Это не могло быть правдой.

*** Июль, 1915 год –Он обязательно вернётся, правда,—уверенно сказала Дилори, размешивая сахар в чае. —А вдруг нет? Он за год не ответил ни на одно моё письмо. Я ведь говорила, погубит он себя,—грустно вздохнула Навка. –В таком случае, тебе бы сообщили о его смерти,—равнодушно откликнулась девушка. —Я же не его родственница или жена. Мне не обязаны ничего докладывать. —Странный этот твой Герберт. —Я знаю,—спокойно ответила Навка, отпив глоток чая из своей чашки. —Не нравится он мне,—недоверчиво фыркнула Дилори. —А он и не должен тебе нравится. Моей любви ему вполне хватит. Дилори со всей силы ударила чашкой по столу: удивительно, как она не разбилась. Она посмотрела на Навку с нескрываемой злостью. Эти слова окончательно добили её терпение. —Неужели ты и вправду не понимаешь? —О чём ты? —О том, что ты нахер не нужна этому Герберту. Ему просто плевать на тебя и твои чувства к нему! Он хоть раз говорил с тобой о ваших «отношениях»?! Говорил о том, как любит тебя?! НЕТ! ПОТОМУ ЧТО ЕМУ В–С–Ё Р-А-В-Н-О!!! Навка резко встала из-за стола и презрительно смотрела на свою гостью. —Да как ты смеешь так говорить?! Он любит меня также, как и я его! Мы счастливы вместе! А ты просто завидуешь нашему счастью! —Было бы чему завидовать...—шепотом произнесла Дилори, но Веттин всё равно услышала её. Навка отвернулась, тем самым показывая всё своё отвращение, но немного задумавшись, она сказала поникшим голосом: —А может быть он вообще не любил меня...? *** Июль, 1914 год —А если ты не вернёшься? —Переживёшь. Навку будто током ударило. Единственное, что она смогла сделать, это посмотреть на Герберта глазами, в которых застыл немой шок. У девушки не получилось подобрать нужных, правильных слов. Обрывки мыслей хаотично вертелись у неё в голове, но она никак не могла связать их воедино. Веттин развернулась в сторону двери и покинула комнату, оставив Уэста наедине с его мыслями. *** —Ему действительно было всё равно... Дилори внимательно глядела на Навку, ожидая услышать чего-то ещё, но в комнате повисла отягощающая и без того напряжённую обстановку тишина. Веттин, закрыв лицо ладонями, бесшумно всхлипнула. Гостья аккуратно подала ей салфетку. Ей искренне хотелось успокоить девушку, но она не знала как. Оставался лёгкий страх сказать лишнее. Хотя, Дилори и так не мало наговорила. —Навка, послушай...—начала Хиллз, но её перебили. —Я не хочу, —грустно вздохнула Веттин, вытирая глаза от недавних слёз. Дилори понимающе кивнула и поспешно удалилась из комнаты, а затем и из квартиры. Навка ещё долго смотрела ей вслед. *** Февраль, 1919 год. —Ну наконец-то я уеду с этого чёртова города! Давно пора было это сделать! Девушка радостно складывала вещи в чемодан, как вдруг услышала звонок в дверь. Осознав, что это точно незнакомый человек, Дилори насторожилась. —Кто там?—спросила она. —Навка,—тихо послышался голос снаружи. Хиллз открыла дверь. —Привет. Что-то случилось? Выглядела Навка совсем не важно: растрёпанная чёлка, бледное лицо, огромные синяки под глазами. Её покрасневшие руки нервно поддрагивали. Она никак не решалась признаться ей и самой себе, что этот страшный кошмар вновь произошел с ней. Веттин, глубоко вдохнув, прошла в квартиру. Дилори с сочувствием смотрела на неё. —Проходи, согрейся хоть,—заботливо предложила Хиллз, стряхивая снег с куртки подруги. Навка лишь молча кивнула в ответ. Комната была небольшой, но очень уютной. Рядом с кроватью стоял комод, а нём в рамочке—старые фотографии. На бордовом ковре лежал открытый чемодан. Веттин сразу обратила на него внимание. —Уезжаешь?—без интереса в голосе спросила она. —Да. Навка села на стул, стоявший рядом со шкафом и, ещё немного помолчав, сказала: —Герберт пропал. Дилори нахмурила брови. —Он же вроде бы недавно вернулся. Разве не так? —Он снова пропал. И на этот раз он больше не вернётся. Никогда. После этих слов Навка встала и направилась к выходу. Хиллз поспешила за ней. —Стой! Ты ведь окончательно замёрзнешь. Веттин остановилась и повернулась к ней, смотря в её глаза пустым безэмоциональным взглядом. —Летом в городе было особенно холодно. Навка ушла. Это был последний раз, когда Дилори видела её.