Part three. «It was jealousy».

«Слова нам нужны, чтобы прятать наши мысли». — Вольтер.

Белла.

      Страх, который испытывает добыча перед жертвой, нельзя описать простыми словами. Это чувство пронзает раскалённым кинжалом и заставляет жертву делать ошибки. Фатальные ошибки. Добровольно идти к хищнику, падать в его раскрытую пасть и даже не кричать, не звать на помощь.       Я уже столько раз была жертвой, но сдаваться совсем не в моём характере, к тому же, всякий раз у меня находились защитники, которым я могла смело вручить свою жизнь, не сомневаясь в их помощи.       Эдвард всегда был моим спасителем.       Сейчас он схватил меня за руку и быстро побрёл в сторону припаркованных автомобилей, а мне ничего не оставалось, кроме как бежать следом за ним. Мои мысли копошились, как жуки в мокрой почве, а я не могла поймать ни одного из них. Озверевшие глаза Джаспера до сих пор преследовали меня… Если бы Элис не встала у него на пути, он кинулся бы на Эдварда ещё раз?       — Эдвард. Эдвард, стой! — я предприняла попытку затормозить, упереться пятками об землю, но мой муж вообще не замечал моего сопротивления. — Элис увидела, что он убьёт меня? Я поранюсь, когда никого не будет рядом и он не сможет сдержаться, да? Я не слепая, Эдвард! У Элис в глазах паника… Он убьёт меня, да? Возможно, сегодня…       Остановленный истеричными нотами в моём голосе Эдвард замер и повернулся ко мне.       — Белла. Не говори этих жутких слов, прошу тебя. Ты не умрёшь.       — Что не так с моим запахом, Эдвард? Почему он усилился?       — Белла, я не знаю.       — Но на тебя это не действует. Ты единственный, кто может подойти так близко.       — Белла, у меня нет ответов на твои вопросы.       — Почему ты скрываешь от меня видение Элис?       — Белла. — он абсолютно серьёзно посмотрел на меня, обнял моё лицо своими ладонями. — Клянусь, тебе не грозит смерть.       — Вольтури… — шепнули мои губы.       — Мы спрячем тебя.       — Снова жить в страхе и прятаться?       — Мы справимся с этим. — Эдвард был таким уверенным, что это твёрдость передалась и мне тоже.       Крепко сжимая мою руку, Эдвард развернулся и двинулся к машинам. В этот же миг нам наперерез выскочил огромный волк дымчато-серого цвета с горящими яростью глазами и раскрытой клыкастой пастью. Он дико рычал; с клыков капала слизь.       — А-аа… — я взвизгнула и отшатнулась назад, но Эдвард не отпустил моей руки и, навернувшись, я едва не полетела на землю. От падения меня удержала мысль о том, что так я наврежу своему ребёнку.       Калены подтянулись поближе. Они сосредоточились на опасности, выжидали, но никто не спешил нападать, и я с ужасом подумала, что они не смогут этого сделать, поскольку факт нападения на оборотня будет означать нарушение договора.       — Эдвард… — в самые жуткие мгновения своей жизни я всегда звала его, всегда искала защиты, а сейчас мне было страшно.       Волк зарычал и кинулся на нас с Эдвардом, широко раскрывая свою огромную пасть. Эдвард обхватил меня за талию, крепко прижал к себе и отскочил назад, уходя от клыков оборотня, и оттаскивая меня.

Эдвард.

      Мысли каждого члена моей семьи взрывали мне мозг. Их было слишком много; они звучали разными голосами и буквально противоречили друг другу. Сотню лет я был вынужден слышать то, о чём думают и размышляют все разумные существа в моём окружении, однако, это посягательство на чьё-то личное пространство слишком сильно выматывало меня. Читать собственных родственников — табу. Я намеренно абстрагировался от их мыслей, выстраивал стену, чтобы ничего лишнего не просочилось в мой разум. И, всё-таки, при некоторых обстоятельствах, мой дар был весьма полезен.       А именно сегодня…       Я взял Беллу на эту охоту, потому что боялся оставить её дома одну. Джейкоб перестал внушать доверие, впрочем, я никогда не доверял ему в полной степени, а наряду с произошедшими событиями, он тоже терял самообладание. Я читал его мысли и… И он по-прежнему хотел Беллу. Он по-прежнему ненавидел меня. И он по-прежнему хотел положить этому конец. Джейкоб мечтал, чтобы Белла отреклась от меня.       Я не мог доверить ему её жизнь и безопасность!       Я совершил ошибку, как и в прошлом году, когда позволил Белле прийти к нам в гости на её праздник. В тот вечер я испытал такой жуткий страх, о котором даже не догадывался. Позже Джаспер признался, что мой страх помог ему остановиться и успокоиться.       Сегодня всё повторилось снова и теперь я был не только напуган, но ещё и зол.       Я не понимал, почему Элис не увидела ничего из того, что произошло. Если бы хоть кто-нибудь из нас оказался более предусмотрителен, Белле не пришлось бы снова терпеть это. Мало того, что ей приходится вынашивать ребёнка от чудовища, так ещё и один из её названных родственников постоянно норовит её убить. А теперь Вольтури… Я прочёл мысли того оборотня и практически уверен, что он грезил высокой наградой, которую обещали всем, кто притащит голову моей жены.       Что-то странное начало происходить ещё по дороге в Такому.       Я никак не мог взять в толк, в чём дело…       Понимание пришло несколько позже. Обняв Беллу, я вдруг осознал, что её запах больше не кажется мне таким привлекательным, как раньше. Я даже не смог заставить себя её поцеловать… и это стало для меня шоком. Белла всегда казалась мне особенной, моей единственной и неповторимой, ради которой я существовал все эти десятилетия, без которой не мог представить себя в этом мире…       В надежде понять, в чём может быть причина, я поделился этим с Карлайлом, однако, он ничем не помог. Отец уверял, что внезапная беременность Беллы тут ни при чём, хотя и не отрицал, что её организм менялся и никто не знал, к чему приведут эти изменения.       В то время, как я перестал чувствовать Беллу, члены моей семьи наоборот претерпевали страшную пытку, окунаясь в её аромат. Каждый почувствовал это. Буквально каждый. Я не мог сосредоточиться, потому что мысли каждого Калена периодически переключались на жажду, обращённую именно к моей жене.       Мне было чертовски больно.       Но я нисколько не злился на Джаспера, хотя я едва не перешёл черту. Когда его мысли заполонила кровавая пелена, а всё человеческое отнялось так стремительно, будто его и не существовало, я был близок к тому, чтобы оторвать ему голову без всякого сожаления.       Как бы странно это ни звучало, но появление оборотня спасло нас. Я предоставил своей семье во всём разобраться, а сам увёл оттуда Беллу, потому что более не мог допустить, чтобы ей грозила опасность.       Ярость переполняла всю мою сущность, поэтому я не сдерживал силу, когда хлопнул входной дверью и та слетела с петель. Весь путь до нашего дома я держал Беллу на руках, в итоге из-за моей бешенной скорости её сильно стошнило.       У меня не получалось выкинуть из головы видение Элис…       Каждый миг этого видения причинял мне невыносимую боль, от которой я хотел ломать и крушить всё, что попадалось под руки; хотелось выть и лезть на стену. Я не мог заточить в себе эту боль, она рвалась из моей заледеневшей груди, острыми когтями царапала моё мёртвое сердце.       Одно утешало. Видение показывало нас в прошлом, в альтернативном развитии событий, которое казалось абсурдным. Тому, что видела Элис никогда не суждено было сбыться. И всё-таки я был в бешенстве, когда через ментальный канал мне передалось видение моей сестры.       Видение показывало наш школьный двор, дождливую погоду и затянутое небо. Я, Эммет, Розали, Элис и Джаспер, судя по всему, только приехали и припарковали машины на стоянке. Как и все ученики, мы никогда не торопились, хотя редко опаздывали. Белла стояла возле своего оранжевого «жеребца» в окружении подружек и их парней, а потом, внезапно, сорвалась с места и решительно направилась к нам. Все, кто были на парковке заинтриговано следили за новенькой, которая всего пару дней назад приехала в Форкс, а в данный момент с непоколебимостью на лице направлялась к самым необычным ученикам школы. Эммет и Розали напряжённо застыли, переглядываясь между собой; Элис покрепче вцепилась в руку Джаспера, а я смотрел на новенькую и уже что-то испытывал к ней, но не знал, что именно. А Белла тем временем, довольно быстро для человека подобралась к нам и… Я искренне считал, что она идёт ко мне, но представьте, что я испытал, когда Белла подлетела к моему брату, приподнялась на носочки, одной рукой обхватила его за шею, слегка наклоняя и… поцеловала.       Все громко зааплодировали и завопили какие-то подростковые глупости. Элис мгновенно отпустила руку Джаспера и сделала шаг назад, едва не налетев на Розали и Эммета, которые пребывали в таком же шоке, что и остальные ученики. За свои сто лет, клянусь, я ещё не испытывал такого шока и ужаса, как в этом видении и после него. И если Джаспер выглядел ошеломлённым, а потому не сориентировался и чисто по привычке — не ждать от женского пола угрозы — поддался, то Изабелла Свон совершенно точно знала, что и зачем делает.       Её лицо выражало уверенность, желание и какую-то тоску, словно она решилась сделать то, о чём давно и безрезультатно мечтала. Это вывело меня из себя, поэтому, как только видение Элис испарилось из её мыслей, я не смог извлечь из своего взгляда ненависть. На Элис больно было даже взглянуть… Нам обоим было слишком больно.       Это видение… оно было странным. Обычно Элис видела только будущее, а прошлое никогда. Тем более её не посещали видения о том, чего никогда не происходило.       Что же тогда произошло?       И как я мог кому-то рассказать об этом?

Белла.

      — Нам пришлось убить двух оборотней.       — Повезло, что они были одиночками, иначе уже разразился бы скандал!       — Это не отменяет нашей вины.       — Карлайл, они напали первыми.       — Розали, как нам теперь доказать это?       Карлайл и Розали стояли друг напротив друга и если голос нашего главы был мягкими и утешительным, то Роуз кричала так, что у меня шумело в ушах. За спиной Карлайла, как обычно, стояла Эсми, а позади блондинки находился Эммет, и они оба сохраняли понимающее молчание, однако, своим присутствием показывали чью точку зрения поддерживали.       Я всё ещё вздрагивала от пережитых эмоций. Адреналин вспыхивал с новой силой. Меня усадили в кресло, дали мягкий плед и чашку горячего мятного чая, но всё это не могло меня успокоить. Я жутко боялась, что Вольтури придут за мной снова и уничтожат всю мою семью и как-то навредят Чарли.       Элис по-прежнему казалась мне встревоженной и сбитой с толку, а Эдвард — мрачным и замкнувшимся. Они оба часто бросали друг на друга неопределённые взгляды и, мне почему-то казалось, что они общаются, но не хотят, чтоб остальные знали об этом. Что конкретно от нас скрывали мой муж и моя приёмная сестра?       — Элис, а где Джаспер? — пока на меня не обращали внимание спорящие Карлайл и Розали, я повернулась к подруге и тихо проговаривала слово за словом.       Взгляд, который на меня кинула Элис, мне не понравился. Он был обиженным…? Болезненным? Испуганным?       — Не бойся, Белла. Уверяю, всё в порядке.       Я хотела сказать, что совершенно не боюсь и дело вовсе не в этом. У меня ведь есть проблемы куда более существенные…       — Если он не может вернуться пока я здесь… Мне не сложно подняться в комнату или… или пойти к Чарли.       — Оставайся, Белла. Ему нужно побыть одному.              — Не расскажешь мне о своём видении? — деликатно начала я, даже мягко улыбнулась, но Элис тут же дала задний ход и, положив ладонь на мои колени, слегка качнула головой.       — Ты выглядишь слишком бледной. Тебе нужно больше отдыхать. Не беспокойся, с нами ты точно в безопасности! Белла, ты — член нашей семья, моя сестрёнка… Мы не позволим кому-то навредить тебе и твоему ребёнку!       Я прослезилась. Растрогалась и потянулась обнять Элис.       Всё было, как прежде.       Каллены пришли к выводу, что нужно разработать план по моему спасению и, насколько я поняла, этой ночью они все будут работать, чтобы понять, как можно спасти мне жизнь. Я, к сожалению, ничем не могла помочь, к тому же, Эдвард настаивал, чтобы я немедленно отправилась спать. Мне, действительно, нужен был хороший отдых, но Эдварда этой ночью рядом не будет и эта новость отзывалась горечью в моей душе.       К тому же, было ещё кое-что…       — Карлайл, я хочу поговорить с ним. — насколько это было возможно, я понизила голос и шёпотом обратилась к главе клана с просьбой.       Карлайл в это время доставал из кухонного ящика витамины, которые были куплены специально для меня. Я должна была принимать их два раза в день, и он следил за этим лично. Моя просьба, должно быть, прозвучало неожиданно, и Карлайл на мгновение задумался.              — Белла, тебе не нужно ничего доказывать.       — Я и не хочу. Я просто чувствую, что… должна.       — Я не вправе тебе запрещать, но подумай. Возможно, твоя идея не самая лучшая.       — Почему?       — Утешения порой могут стать для нас ядом.       — Простите, Карлайл, но… я не собираюсь никого утешать. Как только я окажусь поблизости, он поймёт, мои чувства. В прошлый раз всё получилось так… — не найдя больше слова я закусила губу и тут же спохватилась. Проверила, нет ли крови.       — Не уходите далеко. — согласно кивнул Карлайл и указал глазами на озеленённое пространство за широким окном в гостиной.

***

             На улице было гораздо прохладнее, чем в доме. Там хотя бы горел камин, который разожгли для меня, а здесь гулял прохладный ветерок и яркий рожок луны освещал узкую тропу, что окружала дом Каленов и уходила вверх к ухоженному парку, куда я и держала путь.       По-моему, это был первый раз, когда меня выпустили из дома в одиночестве. Чтобы не мёрзнуть я надела джинсы, рубашку с длинным рукавом и тёмную шаль, которую мне на плечи заботливо накинула Эсми. Эдвард был, мягко говоря, не в восторге от моей затеи, но и переубеждать не стал.       Я должна была сосредоточиться, подумать и подобрать правильные слова. Чёрт, в голову не лезло ничего путного…кроме противных банальностей. Я шла в темноту, а в голове у меня был полный бардак. Я понятия не имела, как можно начать разговор, ну или хотя бы отыскать его среди этой мрачной тишины и тьмы.       И всё же эта прогулка мне определённо понравилась… Я дышала полной грудью, и вопреки всему, во мне проснулось чувство защищённости, округлённости, лёгкости… Погладив живот, я надеялась, что так подарю ласку своему малышу, который был живым и, несомненно, уже всё чувствовал.       Я была неимоверно счастлива!       Улыбка расползлась по моему лицу, в душе порхали разноцветные бабочки и мне вдруг захотелось петь от восторга. Не удержавшись, я тихо рассмеялась и подняла глаза к небу, на котором начали показываться первые сверкающие звёздочки…       — Джаспер, я думала, ты не пользуешься этим без крайней нужды. — конечно, я без труда уловила, что эти радость, удовлетворение и безмятежность были вовсе не мои. И пусть я пока не видела его, зато превосходно ощущала.       — Если собираешься и дальше манипулировать мной, то хотя бы покажись. А-то я чувствую себя параноиком, разговаривая с этим дубом. — я уставилась в первый попавшийся ствол дерева и пыталась прислушаться к тишине, чтобы понять, откуда раздадутся шаги.       Но, я снова была вынуждена признать, что начинаю забывать, кем являются члены моей новой семьи.       — Это ель. — Джаспер мгновенно оказался за моей спиной, просто спустился откуда-то сверху и замер на расстоянии нескольких метров, очевидно, чтоб не пугать. — Ты была слишком растеряна.       Я благодарно кивнула и… позорно умолка.       Дура, надо было хотя бы отрепетировать!       — Всё-всё… можешь убирать это. Легкомысленное счастье не помогает сосредоточиться.       Через одно мгновение мои истинные чувства вернулись ко мне. Что ж. Отлично. По крайней мере, я могу хоть что-нибудь придумать.       Джаспер стоял напротив, но мне почему-то казалось, что он постепенно увеличивал расстояние между нами и делал это так медленно и тихо, чтобы я не замечала. Я всё понимала…       Он выглядел задумчивым, впрочем, как и всегда. Казался собранным и чем-то измученным, словно у него внутри постоянно шла какая-то ожесточённая борьба и выматывала его. Мне не хотелось взвалить на него ещё и… себя.       Видимо, в моих эмоциях проскользнула тематика вины и жалости, потому что в этот же миг Джаспер повнимательней всмотрелся в моё лицо и чуточку удивлённо изогнул бровь.       — Я знаю, год назад, когда Эдвард говорил, что я не держу на тебя зла, ты не верил. Может, поверишь сейчас?! — я отчаянно улыбнулась, но подозревала, что эта улыбка выглядела жалко и тухло. — Мне кажется, сейчас самое подходящее время.       — Изабелла, ты… — когда он произнёс это и слегка усмехнулся, я невольно насторожилась. — …даже не представляешь, насколько упростишь мне моё существование, если станешь одной нас!       Теряясь в непонимании, я несколько раз тряхнула головой. Но пока ещё не могла решить: убирать этот несчастный обломок улыбки или нет. Мне бы хотелось что-то ответить или спросить, или просто убежать, но я стояла молча и внимательно слушала.       — Но, мне бы хотелось оттянуть тот день.       — Почему?       — На ком ещё прикажешь мне тренировать выдержку?       В какой-то момент мои попытки завести серьёзный разговор привели вот к этой картине — Джаспер коварно улыбается и шутливо принюхивается, будто опять выходит из себя, а я скручиваю язык в трубочку и деловито киваю с такими же озорными искрами в глазах.       — Знаешь, я никогда этого не говорила, как-то не подворачивался случай, но хочу, чтобы ты знал: я люблю тебя, так же, как и всех их… — я указала рукой на дом Каленов и подкрепила свои слова искренними эмоциями, которыми испытывала к Джасперу: дружеской верностью, простым человеческим восхищением, и семейной привязанностью. Я наполнила всем этим своё сердце и уже хотела дотронуться ладонью до его плеча, но резко передумала.       Как-то слишком резко Джаспер опустил взгляд на мою ладонь, застрявшую в воздухе. И при этом он не казался согласным на мой внезапный порыв. Именно поэтому я решила отшутиться.       — Но, обещаю, что не буду сильно злиться, если мои эритроциты, лейкоциты и тромбоциты достанутся тебе!       — Ты такая странная, Белла. — голосом наполненным безобидным недоумением Джаспер заполнил вполне уютную паузу после моей шутки. — Ты не думала, что в твоём роду могли быть вампиры-полукровки?       — Вампиры-полукровки? А ты встречал таких?       — Не довелось.       — Думаешь, я могу быть на них похожа?       — Учитывая твою потенциальную лояльность к нам, нехарактерное для простого человека бесстрашие, ментальный щит от некоторых наших способностей и… — Джаспер немного запнулся, очевидно, подбирая слова, чтобы объяснить моё нынешнее положение, но я и так всё прекрасно поняла, инстинктивно положив ладонь на плоский живот.       — Интересная теория. — и тут я подумала, что могу спросить ещё кое о чём важном. — Э-ммм… Джаспер, слушай, я хотела… Чёрт! Не знаю, как спрашивать о таком. Мой запах… кажется Эдвард перестал его чувствовать.       — Это невозможно. Ты его певица.       — Однако, это произошло. Не знаю, что думать…       — Вероятно, ты меняешься из-за… своего положения. И твой запах… становится немного другим. Иных причин не вижу.       — А ты сейчас в норме?       — Гораздо лучше. — с каждой следующей фразой его голос приобретал всё более тёплые нотки, а лицо смягчалось. — Испугалась?              — Скажем так, мне бы не хотелось встать у тебя на пути. Тот оборотень напугал меня меньше… — я надеялась, что правда, украшенная милой улыбкой будет звучать, как комплимент и не слишком его заденет, но Джаспер как-то странно посмотрел на меня, буквально прошёлся глазами по всей моей фигуре. — Что-то не так?       — Не могу понять, где именно ты лжёшь.       — Но я не лгу.       — Ты никогда не боялась меня и в данный момент тоже. Но, ты, действительно, не лжёшь. И я озадачен.       — Всё просто. Меня бросает в дрожь, когда я вижу насколько вы все сильны, а особенно ты, Джаспер. Но, я не боюсь, что кто-то из вас причинит мне непоправимый вред. Этого я не боюсь!

***

      Домой мы с Джаспером вернулись вместе. Он галантно открыл передо мной дверь, пропустив вперёд, на что я скромно улыбнулась. Моё самочувствие улучшилось во стократ, а Джаспер уже не казался таким холодным и каменным.       Все Каллены старались чем-то занять руки. Однако, наше появление переключило их внимание. Я прекрасно понимаю, почему они были так обеспокоены… Никто не желал войны с могущественными Вольтури. А я была всего-навсего человеком, который стал представлять для них угрозу и моя семья, заслоняя меня собой, автоматически станет их мишенью.       Вот этого я боялась больше всего на свете.       Эдвард схватил меня за руку, не больно, но весьма ощутимо и потянул вверх по лестнице на второй этаж. В таком обыденном жесте я всё равно заметила его нервозность. И вообще Эдвард был каким-то странным особенно сегодня. Я сделала себе пометку вытащить из него правду любым способом.       Мы преодолели всего лишь пару ступенек, когда из гостиной, оставшейся позади, прозвучал голос Джаспера и что-то в его интонации мне очень не понравилось, а Эдвард так вообще окаменел и стиснул мою руку с огромной силой, так что стерпеть эту боль мне стоило огромных усилий.       — Ты сейчас серьёзно? Если есть что мне сказать, скажи прямо! — спросил он. И я сразу поняла: что-то случилось.       Никогда не видела, чтобы между ними пробегала чёрная кошка. Эдвард и Джаспер всегда хорошо ладили, их отношения можно было с уверенностью назвать не просто дружескими, но уже по-настоящему братскими. И в эти теплоту и безмятежность совершенно не вписывался такой колючий голос Хейла, обращённый к моему мужу, и стальная напряжённость на лице Эдварда, в купе с его внезапной скованностью и неповоротливостью.       Да, в чём дело, чёрт побери?!       — Я так не думаю. — Эдвард развернулся, оставаясь на ступеньках и вымученно улыбнулся. Мне показалось, что он силком вытолкнул из себя эту улыбку и она явно трещала по швам.       — Но, ты это чувствуешь. — Джаспер шагнул ближе к лестнице, оставляя позади себя непонимающих родственников.       Я, кстати говоря, тоже ничего не понимала. И их разговор обещал быть нелепым с человеческой точки зрения. Джаспер будет чувствовать все эмоции Эдварда, а он будет читать мысли Джаспера, и отвечать не на озвученные вопросы, а на те, которые прочтёт.       — Но, не думаю.       — Но, ведь чувствуешь.       М-да… Какой содержательный разговор. Как дети малые!              — Прекратите. Эдвард, о чём речь?       — Ни о чём… — он снова решил оставить меня в тени неведенья.              — Эдвард, не самое подходящее время для… — Карлайл звучал устало, словно он израсходовал всю энергию и вот-вот мог обессиленно сползти вниз по стенке.       — Что с ним такое? — Розали так же, как и я пребывала в справедливом недоумении, но Эдвард будто и не слышал никого из нас, он был зациклен на своих мыслях и вдруг и он и Джаспер одновременно произнесли ровно по одному слову:       — Заткнись.       — Он ревнует.              — Что-что? Эдвард…? — моё состояние даже шоком нельзя было назвать. Я не знала плакать мне или смеяться, конечно, больше всего хотелось усомниться в его адекватности.       Эдвард ревнует меня к…?       — Это не ревность. Я позволил вам остаться наедине и не был уверен, что ты способен себя контролировать. — Эдвард выдержал паузу, а потом снисходительно хмыкнул. — Не выдумывай.       — Эдвард, по-моему, ты сам хорошо справляешься с этой задачей.       — Давайте все успокоимся! Надо решать проблему с Вольтури, а не собачиться между собой, тем более по таким пустякам. — Элис плавно и женственно подплыла к своему мужу, встала рядышком и меня крайне порадовало возвращение моей прежней Элис.       — Белле необходим отдых, а у нас впереди долгая ночь. И я прошу вас остыть. — Карлайл прошёл между сыновьями, выудил мою ладонь из мощного захвата Эдварда и сам повёл меня наверх.       Капец просто…       Что же ждёт меня завтра?