Огненный клубок

***

      Первой ото сна пробудилась Ярен. Девушку разбудило голосистое щебетание птиц на балконе. Разомкнув свои тяжелые веки, она стала потихоньку приходить в сознание. Душевный покой, и расслабленность в теле, которое сплелось воедино с телом мужа — было первым, что она почувствовала, когда очнулась в кольце из сильных рук Харуна. События прошлой ночи начали постепенно представать перед ее глазами во всей красе, заставляя покрываться румянцем ее щеки.       В то время, когда еще несколько дней назад Ярен, планировала отстраниться от мужа на время, и не видится с ним, судьба столкнула их настолько близко, насколько можно было это представить. «Воистину, жизнь непредсказуема» — размышляла девушка, исподлобья вглядываясь в умиротворенный лик мужа, исследуя его по молекулам.       Его точеный, греческий нос, кончик которого был устремлен вниз, четко очерченный контур чувственных припухших от поцелуев губ, щетина, покрывающая его выдающийся профиль — абсолютно все в этом мужчине было первозданно прекрасным. Поддавшись неумолимому желанию дотронуться до него, девушка провела рукой по лицу Харуна, и нежно поцеловала мужчину в подбородок.       Пробудившись от легкого дыхания, пронесшегося перед его лицом, Харун ощутил приятную дрожь, которая стремительно прокатилась по его телу. Распахнув сонные глаза, мужчина увидел нависающий перед его лицом ясный лик жены, глаза которой смотрели на него с восхищением. — Доброе утро, — произнесла Ярен, лучезарно улыбаясь. — Доброе утро, — ответил ей мужчина, одарив девушку робкой улыбкой. Мужчина, отстранившись от Ярен, осторожно привстал с постели, накинул на себя махровый халат, и потянулся к тумбочке, на которой лежали часы, дабы узнать который час. — Мне нужно ехать, — деловито произнес мужчина, отставив в сторону часы. — Сколько времени? — простодушно поинтересовалась Ярен, откинувшись на белоснежные подушки. — Уже полдень, — вздохнув, ответил ей мужчина. — Я пойду в душ, и поеду. Сегодня у меня много дел, — продолжал Харун, взяв в руки телефон, сосредоточено набирая кому-то сообщение. Ярен, не отрывая взгляда, изучающе наблюдала за мужем, а затем решительно заговорила с ним:  — Харун, я не хочу переезжать в Анкару. Мужчина, повернувшись к ней лицом, удивленно приподнял бровь, и, окинув жену непонимающим взглядом, спросил: — Почему? Придерживая рукой простынь, прикрывающую грудь, она привстала с постели, и поспешила ответить на вопрос Харуна, возлагая надежду на его понимание:  — Мне совсем непривычно будет жить в шумном и крупном городе.В конце концов, мы говорим о столице. Будет лучше, если я останусь в Амасье. Харун ненадолго задержал на жене свой задумчивый взгляд, а после понимающе кивнул, молча последовав в ванную комнату.       Сладко потянувшись, Ярен, облегченно выдохнула, а затем, встав с кровати, надела на себя халат, решив ненадолго выйти на просторную веранду, чтобы подышать свежим воздухом. Однако, ее планы прервал неожиданный звонок в телефон Харуна. На экране светилось имя звонившего, некая «Госпожа Сибель», взяв в руки мобильный телефон, Ярен на несколько секунд засомневавшись, все же ответила на звонок: — Алло, я слушаю Вас. — Добрый день, я могу поговорить с господином Харуном? — любезно произнесла женщина. Ярен, непроизвольно нахмурившись, мысленно отметила, что разговорила она, похоже, с довольно молодой женщиной, обладающей благозвучным голосом. — Господин Харун сейчас находится в душе, я могу узнать, кто его беспокоит? — Разумеется. Я адвокат господина Харуна. — Очень приятно, — язвительно отчеканила девушка. — А я его жена. Когда господин Харун освободиться, он обязательно Вам перезвонит. Всего доброго, — уверенно проговорила девушка, и отключилась.       Ярен ощущала, как в ней начали набирать обороты неизведанные ею ранее чувства, она испытывала неистовое желание огородить Харуна от всех окружающих его женщин. На фоне ее напряженности, разум девушки, словно подливая масло в огонь, стал напоминать ей о приближающемся разводе, еще больше раздражая ее. Протяжно выдохнув, она решила, что, как и планировала до звонка, пройдет на веранду, для того, чтобы отрезвить рассудок. К тому же, придется ей это сейчас как нельзя кстати.       Когда девушка вернулась обратно в номер, Харун уже застегивал на запястье часы, будучи готовым к выходу. Повернувшись лицом к жене, он серьезно произнес, проницательно глядя ей в глаза: — Не выходи из номера, пока я не вернусь. Закажи себе, что хочешь. Я постараюсь не задерживаться надолго. — Хорошо, — покорно ответила ему девушка. Подойдя к нему ближе, Ярен нежно прильнула к его теплым губам, а рука ее легла на его щеку. Мужчина на мгновение опешил, но вскоре охотно ответил на ее инициативу, углубив поцелуй. Прервав пылкий поцелуй, она, отдышавшись, чувственно прошептала ему прямо в губы: — До встречи. Харун лукаво прищурился, едва заметно улыбнувшись, а затем ответил ей низким голосом:  — До встречи.

***

      Встреча с риелтором, у Харуна, должна была состояться уже скоро. Водил машину мужчина осторожно и плавно, соблюдая все правила дорожного движения, несмотря на медиативное погружение в свои мысли. Харун думал о вчерашней ночи. Мужчина был рассержен на собственную опрометчивость, на безотчетность своего поступка. События предыдущего насыщенного дня выбили его из колеи. После услышанных слов от матери, мысль о том, что Ярен угрожает серьезная опасность привела мужчину в ужас. Ибо Харун знал то, насколько жестокой и безжалостной может быть его родная мать. А часы, проведенные в неведении, и полном отсутствии информации о Ярен, еще более усугубили его моральное состояние.       В тот миг, когда Ярен предстала перед ним, после изнурительно безуспешных попыток ее отыскать, его душа озарилась ясным светом, извлекающим из глубокой дыры отчаяния. Все словно объединилось в огромный снежный ком, который с неистовством несся с горной вершины, сбивая препятствия на своем пути, и Харун, отныне, был не в силах остановиться.       Не сумев подчинить свои чувства, захлестнувшие всепоглощающей волной, Харун остро ощущал собственное бессилие перед Ярен. Самозабвенно утопая в чувствах к ней, он, казалось, позабыл и о собственной уязвленной гордости, и о гнусном предательстве, последовавшем с ее стороны. «Единственное, что имеет значение на сегодняшний день — это безопасность Ярен. Все остальные низменные вещи меркли, теряли прежнюю ценность на фоне угрозы нависающей над жизнью человека. Я обеспечу ее безопасность, по крайней мере, до развода, а потом…», — размышлял Харун.       Он не хотел думать о том, что будет с ней потом, а возможно даже сознательно отказывался заглядывать в будущее, покрытое мраком. «В конце концов, она не одна, у нее есть куча защитников и без тебя. Приди уже в себя, олух!» — поддевая, едко отметил голос его разума. Отбрасывая все ненужные мысли из головы, Харун подъезжая к агентству недвижимости, аккуратно припарковал свой автомобиль, и вышел из него, ускоренным шагом двигаясь вперед.

***

      Мужчина, уладив процесс подбора подходящего дома, совместно со своим адвокатом просмотрел детали документа, а затем подписал договор аренды дома. Подобранное им уютное жилище, находилось в безопасном и спокойном районе пригорода Амасьи. Имело два этажа, очаровательный, небольшой сад, и самое главное — террасу, к которой так тяготела душа его жены.       Процедура аренды дома, заняла у мужчины немало времени. Покинув отель ближе к двум часам дня, вернулся он практически в полдевятого вечера. Будучи неимоверно уставшим, он безмолвно лег в постель, после принятого им душа. Равнодушно поворачиваясь спиной к Ярен, он даже не поинтересовался, чем она занималась в этих четырех стенах весь день, не имея возможности выйти на улицу. Ярен, в свою очередь, обиженно прикусив губу, стала раздраженно взбивать свою подушку, а затем резко плюхнулась на постель, в наивной попытке уснуть сегодня пораньше.

      Через пару дней, арендованный Харуном дом, был готов к приему новоиспеченной хозяйки. Выехав из отеля после полудня, они безмолвно ехали в машине, будучи обособленно погруженными в свои мысли. Как никогда ранее, девушка всецело ощущала абсолютное равнодушие и холод, сквозящий в отношении Харуна к ней, за все то время, пока они проживали в отеле. Общался с ней он сквозь зубы, и только по необходимости. Ложась на постель, будто не замечая присутствие женщины рядом с собой, Харун демонстративно ее игнорировал.       Причины подобного поведения ей не были понятны, и оттого девушка вот уже несколько дней прибывала в смятении. Той ночью, он был так нежен и ласков с ней, всецело растворяясь в ее объятиях, она видела то, насколько он был счастлив. «Мне не могло это привидится. Не могло. Почему сейчас он делает вид, будто мы чужие люди, а он лишь мой телохранитель? Почему делает вид, будто между нами ничего не было?».       Уязвленное женское самолюбие, новоявленная ревность, тревога за собственную жизнь; а также отчаяние, в связи с невозможностью достучаться до своего упрямого супруга, — слились воедино, рождая собой огненный клубок гнева.       Наконец, спустя долгие минуты неспешной езды, они доехали. Харун как всегда, вышел из машины первым, по-джентельменски отворяя дверь автомобиля жене. Перед взором Ярен, предстал двухэтажный, добротный дом, с довольно симпатичной наружностью. Пройдя внутрь, мужчина сосредоточено рассказывал супруге как тут все устроено, а затем провел ее на второй этаж, чтобы показать красоты, которые раскинутся перед ней на веранде.       Странным образом, наличие просторной террасы не вызвало улыбки у Ярен, Харун заметив это, изрядно удивился, а затем с любопытством обратился к ней: — Что случилось, Ярен? Дом не пришелся тебе по вкусу? — Дом чудесный, благодарю, — отстраненно произнесла девушка, витая в своих мыслях. — Не стоит. Если у тебя больше нет вопросов, то я поеду, — неуверенно проговорил мужчина. — Значит, ты не останешься сегодня, так? — обводя мужчину укоризненным взглядом, с ноткой недовольства спросила Ярен. — Так — ответил ей Харун. — Ты оставишь меня здесь одну, и уедешь? Лишь бы больше не видеть меня, не так ли? — заглядывая в его глаза, она задавала мужчине провокационный вопрос. Нахмурив брови, Харун сделал шаг навстречу к жене, не отводя от нее своего недоумевающего взора, а затем вкрадчиво произнес: — Я сделал, то, что на данный момент полагается. Спрятал тебя от матери. В чем сейчас состоит твоя претензия ко мне? Ярен, небрежно кивнула, а после, криво усмехнувшись, раздраженно ответила ему, впритык к нему приблизившись:  — Помнится, ты обещал, что твоя мать и вовсе не узнает ни о чем. И где же сдержанное тобою обещание? Куда оно кануло? Разочаровано усмехнувшись, на обвинение Ярен, он лишь с досадой ей ответил, глядя на нее потухшим взглядом: — Ты совсем не изменилась. Ничего в это мире не способно тебя поменять. Сердце девушки болезненно сжалось от его жестоких слов. А глаза, которые тот час наполнились влагой, затравленно смотрели на него. Нарушив царящую тишину вокруг, Харун уверенно произнес: — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы тебе не навредили. До развода. А затем… — сделав небольшую паузу, мужчина продолжил, — затем о тебе позаботится твоя семья. Прощай.