Часть 1

*** Это воспоминание очень странное, даже чужеродное. В нём я женщина, в тяжёлом кимоно, расшитом серебряными нитями. Затылок стягивала тугая причёскам с кучей шпилек надоедливо звенящих при ходьбе. Это воспоминание странное, ведь, в нём я знакома некой Катериной и её детьми — Маной и Неа. Однако, не Катерина удивила меня, а Мария, Мария Кросс, молодая и неопытная. Точно юная леди из благородного рода, а не дева из семьи заядлого игрока. Ещё, рядом с ней часто ошивался юноша по имени Тик. Воспоминания кажутся обрывчатыми, но точно в память врезался отец, жестокосердный и жадный мужчина. И где-то на задворках сохранилась жалкая, безучастная мать. Алая юбка то и дело лезет под ботинок, а снег хрустел кокетливо, точно зная, что её ждёт свидание. Это странное чувство узнавания, спина перед ней и рыжий, беспорядочный затылок… Почему-то сердце пропустило удар. Восторженный голос и тёплая лаванда глаз. Лёгкость от нежных чувств опьянела, как шёлк моих одежд, что холодил ладонь. Был ли человек из воспоминаний настоящим? Это было похоже на ощущение которое я испытывала к Алме. Только сильнее, будто мы знакомы с самого детства, будто незримая связь была между мной и Аланом… Сиротой, выращенным усилиями всех, тот кто имел лишь одну страсть — науку. Мария с годами стала для счастливого Тика невестой, а Мана и Неа продолжали жить под крылом своей матери. Я же, всё сильнее хотела нарядиться в свадебное кимоно, взять зонт и выйти навстречу Алану. Только отец был против, полностью уверенный в превосходстве нашей нации. Беженец считающий себя великим… Что за глупость. Алан не торопил, не давил и не говорил по пустякам, для него было не страшно сбежать ночью из дома для свидания. Хруст крупных хлопьев снега, пронзающий ветер у берега реки и его улыбка. Для него я была готова надевать алое кимоно и танцевать до упаду, не зная, что это была последняя полноценная встреча. Потом пропал Тик, а вместе с ним Мария и Неа с Маной, после смерти Катерины. В скором времени беда пришла и к моему порогу, вместе с цветущими алыми лотосами. Алан провожал меня с улыбкой, из далека, будто боясь подойти, зная, что не отпустит. На поле боя лишь мысль о нём тащила меня на встречу к жизни, в азиатском подразделении было множество таких же как и я. Незадолго до своей смерти мне удалось посетить свой дом, почти развалившийся и косой. Алана уже год как забрала неизвестная болезнь. Потеряв все свои надежды, мечты и друзей я нашла утешения в беседах с книжником, пока в один день мы не нашли ребёнка. Его звали Дик. Будто копия Марии и Тика, лучшее из того, что они могли дать этому миру. Его воспитание взял на себя книжник, а я ушла в свой последний бой. — Ты помнишь, как падал лунный свет И трепал рукава ветер, словно лепестки? Той встречи нашей хранят секрет Белых лотосов нежные цветы. Юу будто перемкнуло от нахлынувшего ведения. Гармошка из воспоминаний продолжала звучать в голове. Это не так как Алмой, не так болезненно, это ощущается как освобождение. Как если бы, душа скованная цепями наконец-то вырвалась на свободу. Пазлы сложились без особого труда, то как Алан говорил о «ковчеге», о новом мире без тьмы и потерь. Смерть Катерины и пропажа Марии с Тиком, как и последующее появление Дика. Всё это имело смысл. — Багряный помнишь ли цвет одежд, Как порхали, пока я танцевала у пруда? Дано судьбой так немного лет Той, что дочерью земной не рождена. Все кто лежал с ним в лазарете уставились на Канаду. Не каждый день увидишь грозу чёрного ордена за распеванием лирических песен. Линали тормошила друга, пытаясь достучаться, но Юу лишь отмахнулся, босыми ногами сбегая с мед. части. Аллен нашёлся не сразу, а Линк был неизменно рядом. Наконец найдя его, Канда застыл, не зная с чего начать? Что сказать? — Канда, что-то случилось? — Аллен обеспокоенно подошел и осмотрел друга. Рыжая макушка стала седой, и лаванда глаз пропала. Не осталось и страсти к науке, но зато Мария, Неа, Мана и даже Тик теперь вместе с ними. Где-то глубоко в душе они всё ещё живут в отдалённой деревне, где все друг друга знают. Где-то там, Юу могла стать женой Алана и жить с ним в мире, если бы не Тысячелетний. — Чей убор был, словно кровь, чей как снег был бел? Кто касался цитры струн и негромко пел? Чья любовь была как шелк, чьи сбылись мечты… Знают лотосов нежные цветы. Алых лотосов нежные цветы. Ален перестал задавать вопросы и потеряно осмотрел Канду. Он не знает, не помнит. Линали подошла к Юу со спины и настойчиво потащила за собой. Лави рядом с ней удивительно робко перевёл взгляд с растерянного Канды на молчаливого Аллена. Линк нахмурился вытаскивая ежедневник. — Я хочу снова собрать с тобой лотосы с заднего двора твоего дома. Я точно помню, что беременная Мария их обожала… Юу не обернулся, только сжал губы, пытаясь сдержать улыбку. Впервые он благодарен за второй шанс.