Теперь я одна...

Прошла ровно неделя после драки Глеба и Вани. И каждый раз когда парни сталкивалась взглядами в воздухе повисало напряжение и Таня выглядела мышкой среди двух котов и не один не собирался отступать. Бейбарсов дарил ей черные розы, украшения и всякие разности. Ванька же дарил ей свои поцелуи, перо жар -птица, подарил ей тоже не дешевле платье. Но вот Ване нужно было лететь куда то в командировку с тарарахом. Таня не могла поверить что маечник улетает и она останется одна… Или не совсем одна? — Чего грустишь он же не умер а лижь уехал на недельку другую! — сказал вечно не унывающий комментатор. — Он уехал … И я осталась одна. Тебе не понять.- с болью в голосе сказала гроттерша. Ягун с грустью взглянул на нее. И как он мог согласится?! Старый осел! — выругивал себя внук Ягге.

***

И вот Ягун все-таки пригласил Таню в свою комнату. Он оставил Таньку в толной темноте и запер дверь нет даже не запер а просто закрыл. Таня стояла в недоумении. Вдруг зажёгся свет. И Грозная русская Гротти увидела… Глеба! Он просто смотрел на нее с любовью во взгляде. Таня утопала в его черных зрачках… Ей стало не ловко. Глеб снова прочёл ее мысли и с тоской сказал: если хочешь можешь уходить дверь только прикрыта… Танька видела грусть в его глазах. И она понимала почему: вот его любовь совсем рядом, но она не любит его…или все же? Он посмотрел на нее где то 30 минут молча отдал записку и послал воздушный некромагский поцелуй. Тане обожгло щеку. Но обожгло приятно. Таня была в шоке. Она сама не заметила как очутилась в комнате на кровати лежала черная роза. Вспомнив о записке она развернула бумажку и увидела там было написано: башня приведений, ровно полночь. Глеб* И вдруг бумажка вспыхнула и превратилась в пепел. Таня успела только охнуть.