№ 31

Тесс бежала к дверям своей квартиры и обернулась в ожидании Роба, нехотя бредущего следом. — Слушай, а как долго ты еще намерена жить на два дома? Я предложил съехаться еще давным-давно. Понимаю, нужно время и прочее, но мы все равно каждую ночь спим в одной кровати. Давай, может, определим ее местоположение и зафиксируемся? — Не ворчи! — звонко рассмеялась та. Хилл посмотрел на нее и нехотя расплылся в ответной улыбке. Какая же она невероятная. Он обожал ее до безрассудства, но постоянно одергивал себя, стараясь не давить и оставить место для личного пространства. Но иногда, в такие дни как сегодня, желание быть рядом двадцать четыре на семь заглушало голос разума. Рука девушки замерла у дверного замка, а в глазах мелькнул испуг. — А чем это пахнет? — слегка принюхался Роб, подходя ближе. — Это картошка… жареная… — прошептала в ужасе Тесс. — И кто в твоей квартире ее жарит? — удивленно спросил Хилл, потянувшись к дверной ручке. — А знаешь, я подумала… — девушка поднырнула под его руку и закрыла своим телом дверь. — … я ведь вполне могу обойтись и без вещей. Дашь мне свою футболку, как обычно… — Кто там, Тесс? — чуть нахмурился парень, чувствуя укол ревности и подозрения. В этот самый момент дверь распахнулась изнутри, толкнув Тесс в объятия любимого. Хилл, крепко прижимая ее к себе, удивленно уставился на стоящую в дверном проеме пожилую женщину. — Бабуля… — натянуто улыбнулась Хантер. — Надо же… Какой… сюрприз… Роб не мог перестать смотреть на бабушку Тесс. Они были настолько похожи, что даже оторопь брала. Женщина была такой же энергичной, непосредственной, обаятельной и очень красивой. Тесс, закусив губу, сидела напротив, вцепившись в край стола. — Доченька, ты опять питаешься как попало? В холодильнике мышь повесится… Чем же ты мальчика своего угощаешь? — Своим телом, ба! — буркнула Тесс. — Ну-ну. Он там, наверное, об кости, бедный, все бока исколол. Ешь, милый… Ешь… — женщина ласково улыбнулась парню, погладив его по голове. — Видит Бог, с этой девчонкой нужно ежечасно пополнять ресурсы… — Бабуля! — Что? — Очень вкусно, спасибо, — встрял Роб. — Ну, глядишь, откормлю тебя хоть немного за пару дней. — Ты не предупреждала, что приедешь… — подала голос девушка. — О, представился такой удачный момент. Ольга решила развестись, и теперь они кричат друг на друга со своим мужем иностранцем и делят имущество… — И правда, весьма удачно… — не удержался Роб, широко улыбаясь. — Так а я про что? Она предложила составить ей компанию, а я, само собой, не могла отказаться от возможности повидать внучку. Тесс закатила глаза, но покосилась на бабушку с безграничной любовью. — Сейчас перекусите, я еще блинчиков настряпаю, — добавила женщина, с умилением глядя на то, с каким аппетитом Роб поглощает пищу. — Ба, ну какие блинчики? Мы до завтра наелись уже! — воскликнула девушка, пнув под столом парня, тем самым давая понять, что следует быть скромнее. Но Хилл лишь с большим энтузиазмом заработал вилкой, видимо, боясь, что в качестве следующей меры у него отберут тарелку. — Доченька, у тебя что, нет даже муки? В ответ Хантер лишь возмущенно вскинула вверх руки, тем самым показывая, насколько нелепо даже само предположение о том, что у нее может быть полный набор продуктов для приготовления блинов. — Ну, не страшно. Сбегай в магазин быстренько. — Давай, Роб, доедай скорее… — девушка не смогла скрыть улыбки, явно разработав какой-то план. — Нет, нет, милая. Ты не поняла. Роберт поможет мне здесь. Мы с ним поболтаем, узнаем друг друга получше… Хилл закивал, не переставая жевать. — Иуда… — прошипела Тесс, но нехотя встала из-за стола. — Яиц еще бы надо… Ну, что я тебя учу, да? Будто в первый раз. — Ага. На сетчатке буквально список этот выжжен, — проворчала девушка, все еще не желая уходить и оставлять их наедине. — В таком случае, чего ты ждешь? Как говаривал твой дядя: «раньше сядешь, раньше выйдешь». Роб вздернул брови, а Тесс густо покраснела. — Занятный он мужчина, конечно. Жаль, что вор, — как ни в чем не бывало улыбнулась бабушка. — Ба, Господи… — девушка зажмурилась, в красках представляя, что еще та может наговорить, пока она отсутствует. — Давай, давай. Одна нога здесь, другая там. Будет холодец, — женщина звонко рассмеялась. — Это тоже от дяди поговорка? — невольно рассмеялся следом Роб. — А, не. Это двоюродная тетка. Мария. Она мясник. — Надо же… — Может, Роб все-таки сходит со мной? Уже вечер и на улицах небезопасно… — Ты что, не сможешь навалять какому-то хулиганью? Чему тебя учили братья? Все забыла? — Братья? — встрял Хилл. — Двоюродные. Любители кулачных боев. Ты бы только знал, сколько раз эта очаровашка разбивала чей-то нос… — Ба! Господи Боже!!! — Не поминай Господа всуе, сколько раз тебе говорить?! — строго прикрикнула женщина. — Живо в магазин, упрямица! Все бы, да наперекор! Помявшись еще пару минут, придумывая кучу предлогов для того, чтобы задержаться в квартире как можно дольше, по итогу она все-таки ушла. Пожилая женщина подошла к окну и звонко, по-девичьи, засмеялась, наблюдая, как внучка на всех парах бежит в ближайший к дому супермаркет. — Ну что, Роберт?! Расскажите о себе… — моментально посерьезнела бабушка Тесс, поворачиваясь к парню.

***

Перепрыгивая через ступени с полными руками продуктов, поскольку в спешке забыла пакет, Тесс вбежала наверх и буквально ввалилась в квартиру, а затем и на кухню. Тяжело переводя дыхание, она, приоткрыв рот, наблюдала за Робом и родственницей, которые накрывали на стол, весело болтая и смеясь. — Мы уж думали, ты заблудилась… — улыбнулся Хилл. — Ой, однажды в детстве я отправила ее за молоком, а она вернулась с полными карманами конфет и только к вечеру. Абсолютная непоседа. Давай за стол, но сначала приведи себя в порядок. Выглядишь так, будто ты отбирала эту бутылку молока в бою. Закатив глаза, девушка поплелась в ванную, но не успела закрыть дверь, как к ней скользнул Роб. — Ты что творишь?! — вскинулась Тесс, попытавшись вытолкать его назад. — Прекрати! Она знает, что мы спим! — ЧТО??? — заорала девушка, но тут же понизила голос до минимума, испуганно глянув на дверь: — Что, блядь, она знает!???? — Фу, Заноза. Бабуля не могла тебя такому научить! — Это ты ей сказал?! — Конечно! Мы как раз жарили новую порцию картошки, когда мне в голову пришла отличная мысль упомянуть, как я «жарю» ее единственную внучку! По округлившимся глазам Тесс было очевидно, что она восприняла сказанное всерьез. — Заноза… — тихо рассмеялся Роб, беря ее лицо в ладони. — Это шутка. Я всего лишь сказал, что мы планируем съехаться и что я, как настоящий джентльмен, настроен серьезно. Мне, знаешь ли, пришлось несладко. Допрос был в лучших традициях КГБ. — Божееее… — простонала девушка, прикрыв глаза, — прости за это. Она ведь не со зла… — Я знаю, маленькая. И никак не пойму, почему ты не познакомила нас раньше. Тесс, приоткрыв один глаз, уставилась на него: — Издеваешься, блядь, что ли? — Ага! — довольно рассмеялся Хилл, целуя ее в кончик носа, а затем в губы. Поцелуй из игриво-нежного моментально перерос в страстный. Усадив девушку на стиральную машинку, Роб начал по-хозяйски гладить столь желанное тело, запустив руки под одежду Тесс, когда громкий стук в дверь заставил их вздрогнуть и прерваться. — Блины готовы!!!!! — Идем, ба! — Живее! Потискаетесь потом! Не каждый день тебя бабка навещает! Уважение имей. Покраснев, Тесс отпихнула от себя смеющегося парня и начала тщательно приводить в порядок одежду, дабы не дать родственнице даже намека на дальнейшие подколы. В конце концов, из квартиры девушки пара вышла уже ближе к ночи, нагруженные пакетами с едой. По пути к дому Роба Тесс внезапно осенило, что вещи, за которыми они, собственно, и ездили, так и остались в шкафу. — Что смешного? — невольно заулыбался Хилл, когда его спутница, хохоча, сползла на сидении. — Ничего… — девушка выпрямилась и посмотрела на него сияющим взглядом, от которого у парня даже дыхание перехватило, — … ничего, кроме того, что я счастлива…

***

Роб вышел из машины и подал руку Тесс, помогая. — Ну что, как обычно? Вечером заберу тебя на углу магазина напротив? Они уже около недели жили вместе, на работе продолжая поддерживать легенду о непримиримых соперниках. Хилл считал это ребячеством и абсурдом, но не мог устоять перед умоляющим взглядом любимых глаз. Кроме того важнее всех слов и поступков было то, что девушка осталась жить у него даже после отъезда бабушки, медленно, но верно, обживаясь в его холостяцкой берлоге. — А знаешь… — пальчики Тесс переплелись с его, пока они шли к лифту, — … плевать. — Не сочти за идиота, не совсем понял твой внезапный порыв… — улыбнулся Роб. — Пусть все знают. — Ээээм, уверена? Просто мы так старательно делали вид, я даже как-то в роль вжился, что ли… — Ну, теперь привыкнешь к роли моего парня, — пожала плечами Хантер. — Я люблю тебя, ты любишь меня… Любишь ведь? — Очень, Тесс… — просто, но настолько искренне ответил Роб, что на Тесс нахлынул приступ неконтролируемой нежности. — А я тебя… очень… люблю… — шептала девушка, мешая слова и легкие, короткие поцелуи. — Значит, официально?! — Хилл обхватил ее лицо ладонями и улыбнулся. — Ага… — закивала Хантер. Из лифта они вышли, держась за руки и собирая на себе ошеломленные взгляды коллег. — Вот это будет сплетня… — восторженно хихикнула Тесс, входя в кабинет Роба. Она хотела было продолжить, но все слова встали комом в горле, когда навстречу им встала Коллет. — Здравствуй, Роберт… — Коллет?! — парень удивленно уставился на нее, инстинктивно беря Тесс за руку. — Я хотела бы поговорить с тобой, если позволишь… — весь вид посетительницы говорил о невообразимых душевных терзаниях. — Я пойду к себе, милый… — Тесс вдруг стало неприятно и страшно находиться в обществе этой женщины. Лучше подождать у себя, пока Хилл в очередной раз даст понять, что между ними ничего быть уже не может. — Я бы хотела, чтобы и ты осталась… Тесс, кажется? — сделала вид, что вспоминает, Коллет. — Это в какой-то мере коснется и твоей жизни. Вашей совместной с Робом жизни. Она театрально схватилась за голову, имитируя головокружение, а затем, будто бы совладав с собой, продолжила: — Мне очень жаль, что я вынуждена говорить об этом, и поверьте, последнее, что мне хотелось бы, это стоять сейчас здесь… — Коллет, в чем дело? — глухо спросил Роб, чувствуя неладное. — Я беременна, Роберт. И отец ребенка — ты. Последнее, что ярко запомнил из событий того утра Хилл, было то, как ладошка Тесс выскальзывает из его руки…