Часть 1

— Вот так ты меня, получается, собирался размазать одной левой? — старший сын Спарды насмешливо поднимает уголок губ вверх, — знаешь, я немного разочарован… Вергилий возвышается над братом-близнецом и смотрит на него полным насмешкой взглядом. Кончик деревянного меча утыкается в горло Данте и тому становится больно. Данте лежит и не двигается несколько секунд. Так он дает брату насладится вымышленной победой. А потом он резко и неожиданно издает рык, а быстрым движением ноги сбивает Вергилия с ног. Тот с удивлением падает на землю, не совсем понимая, что только что сейчас произошло. Не давая опомнится старшему брату-близнецу, младший как можно скорее хватает с травы свой деревянный меч и утыкается «лезвием» к шее брата. — Наверное это я в тебе разачарован, братец, — ухмыляется Данте и передразнивает интонацию Вергилия, — разве папа не говорил нам, что довольствоватся победой раньше срока противопоказано? Вергилий бросает в младшего брата гневный взгляд. Он пытается дернутся, но не получается, потому что колени Данте зажали ему руки. — В этот раз победа за мной! — заявил младший сын Спарды и встает на ноги. На лице отражалась победная улыбка. Старший сын Спарды встает помедленнее, вытирая ладонью грязь на щеке. Он все также недовольно смотрит на Данте. Был бы рядом сам Спарда, он наверняка бы прикрыл глаза и покачал головой, а затем посмотрел бы на первенца разочарованным взглядом. «Ты знаешь, почему ты проиграл?» — спросил бы тогда он. Вергилий бы коротко кивнул и сдержанным бы голосом ответил. «Потому что я был самодоволен. Я так ослеп от своей скорой победой, что не заметил мельчайшей детали, из-за которой я могу проиграть.» А Данте бы тем временем показывал бы старшему брату язык и купался в гордости папы. Но, к счастью, Спарды здесь не было и он опозорился только перед Данте. Вместо того, чтобы ехидничать Данте лишь протягивает ему руку, чтобы тот с его помощью встал. Вергилий ее не принял и поднялся сам. — Мальчики, обед готов! — это кричала им с окна Ева. — О, обед готов! — обрадовался младший сын Спарды. — Не так быстро, Данте, — Вергилий быстро хватает его за плече и останавливает, — я просто так это не оставлю… — Не хочешь оставлять, значит? — сказал Данте, — ну тогда попробуй обогнать меня. Если доберешься до столовой раньше меня, то считай ты этот бой выиграл. — По рукам, — согласился Вергилий. — На счет три, — начал считать Данте, — раз, два… — Данте, Вергилий, вы маму свою слышали? — из окна кухни выглянула теперь Нагаана. — …три! — после этого двое братьев-близнецов со всех сил рванули с поляны и побежали в сторону дома. Бежали они честно, без всяких толканий и подножек. Входная дверь распахнулась настежь и с грохотом ударилась об стену. Перепуганные служанки закричали и поуроняли свои карзины с бельем. Какую-то из них они даже сбили и та уронила сервиз с посудой, посуда со звоном разбилась и разлетелась во все стороны. Вергилий добежал до двери ведущей в столовую, он почти дернул дверную ручку, как внезапно на него со пины набросился младший брат-близнец и валит на пол. Дверь открывается и оба кубарем вваливаются с криками в столовую. Они приземлились практически у стола с едой. — Отпусти меня! — Ты пусти меня, я был первым! — Нет! Первым до двери добежал я! — Мальчики, успокойтесь! — Так, а это что у нас тут такое?! Перед сыновьями Спарды встали молодые женщины, которые сложили руки на бока. Первая имела длинные волнистые волосы цвета пшена, которые женщина заплела в косу. Одета она была в просторное, но красивое домашнее платье ниже колена, которое подчеркивало ее зеленый цвет глаз. У второй женщины кудрявые черные волосы были заплетеныв дульку, сами же волосы были прикрыты цветастым платком на голове. В отличии от первой женщины, она надела на себя рубашку с закатанными рукавами и длинную юбку. Первой была Ева, их родная и любиая мама. Второй была Нагаана, старая подруга Спарды, которая жила вместе с ними семь лет и помогала Еве воспитывать родившихся близнецов. Что одна, что вторая смотрели на них грозно и строго, их брови хмурились. Данте и Вергилий, приподняв головы, покрылись густым румянцем и поспешно встали на ноги. — Не хотите ли объяснить, в чем тут дело? — Ева нагнулась к их лицам и посмотрела в глаза детям. Братья-близнецы в ответ промолчали. — А вы не хотите посмотреть, что вы натворили? — после минутного молчания добавила Нагаана. Сыновья Спарды опустили глаза вниз, они прекрасно знали, что творится за их спинами. Молодая служанка помогала старухе в чепчике поднятся, а дворецкий помогал собраться осколки посуды и бокалов еще одной служанке. Они с беспокойством спрашивали друг у друга как они. Им не надо было узнавать, что приключилось. Весь дом знал о характерах братьев-близнецов, поэтому для всех подобные случаи были не в новинку. — Вы только посмотрите на себя, — цокнула их мама и покачала головой. Она взяла пальцами подбородок Вергилия и покрутила влево-вправо голову сына. Старший сын сжал челюсть и убрал мамину руку в сторону. — И вы собираетесь в таком виде садится за стол? А ну немедленно марш в ванну мыть руки, — сказала Нагаана и пальцем указала в сторону ванны. Если женщин Вергилий как-то слушал, то Данте наоборот половину разговора рассматривал блюда на столе. Чего тут только не было! И жаренное, и варенное, и паренное, и сырое. Где-то стояли вазочки со сладостями или фруктами, а посередине пирамидкой разложены пирожки с разными вкусами. У них эти пирожки были что-то вроде игры. Подруга Спарды в какой-то день намесит тесто и сложит туда самые разные ингридиенты, будь то мясо, капуста, яйцо, повидло, варенье. Если кому-то попадется сладкое, то его ждет что-то хорошее к концу дня, если кислое, то случится неприятность, если мясное, то ожидается долгая работа и так далее. Обычно они эту игру устраивали под конец, но Данте всегда мечтал как можно раньше заполучить его. Пока женщины отвлеклись на слуг, а Вергилий послушно направлялся в ванну, младший сын Спарды незаметно ухватил один из пирожков и засунул в карман шорт. Проходя мимо слуг и женщин, подруга Спарды взяла его за руку. — Думаешь, я ничего не заметила? — прошептала она ему на ухо. — Ну ты же все равно ничего не скажешь маме, так ведь, Наг? — заулыбался ей Данте. — Конечно, нет, — повторила его улыбку женщина, а потом ее голос прозвучал немного грозно, — но чтобы руки обязательно помыл перед тем как съесть его. — Будет сделано! — Потом скажешь мне, какой вкус у тебя выпал, — она ему весело подмигнула и отпустила. Данте быстро побежал к старшему брату. — Я был первый, — заявил сразу же старший сын Спарды по намыливал руки, когда Данте зашел в ванну. — Мы оба оказались там вместе, Верг, — Данте чуть пихнул Вергилия и тоже стал намыливать руки. — Ты набросился на меня, — прикрикнул брат-близнец, — это было не по правилам! — Не набросился, а случайно упал, — оправдался младший сын Спарды, вытирая тем временем мылом нос и щеки. — Это был грязный прием! Будь тут отец… — И что сделает наш отец? Скажет, как у тебя ума хватило согласится на этот бред. Тут они оба замолчали, потому что Данте действительно был прав. Отец запросто бы пристыдил Вергилия за такую оплошность. Не словестно и не публично, но таким способом, после которого первенец запрется у себя в комнате на целых два дня и откажется появлятся на глазах у всех. — Ну…может и я правда набросился на тебя, — заметив выражение лица брата спустя минуту заговорил Данте, — ладно, я специально набросился на тебя. Так что ты выиграл. Вергилий ничего не сказал в ответ, но на его лице промелькнула тень улыбки. Они молча домыли руки, хорошенько умылись и вычистили грязь и траву с одежды. — Глянь, что я стащил, — младший сын Спарды вытаскивает из кармана пирожок. — Ты серьезно? — скептически приподнял бровь вверх старший брат-близнец, — занятся что ли нечем? — Да ладно тебе. Давай лучше глянем, что меня скоро ждет. Данте широко открывает рот и откусывает половину пирожка. Он прожевывает кусок несколько раз и кривится. — Что такое? — спросил его Вергилий. — Кифлая капуфта, — промямлил тот, он проглатывает пирожок, — буэ, ну и гадость. Ненавижу кислятину. Походу, меня ждет какая-та неприятность. — Я поражаюсь тому, как ты верешь во всю эту ерунду. — Это не ерунда! — вспылил брат, — в жизни тоже надо верить в чудеса, пусть они и не настоящие. Иначе мы все превратимся в таких, как ты. Они продолжали спорить, пока не дошли обратно до столовой. Ева и Нагаана сидели уже на своих местах и ожидали мальчиков. Это был последний раз, когда Данте мог сыграть в эту игру. Это был последний раз, когда рядом с ним сидели все счастливые и веселые мама, брат и Нагаана. Потому что не успели они доесть до конца, как им сообщили о смерти Спарды. Тогда Нагаана, оставив несъеденное блюдо на столе, умчалась в Ад туда, на поле боя. Тогда Ева потеряла самое ценное и дорогое в своей жизни. Тогда Данте и Вергилию пришлось забыть все забавы и быстро повзрослеть, чтобы защитить маму и самих себя.