Быть ближе к тебе

Он видел её только тогда, когда был урок физкультуры, и утром, когда все студенты, зевая до слёз на уголках глаз, шаркая подошвами по земле, тащились в школу. В остальное время суток он лишь надеялся на то, что застанет её в учительской, где она, не застав никого, кроме него, обратиться по необходимому вопросу, касающимся учёбы или заполнением анкеты. Однако, это была лишь мечта Томиоки: Шинобу была умной девочкой и ей не требовалась помощь, особенно от физрука. Так, по крайней мере, думал сам Гию. Бывали, конечно, такие моменты, когда приходилось заменять другого преподавателя, но, как назло, это происходило в другом классе, не в её. Она зацепила его взгляд ещё с первой встречи: необычные тёмные глаза с фиолетовым оттенком, тонкий изгиб бровей на невысоком лбу и улыбка. Опасная улыбка, которая скрывала за собой многое: ехидство, ненависть, любезность, обиду и доброту. Подобно русской рулетке, ты пытаешься угадать, что скрыто под изящными губами, что растянулись в мягкую розовую полоску. Смотря на них у него не возникало лишних мыслей о том, чтобы поцеловать её – только разгадать загадку прелестных губ, поймать, словно бабочку, но не причиняя вреда, не пытаясь нарушить иглой красивый узор лёгких трепещущих крылышек и привнести боль этому маленькому существу, что несёт в себе и радость, и грусть. Стоя рядом с ней или находясь чуть поодаль, он слышал лёгкий запах глицинии. Он не был похож на те душные запахи, которыми пахли все женщины в метро и на улицах. От них всегда исходил до скрипа на зубах сладкий запах цветов и сладкого, с примесью горчинки, который надоедал Гию. От этой какофонии ему просто хотелось исчезнуть в какое-то другое место, но рядом с ней даже запах пота, исходящий от учеников при игре в баскетбол или другой вид спорта, становился лишь бледным отблеском окружающего воздуха. Обеденный перерыв давно закончился, и Гию, вздохнув, продолжил работать над ненужной документацией, лишней бумажной волокитой, которую потом просто сожгут или выбросят, скомкав в шарики. Сейчас это необходимо. Посмотрев на наручные часы, он поднял глаза и обвёл небольшую учительскую: кроме него ещё был Узуй, учитель искусства, который заткнул уши наушниками и сидел за рабочим местом, читая мангу, выпуская пузыри жевательной резины. Учитель музыки грустно сидит на своём месте, похлопывая иногда по небольшому барабану - недавно у него был урок в классе Камадо Танджиро, отличного ученика с ужасным слухом (медведь на ухо наступил! – постоянно возмущался учитель музыки) и с быстрыми ногами. Сегодня Томиоке не получилось вновь его догнать; серьги запрещены! Сколько ему повторять. Остальные учителя были на своих уроках. Томиока был рад, что сейчас, когда он предался воспоминаниям о Шинобу, в учительской не было очень энергичного Ренгоку, который постоянно выкрикивал даты и события из истории – репетировал, так сказать. В эти шумные моменты ему хотелось просто выйти, но документация не отпускает никуда, кроме занятий, туалета и обеденного перерыва. Ему внезапно вспомнилось: что ела сегодня на обед Шинобу? Гию с трудом мог представить, что девушка могла есть то, что продают в магазинах-комбини. Вероятнее всего то, что её старшая сестра готовит ей обед. А если она сама? Наверное, очень вкусно. Встряхнув бумагами, которые были распечатаны и собраны по стопкам, брюнет убрал их по папкам, а затем вышел из кабинета. - Куда идёшь? – спросил Тенген, оторвавшись от чтения. Расстояние между ним и Гию составляло больше трёх шагов, но даже в шаге от неё брюнет отчётливо слышал бит музыки в наушниках коллеги. – Своих шалапаев проверить? Томиока кивнул и удалился. Брат и сестра Шабана давно уже были закончить сортировку оборудования и помыть полы в спортзале. Сегодня выдался жаркий, но не настолько, как было на прошлой неделе, день, поблёскивая солнцем на окнах коридоров и кабинетов. Синева неба была подобна цвету морских волн, которые медленно раскачиваются, напевая свою маленькую летнюю песенку. Не засучивая рук в карманы, Гию не спеша проходил мимо кабинетов, невольно заглядывая в них через стеклянные отверстия, что были на каждой двери. Вот его нарушитель спокойствия отвечает по истории, держа в руках учебник. Возможно, зачитывает интересный факт исторического события. Невольно он заостряет взгляд на длинных серьгах-ханафуда, ставя галочку в своём плане: как только закончится этот урок, он просто обязан будет поймать этого мальчишку и отобрать украшения. И плевать, что это – семейная реликвия. На каждый кабинет он не тратит и десяти секунд, но класс Кочо – исключение. Сквозь раздвижное окно, которое есть на третьем этаже и расположено в стене коридора, можно было наблюдать за классом в целом. Он видит её: подперев маленьким кулачком щеку, она пишет в тетради конспект. Гию сам не замечает, что взгляд его настойчив, прожигающий, что его ощущает ученица, и она подымает голову, внезапно сталкиваясь с его тёмно-синими глазами. Он невольно вздрогнул, но лицо его осталось неизменным, спокойным. Он развернулся и просто ушёл. Когда рабочий день закончился, а небо за окном окрасилось в рыжие лисьи оттенки, Гию сменил спортивный костюм на строгий, который всегда надевал на работу. Так как к концу дня жара не спала, а намёка на прохладный ветер не было и в помине, он не стал надевать пиджак, расстегнув только одну пуговицу на воротнике, чтобы не душило. В шкафчике остался бамбуковый меч – страх каждого ученика. Спускаясь с лестницы, он невольно, по привычке, вдохнул поглубже воздух, но ничего не уловил. Не была в клубе, подумал Томиока, удивлённо моргнув. Шинобу никогда не пропускала свои эксперименты в фармацевтическом клубе. Каждый вечер он ощущал то приятный персиковый запах, то горький привкус гари и серы. Сейчас же – ничего, даже её запаха. Подходя к станции метро, он настолько сосредоточился на своих мыслях – в же чём причина её сегодняшнего отсутствия в клубе? - что войдя в вагон не сразу увидел Кочо, которая держалась за металлический выступ одной рукой, а в другой – книгу. Фиолетовая закладка с сплетённой бабочкой была перемещена в конец книги и легко покачивалась. Двери вагона закрылись, и машина отправилась в путь. Людей набралось достаточно, но дышать было можно. Качнувшись, вагон метро всколыхнул людей внутри, расшевелил их сонные и уставшие лица. Гию почувствовал, как что-то упёрлось в его руку и не замедлил переместить свой взгляд. - Томиока-сенсей? - девушка улыбнулась. Гию застыл, словно камень и не смог выдавить и слова. Сердце? Оно забилось быстрее, подумаешь... – Не ожидала вас здесь увидеть. Почему-то всегда думала вы ходите домой пешком или позже, когда уже ночь накрыла город. - Ты сегодня не была в клубе. Почему? – он держался крепко за ручку, что была прикреплена к поручню наверху, но с правой руки ему пришлось поменять на левую – так было удобнее с ней говорить. Девушка отняла руку от поручня, чтобы положить книгу в сумку, но очередной толчок машины чуть не свалил Шинобу с ног, если бы не учитель, который подхватил её за руку, чуть выше локтя. - Спасибо, - она вновь улыбнулась, но Томиока мог поклясться всем: это была другая улыбка, совсем не та, которую она показала недавно. Девушка ухватилась за поручень и смотрела в окно, следя за чёрными стенами туннеля. – Часто вы ездите на метро, Томиока-сенсей? Сегодня вы были чем-то очень сосредоточены… Она либо не хотела отвечать на его вопрос, либо просто не услышала. А задавать его повторно ему не хотелось. Всю дорогу он промолчал. Она тоже. К их общему удивлению они направились в одну сторону, как только вышли из станции. - Вы же не следите за мной, Томиока-сенсей? – недобрая улыбка расцвела на её губах. Улочка, на которой они были, была людна и пестрила запахом кофеен, что расположились на улице маленькими столиками с пластиковыми стульчиками, цветов и ярких красок. Накаленный воздух слегка утих и приятно обнимал молчаливого учителя и улыбающуюся с большими глазами ученицу. Толпа людей была их спутницей. Кочо не поднимала глаз на учителя, как и он не опускал на неё. В голове нарисовалась квартира, в которой ему требовалось навести порядок, и холодильник, который надо было ему наполнить. - Вы какой-то сталкер, учитель. Мне аж страшно, - произнесла девушка, стоя позади Гию в очереди у кассы. В руках у неё был апельсиновый сок и упаковка яиц – сестра попросила, подумал Гию. Он же взял много; пришлось даже взять корзинку. - Проходи вперёд, - сказал он, уступив место Кочо. - Очередь, есть очередь, - произнесла она, не двигаясь с места. Томиока взглянул на неё, моргнул и прошёл к кассиру. Пока женщина пробивала один товар за другим, учитель физкультуры поглядывал на неё, в частности на лицо, пытаясь отгадать, о чём она может думать, но она была хороша в сдерживании эмоций и их контроле. Шмыгнув носом, он услышал вновь лёгкий запах глицинии. Рассчитавшись, они вышли из магазина и направились вместе в одну сторону. - Вам не тяжело, Томиока-сенсей? – спросила она заботливо. – Я могу понести пару упаковок с макаронами, если хотите. - Мне не тяжело. - Сегодня такой чудесный день. Жара не такая грубая, как была вчера… Какой милый кот, Томиока-сенсей, - кивнула она головой на пятнистое создание, которое выгуливал парень с белыми волосами, кончики которых были окрашены в чёрный. Или наоборот? Гию ничего не говорил. Может это могло показаться отчуждённо и холодно по отношению к ней, но ему было приятно слышать её голос, наслаждаться её улыбкой, её компанией и нарушать эту компанию своей речью ему не хотелось. Они не заметили, как вышли из людной части улицы к менее. Кроме шагов слышен был отзвук проезжавших вдалеке машин. Еле-еле качались деревья под натиском ночного ветра. Он лёгкими касаниями проходил по их макушкам, баюкал горячую землю, благословляя каждую травинку и листок, каждого человека, животного и птиц, а также существ, что спрятались вдалеке от нашего понимания. - Мне надо идти в другую сторону, - произнесла девушка, когда они вышли на развилку – три дороги расплетались, утекая каждая в своё направление. – Вы уверены, что дотащите сумки сами, Томиока-сенсей? - Там темно, - произнёс он, смотря на дорогу, что вела к парку. Фонарики там не работали, и путь казался довольно небезопасным, особенно в позднее время. Шинобу повернула голову в сторону, куда указал взгляд Гию. - В ту сторону, - показала она рукой, указывая на проложенную дорожку, которая вела ещё и к храму. Сейчас возле него горели большие светильники – достаточно светло и безопасно. - Хорошо, - сказал он, кивнув головой. – До завтра… Без опозданий. - Какие опоздания, Томиока-сенсей? Я всегда прихожу вовремя, - осветила она лицо улыбкой. Эта – добрая улыбка, подумал он. В душе разлилось приятное тепло, и он невольно улыбнулся в ответ. Брови Кочо поползли наверх, улыбка слезла с губ. Заметив её удивление на лице, он кашлянул и поклонился, попрощавшись, бросив напоследок, чтобы обязательно добралась до дома: сестра будет переживать. *** - Ты купила сок? Неожиданно. Какой-то праздник? А яйца зачем? Я только вчера купила их… Шинобу? – старшая Кочо, получив в руки пакет с продуктами, не смогла поймать взглядом лицо сестры, которая быстро скрылась в своей комнате. – Рис скоро будет готов… Прислонившись к двери спиной, девушка накрыла лицо руками и покачала головой. - Не правильно. Это всё неправильно, - бормотала она. Сумка лежала на полу; книга с прелестной закладкой выпала оттуда – похоже, что она забыла застегнуть молнию, когда выходила из магазина. Лицо её разгорячилось; лёгкий румянец коснулся её щёк, а сердце неистово билось. Мысленно она пыталась угомонить его, но чувства были обострены до предела. Перед глазами ей предстала его широкая спина, которую она внимательно разглядывала в магазине, а потом улыбка, словно крохотный лучик солнца... Смотря на неё, она ощущала тепло и безопасность. За холодной маской прятались эмоции. Какие они? Он – загадка. И каждый раз, смотря на него, ей хотелось поймать разное выражение его лица: удивление, гнев, заботу, любовь… В какой-то момент, там в магазине, ей захотелось просто головой прикоснуться к его спине, обнять, обхватив руками талию и просто так постоять рядом. Ей хотелось быть чуть ближе к нему. Она не знала, где он живёт и просто следовала за ним, делая вид, что им в одну сторону. Ей же пришлось садиться обратно на метро, чтобы вернуться домой, но того стоило… Стоило проверить: правдивы ли её чувства? Не обман ли это самой себе? Не просто ли эта заинтересованность? Простой эксперимент… Простой до щемящий и непривычной боли в груди. Когда это началось? Наверное, тогда, когда она захотела пропустить клубную деятельность. На один день. Когда захотела прогуляться с ним по улицам ночного города одним летним днём. Или раньше?..