Часть 1

*** Сидя на лужайке около озера, Жан не спеша прорисовывал тонкие черты девушки на холсте. Каждый волосок, каждая морщинка от ее сияющей улыбки, каждый плавный изгиб ее лица были тщательно обработаны рукой мастера. Парень любил рисовать, у него действительно был к этому талант. Если бы не весь этот кошмар наяву, он бы стал отличным художником. Но, увы, не судьба. Он не знал как оказался здесь - серди зеленой травы, но это ему никак не мешало наслаждаться атмосферой покоя и тишины. Боже, как он долго об этом мечтал. Каждый раз затыкая руками уши и прикрывая глаза, он изолировался от внешнего мира и попадал в свой собственный райский уголочек. Кирштейн представлял свою семью, детей. Иногда деревянный дом, а иногда квартиру в столице - тут уж по настроению. В целом спокойную жизнь без крови и смерти, которая в свою очередь наступала на пятки всем выжившим. Сейчас же он поддался умиротворению и совершенно ни о чем не думал. Правда, он вовсе не узнавал ту девушку, портрет которой рисовал. Словно рука отдельно от мозга рисует все детали. Она выглядела безумно знакомо, но все же парень так и не смог больше ничего вспомнить. Кареглазый не хотел об этом думать, ему было так наплевать на все вокруг. И это чувство пьянило. Послышались робкие шаги по газону. И вот, та самая девушка с картины. Белокурая, с голубыми глазами, не высокого роста. С легкой улыбкой на лице, которая выражала глубокую тоску. Но почему? Кто она и зачем сюда пришла? Она приближалась не торопясь, а Жан лишь наблюдал за ее ленивой походкой. Блондинка была одета в белое кружевное платье до колен. И шла к тому же босиком. Это продевало ей неописуемую легкость. Будто с небес спустился ангел и теперь он перхает над землей, постепенно приближаясь к смертнику. Вскоре она настигла юношу и присела рядом с ним. Взглянула на рисунок, и, увидев на нем себя, начала завороженно осматривать каждый миллиметр произведения искусства. В ее глазах читались боль и сожаление. Слезы сами потекли по ее румяным щекам солеными ручьеми, не думая останавливаться. — Как же так, Жан? Неужели мы через столько прошли ради того, чтобы сейчас вот там мирно сидеть и ни о чем не заботиться? А они сейчас наверняка сражаются не на жизнь, а на смерть. Без нас. Мы бесполезны. Прожили свое, и пора уже покинуть поле боя. Я никогда себе этого не прощу. Я не заслуживаю находиться здесь..., – подала наконец голос девушка. Был явно слышен тот противный ком в горле, который она всеми силами пыталась сдержать, но скрывать это получалось с трудом. — Мне жаль, – продолжила она, – что все так обернулось. А ведь все могло быть по другому? Ведь так? Может быть где-то в другой вселенной мы оба счастливы, наши жизни не обречены, а дух не сломлен. Конечно, не очень в это вериться, но все таки мы не знаем всего...Знаешь, мы с тобой похожи..., – на ее лице появилась печальная улыбка. Снова. — И как же? – спросил голубоглазую Жан. Его кофейные волосы были небрежно откинуты назад ветром. Льняные рубашка и штаны были идеально выглажены. Лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Сплошное спокойствие. — Мы дураки. Каждый из нас вел себя за тем человеком, который был слеп к чувствам другого. Мы оба надеялись на спасение и потерпели неудачу. Это была всего навсего иллюзия и самообман... — Почему ты так думаешь? – он медленно повернул к ней голову. Впервые за весь разговор молодые люди посмотрели друг другу в глаза. На вид им было не больше двадцати, но их души настолько искалечены, что и в этом можно было ошибаться. Все таки возраст, это всего лишь цифра. — У тебя есть другое мнение на этот счет? Что уж говорить, ты даже не помнишь кто я, верно говорю? Мне было приятно быть с тобой хотя бы друзьями...Скажи, я есть в том твоем блокноте с портретами твоих дорогих людей? — Я...Я не помню, прости. – Жан пришел в замешательство. Как эта девушка смогла попасть в его мир, как она вообще с ним сейчас разговаривает, и как смеет прерывать его от любимого дела? — Но ведь все таки если я здесь, то не так уж я и далека для тебя. Приятно. Странно, на самом деле, почему здесь только я...Хм, а ты не хочешь пойти ко мне? — К тебе? Это куда? – поинтересовался юноша. — Сейчас все увидишь, – подмигнула ему собеседница. – Только возьми меня за руку и закрой глаза! — Понял, – парень взял мягкую руку незнакомки и сделал все, как она просила. Через пару секунд он услышал разрешение открыть глаза. Молодые люди стояли посреди огромной комнаты с выходом на веранду. А за ней виднелся небольшой сад. Но самая важная часть интерьера - коричневый рояль и книги в перемешку с нотами на нем. — Вау..., - парень смог вымолвить лишь короткую реплику из своим уст. На большее он не был способен на данный момент. — Мне тоже нравится. У каждого свои мечты, не так ли? – бросила девушка и двинулась к инструменту. – Я хочу сыграть тебе кое-что. Возможно, это сработает...Кхм, в прочем, не имеет значения. Кареглазый был озадачен такими странными словами, что пробубнила белокурая себе под нос, но решил не задавать ей вопросов по этому поводу. Она начала играть. Ее пальцы плавно перемещались с клавиши на клавишу, будто в танце. Музыка лилась прямо из ее души. Она плакала. Да, определенно, она, не глядя на клавиатуру, потупила взгляд себе на колени и тихо хныкала. Мелодия очень смутно что-то напоминала. Будто парень слышал ее раньше и не раз. В голове начали крутиться шестеренки: «Откуда же я мог знать это?». Ничего не приходило на ум. Он решил не морочить себя этим и просто насладиться игрой волшебной незнакомки. Уже сменилось несколько произведений подряд, а Кирштейн лишь сидел, опираясь об стену, и заворожено впитывал каждый звук из под клавиш. И тут что-то щелкнуло. Все последнии события пронеслись мимо его глаз и он шоком во взгляде вскрикнул: — Нет! Этого просто не может быть! Я не сдамся так просто! Музыка прервалась и девушка посмотрела на юношу той же эмоцией, что и в начале их встречи. — Пошли обратно? Я ждала только тебя..., – вымолвила та, сдерживая очередной приступ потока слез. — Да, нам пора. Спасибо тебе, Габриэль. *** В следующий миг Жан открыл глаза. Сперва он увидел ободранные стены и потрескавшийся потолок. Он попробовал повернуть голову в сторону, но от этого действия по телу прошлась волна парализующей боли, от чего парень жалостливо зашипел. — Чшшшш, тише. Не так резко, телу нужно время. Не шевелись сейчас особо. Над ним склонилась Габриэль. Она смотрела на него таким нежным взглядом, который порождал мурашек бегать по всему телу. — Ты помнишь, что с тобой произошло? – поинтересовалась девушка, поправив уголок одеяла на кровати. — Ну, я помню, что тобою чуть не полакомились и я еле успел предотвратить трагедию. А потом все как в тумане. Последнее воспоминание - это как ты притащила меня сюда и звала врача на помощь. У меня еще так зазвенело в ушах от твоего крика. Хорошо, что я вырубился. – Этот мерзавец даже в таком состоянии был способен выпендриваться. — Оставь свое ворчание при себе. Я...Спасибо тебе. Ты не представляешь, как я испугалась, когда ты повалил того чудища, а следом и сам упал прямо к моим ногам. Не знаю, что бы я делала, будь ты мертв. — Да уж, без меня жизнь не так сладка. – Ухмыльнулся светловолосый. Вся комната была залита оранжевой краской. Жаль, что юноша не может посмотреть на заход солнца. Это всегда было завораживающее зрелище. Он осторожно пошевелил рукой, и, прояснив, что двигать ею он в принципе в силах, аккуратно взял ладонь девушки в свою. Немного помяв ее пальцами, он горько улыбнулся. — А где остальные? С ними все хорошо? – с небольшим испугом в глазах опомнился Жан. — Да. Битва закончилась где-то пару часов назад. Все титаны перебиты, а наш избранный гигант заделал дыру в стене с помощью своей новой силы укрепления. Эрен изрядно вымотался после такой работы. Та и остальные, думаю, так устали, что сразу повалились в свои лежбища. Боюсь, только Саша осталась в столовой уплетать свой заслуженный ужин. Если тебя интересует где Микаса, то я точно не знаю. Скорее всего у этого отшибленного на голову. — Ясно...А ты? Что, совсем не утомилась? Была на волосок от гибели, но себя таки не жалеешь..., – осуждающе поглядел на Габри друг. — Я хотела дождаться твоего прихода в сознание. Проверить все ли с тобой хорошо...Я ведь переживала...Как и всегда... Девушка через предложение запиналась, выдавая свою нервозность. — Иди поспи, дурёха. Всем нужно отдохнуть. — Да, ты прав. Мне тоже пора вздремнуть. Но ты если что, сразу кричи. Я буду тут, рядом. Прошу, не отключайся...Знай, я всегда прийду за тобой, – напоследок вымолвила голубоглазая, закрывая дверь. — А я всегда буду ждать тебя в своих снах, моя прекрасная незнакомка. *** Он так и не ответил ей на тот вопрос. На самом деле весь его блокнот был исписан ее портретами. То, как видел ее сам творец. С грустью в глазах, с яркой улыбкой, или даже спящей за обеденным столом. Он давно уже не смотрел на свой первый предмет обожания. В его сердце жил лишь белокурый ангел, с голубыми глазами и слабыми морщинками от постоянной улыбки. *** Он чуть не умер у нее на руках, но она, жертвуя собой, отдала половину своего сердца ему. Теперь уже он явиться ей сегодня во снах. *** А жив ли он на самом деле?