Усталость

      – Ловетт, с вами всё хорошо? – спрашивает Суини, уже начиная по настоящему беспокоится.       Мужчин заметил её странное поведение пару дней назад, но не предал этому огромного значения. Подумаешь, что синяки под её глазами стали больше, а улыбка теперь перестала быть искренней и почему-то превратилась в вымученную. Он убийца, садист и тиран, разумеется она боится его и это вполне нормальная реакция!       Нет... Не нормальная, для неё не нормальная. Это был не страх. Это была боль, усталость, но не страх. С каждым днём он начал замечать эту странность всё больше и понял, что это его сильно напрягает. По мимо вымученной улыбки Суини видел её глаза... Они были пустыми! Её прекрасные изумрудные глаза были пустыми! В них не отражалось абсолютно ничего, просто пустота. Будто бы они были мертвы. В последний день, она и вовсе не улыбалась, а её тело сильно шатало. Суини пришлось схватить её и прижать к себе, чтобы женщина попросту не упала.       – В порядке... – прошептала она слабым голосом.       Голос тоже изменился. Она говорила еле слышно, шёпотом, а сам звонкий и мелодичный голос дрожал, будто бы ей было нельзя говорить. Она стала бледнее, и казалось, что даже худее! Что с ней происходит, что этому послужило?!       – Нормально?! Вы это называете нормальным?! – чуть ли не прокричал он, прижав её к стене.       Нелли вздрогнула и прикрыла глаза, опустив голову. Её тельце стало дрожать так же, как и голос. Дыхание участилось и она видимо ждала, что он ударит её.       – Простите меня, мистер Тодд... – проговрила она ещё тише и мужчине показалось, что она готова расплакаться.       Тодд? А где её любимое "мистер Ти"? Что вообще с ней происходит?! Она что-ли больна? Суини сначала старался не обращать на это внимание, делая вид, что ему всё равно. Но с каждым днём её состояние становилось всё хуже, а цирюльнику из-за этого было всё тревожнее.       – Что случилось, Ловетт? – спросил он мягче, заметив, что от этих криков всё только ухудшается.       – Ничего, всё хорошо, я в полном порядке, мне нужно работать! – продолжала отпираться она, отводя взгляд и снова натягивая улыбку.       – Работа подождёт, – он схватил её рукой за подбородок и резко поднял бледное лицо, чтобы она посмотрела ему в глаза. – Что с вами твориться? Вас весь день шатает, как незнамо кого, вот вот в обморок упадёте!       Снова он вглядывался в эту пустоту и ему становилось не по себе. Суини будто бы глядел в глаза трупу!       – А вам есть до этого дело...? – с горечью спросила она, из последних сил стараясь не плакать.       – Есть, мне есть дело! Что с вами случилось? Вам дурно, вы больны?       Нелли закрыла глаза и покачала головой. Она слабо оттолкнула его от себя и отошла, опираясь рукой о стену, чтобы действительно не упасть.       – Я не спала и не ела несколько дней, вы довольны мистер Тодд? – проговрила она, не оборачиваясь.       – Доволен...?! Почему? – только выдавил он, замирая на месте.       – Не спала, потому что каждую ночь мне снился кошмар. Ваша с Тоби смерть, каждый раз разная, более жестокая... Я всегда стою рядом и не могу помочь, просто не могу... Но это всего-навсего кошмары, которые ни на что не влияют... – проговрила она и по её щеке всё же стекла слезинка, которую женщина быстро утёрла.       – Почему же вы не ели?       – Так я же отвратительно выгляжу, мистер Тодд. Слишком много ем. Вы сами ска... – она не смогла закончить, резко вдруг начиная падать.       Суини успел схватить её и прижать к себе. Дыхание у Нелли было невероятно тяжёлым, тело сильно дрожало, ноги подкашивались. Она не ела, не спала, работала на износ и мучила себя, только для того, чтобы угодить ему... Только потому, что услышала от него в пьяном бреду пару оскорблений. Чёрт бы побрал эту женщину, сумасшедшая! Кто так делает?!       – Нелли?! Нелли, ты меня слышишь?! – Суини слегка трясёт её, одной рукой проводя по бледным и ледяным щекам.       – Д-да... Мне надо работать... – простонала она, будто бы умирая.       – Какая к дьяволу работа?! Ты, что, сошла с ума, как я?! – отчаянно крикнул он и подхватил её на руки.       Она едва ли оставалась в сознании, слегка держась за его шею. Тодд понёс её в комнату, прижимая к себе как можно крепче и начиная по настоящему бояться. Она вымотала себя до такой степени, что ему начало казаться, что вот вот женщина умрёт от общего истощения. Суини сел на кровать и осторожно положил голову Ловетт к себе на колени, начиная бережно гладить её по волосам. Его это дико пугало...       – Но, мистер Т-тодд... – прошептала она, пытаясь подняться.       Они вновь встретились взглядом, но на этот раз он увидел, что пустота начала пропадать и глаза теперь снова были похожи на те, что раньше смотрели на него с такой нежностью и любовью.       – Ляг и спи! Иначе помрёшь, дуреха, а ты мне ещё нужна! Я не считаю, что ты отвратительно выглядишь, с горяча сказал... – прорычал он, но впервые этот рык не казался угрожающим, а "дуреха" вообще прозвучало совсем не как оскорбление.       Нелли вновь попыталась, что-то сказать, но не смогла и сразу же уснула. Цирюльник стал осторожно гладить её по волосам, надеясь, что всё это пройдет после её отдыха. Она лежала у него на коленях, не шевелясь, дыхание стало спокойнее, так же, как и сердцебиение. Мужчина ожидал, что придётся успокаивать её после ночных кошмаров, о которых она ему рассказала, но их будто бы и не было. Видимо он своим присутствием не давал этим кошмарам вообще появиться. Он и сам начал успокаиваться, видя, что его Нелли сейчас выглядит не так плачевно, как пару минут назад... Или пару часов назад... Или день назад... Он не следил за временем, сколько именно она лежала и спала на нём. Какая была вообще разница, если ей станет лучше?! Было уже глупо отрицать, что мужчина по настоящему волновался за неё. ***      Нелли проснулась примерно на следующее утро, проспав чуть меньше двадцати четырёх часов. Тоби в это время был у себя и вообще не беспокоился ни о чём. В выходные пирожковая редко работала и у него был день отдыха.       Женщина сначала не поняла где находится и на какой такой мягкой подушке лежит. Ей стало определённо лучше, хотя и было неприятное урчание в животе, из-за голода. Кошмаров ночью не было, что ей показалось странным, но ещё более странным ей показалось то, что она не помнила ничего, что произошло после её падения. Вот она говорила с мистером Тоддом, а после всё оборвалось и она лежит тут. А где тут? Ну... Вроде это её комната, но то, на чём она лежит совершенно не похоже на подушки... Тогда, что это? И... Она чувствует, что чья-то сильная рука гладит её по непослушным кудрям. Нелли медленно поворачивает голову и её щеки мигом вспыхивают алым цветом.       – М-мистер Ти?! – пискнула она, начиная дрожать и буквально сгорать от смущения.       Суини открыл глаза и спокойно взглянул на неё. Ловетт резко попыталась подняться, но мужчина схватил её за плечи и положил обратно.       – Лежи и отдыхай, когда станет лучше пойдем на кухню и ты поешь. – сказал он, глядя в её уже полностью ожившие глаза.       Она продолжала лежать на его коленях и краснеть, с слегка приоткрытым ртом, из которого хотела вырваться ещё какая-нибудь фраза, но почему-то не могла. Суини спокойно гладил её по волосам и продолжал смотреть в прекрасные зелёные глаза, а после слегка улыбнулся.       – Знаешь, ты очень красивая когда в твоих глазах нету пустоты присущей мертвецам, а улыбка не вымучинная и не натянутая. – сказал мужчина, беря свободной рукой её руку.       Щеки женщины стали ещё краснее, но губы изогнулись в теплой улыбке, а глаза засияли.       – Вы правда так думаете, мистер Ти? – проговрила она, уже даже не чувствуя боль в животе.       – Да, и мне очень нравится когда ты называешь меня "Мистер Ти". – наконец сказал он, заставив женщину рассмеяться.       Как ни странно, но после этого случая у Нелли Ловетт больше не происходило подобных неприятных ситуаций. Просто Мистер Тодд всегда следил за её состоянием и если она не высыпалась, он разрешал ей поспать у себя на коленях... Работа в этот момент никого уже не интересовала.