кивнул. — Но это ещё не все. Я хочу увидеть одного твоего ребёнка. — Какого ребёнка? — изумлённо спросил Аулэ. — Ну как какого? Того, которого создал ты и оживил Эру. Гнома! Я хочу увидеть гнома. Живого.       Аулэ озадачился и задумался. — Живые гномы живут в Средиземье, Феанаро, им нельзя сюда. И они скорее всего ещё не проснулись. Поэтому я не смогу исполнить это твоё желание. — Ладно, Аулэ, не беспокойся. Я вырасту и сам подарю себе этот подарок. Я и так знаю, что есть то, что вы сделать не в силах.       Аулэ был поражён и раздосадован такими словами, однако подарок Феанаро все равно получил. На утро во дворец был доставлен большой сундук с драгоценными разноцветными кристаллами и фигурка гнома ростом с наглого нолдорского принца.       Позднее Феанаро рассматривал драгоценности, разложив их в комнате на полу, а гном «поселился» в углу его комнаты. А потом Феанаро пришлось выслушать от отца гневную тираду по поводу его поведения в Валимаре и писать Аулэ письмо с извинениями под диктовку отца.