***

      Этот день длился просто бесконечно. Вроде долгожданный выходной, но испорченные планы изрядно действовали на нервы.       Я в очередной раз передвинулась ближе к подлокотнику дивана подальше от солнца, которое стремилось выжечь мне глаза, и перелистнула страницу. Тишину в квартире нарушал только приглушённый звук твоего голоса из соседней комнаты. Ты постоянно говорил, что надо улучшить звукоизоляцию, но мне так было даже спокойней. Иногда я специально замирала и прислушивалась, улавливая отдельные фразы, которые становились забавными вне контекста.       Мы собирались покататься на велосипедах в парке, но вчера был трудный день, и я решила не будить тебя после третьего по счету сигнала будильника. В итоге ты подорвался час спустя и, матерясь на чем свет стоит, убежал в комнату работать.       Я надеялась, что ты проведешь там два-три часа как обычно. Но ты выбежал из комнаты, чтобы схватить со стола пару бутербродов и убежать обратно, чмокнул меня в висок со словами, что тебе снова написали ребята по проекту, и ты будешь сегодня работать весь день.       За стеной снова раздался твой приглушённый возглас, который прогнал все грустные мысли и вызвал невольную улыбку.       Я отложила книгу и начала разгребать диванные подушки в поисках телефона, когда в твоей комнате хлопнула дверь, и послышался щелчок двери туалета. Спустя минуту скрипнула дверь ванной и зашумела вода. Я встала с дивана и прокралась в коридор. Дверь ванной была приоткрыта, и луч света тонкой линией освещал плитку на полу.       Стараясь как можно меньше шуметь, я на цыпочках прокралась к двери и заглянула внутрь. Ты стоял спиной ко мне у раковины и мыл руки, тихонько мурлыкая что-то себе под нос.       Я улыбнулась и, присев на корточки, аккуратно прошмыгнула внутрь, чтобы ты не увидел меня в зеркале над раковиной. Подкравшись вплотную, я резко встала, обхватывая тебя руками за торс.       Реакция была незамедлительной. Ты тихонько вскрикнул и, дернувшись, облил себя водой. После чего раздалось возмущенное: – Господи Боже, я так испугался! Какого хрена?       Меня начал душить смех, и я уткнулась лбом тебе в плечо. – Алло! Ты решила меня до инфаркта довести?       Ты выключил воду и теперь просто замер, опираясь мокрыми руками о края раковины. Я потерлась носом о твою футболку, вдыхая родной запах, но продолжала хранить молчание. – Отпусти.       Я невольно подняла голову, чтобы встретиться с твоим взглядом в отражении зеркала. Лицо было пугающе серьёзным. – Почему?       Под моим удивлённым взглядом твои губы растянулись в лёгкой улыбке. – Чтобы я мог развернуться и тоже тебя обнять, а то как-то не честно получается.       Я уже хотела послушно выпустить тебя из объятий, но в голову пришла одна мысль. – У тебя руки мокрые.       В мгновение ока твоя улыбка стала очень хитрой, а на щеках появились очаровательные ямочки. – На то и расчёт.       Последнее, что я успела сделать перед тем, как бросится наутёк, это чмокнуть тебя за ухом.       Я вылетела из ванной, скользя ногами по плитке, и бросилась в спальню, позади себя слыша, как ты со злодейским хохотом бежишь за мной. Мокрая рука сомкнулась на моём локте ещё в дверях комнаты, потому что ты явно был быстрее и, в отличие от меня, не забивал на ежедневные пробежки. Я взвизгнула, вырвала руку и бросилась к окну. Однако уже через пару шагов была сбита с ног, и мы вместе повалились на кровать, хохоча. Возня продолжалась ещё какое-то время, пока ты не прижал меня к матрасу, закинув мои руки за голову и, без особого труда, удерживал их одной своей, пока второй пытался дотянуться до оголённых участков кожи из-за задравшейся на моем животе футболки.       Я в последний раз издала жалобный писк, когда холодная мокрая рука все-таки коснулась оголенного места, после чего я приняла поражение и покорно затихла, не переставая разглядывать тебя. Твоё дыхание немного сбилось, футболка съехала на один бок, а вьющиеся тёмно-каштановые волосы, которые и так большую часть времени находились в художественном беспорядке, превратились в воронье гнездо.       Ты хмыкнул, осознавая, что я решила сдаться, убрал руку от живота и потянулся вверх к моему лицу. Я снова тихонько пискнула и зажмурилась. Неожиданно хватка на руках ослабла, а щёк коснулись всё ещё немного влажные и холодные ладони. Я рискнула открыть один глаз, чтобы увидеть, как ты внимательно разглядываешь меня с расстояния всего в несколько сантиметров. Вокруг карих глаз пробегала тоненькая сеть морщинок, появляющихся от искренней улыбки, а ямочки на щеках всё так же манили меня поцеловать каждую из них. – Бунт подавлен, вражеский диверсант полностью капитулировал и находится в полном нашем распоряжении, - гордо изрёк ты и чмокнул меня в нос, после чего опять немного отстранился. – Это что была за диверсия? – Ты первый устроил диверсию. Это всего лишь был ответный удар.       Ты удивлённо вздернул бровь и выпрямился. Меня всегда радовало твоё живое и искреннее проявление эмоций, которые читались даже без слов. – О чем ты? – Выходной. Парк. Велосипеды. Припоминаешь?       На твоём лице отразился весть спектр эмоций, после чего ты с протяжным "бля-я-я-я" уткнулся лицом мне в ключицу. – Я совсем забыл, прости, – донёсся неразборчивый бубнёж, приглушённый моей футболкой.       Я запустила пальцы в твои растрёпанные волосы, то ли стараясь их хоть немного расчесать, то ли запутывая ещё больше, но безусловно наслаждаясь процессом. Я уже не злилась на тебя. У меня никогда не получалось долго это делать. Обычно, стоило тебе обезоруживающе улыбнуться, сдвинуть брови домиком или отпустить глупую, но всё-таки смешную шутку, как я тут же оттаивала.       Ты поднял голову и упёрся подбородком мне в солнечное сплетение, подставляясь под ласку как довольный кот. – Прости, но мне, правда, нужно закончить проект, пока у нас появились свежие неплохие идеи, и пока мы все плюс-минус свободны.       Я промолчала, продолжая пропускать твои тёмные кудри сквозь пальцы. По всей видимости, у тебя от напряжения в попытках не раздавить меня своим весом, затекла спина, и ты, поморщившись, начал выпрямляться. Однако я не планировала так просто отпускать свою добычу.       Я обхватила тебя ногами за пояс, а руками за шею, отчего ты ойкнул и мы снова повалились на кровать. – Ты что творишь, женщина?! – Просто пытаюсь согреться, потому что кое-кто, не будем показывать пальцем, недавно намочил мою одежду и облапал меня холодными руками.       Ты обречённо выдохнул, подхватил меня под спину и всё-таки принял сидячее положение. Я только усилила захват. – И что мне с этим делать? – Ну, тут два варианта. Либо ты остаёшься и помогаешь мне согреться, либо идешь работать и оставляешь меня на произвол судьбы.       Ты закатил глаза и поерзал, устраиваясь поудобнее. – Мне надо работать. Но я не хочу, чтобы ты замёрзла здесь в одиночестве. И что мне делать? Что за загадки в стиле: "Есть два стула... "?       Я ухмыльнулась, поглаживая твою спину одной рукой. – Ты можешь совместить приятное с полезным. – Как? – Иди работать так. Обещаю, я слезу, как только согреюсь.       Карие глаза шокировано расширились. – Боюсь, парни не поймут. Да и потом мне ещё снимать надо. А это будет уже контент для оранжевого ютуба.       Я пыталась держаться до последнего, но у тебя было такое растерянное выражение лица, что я невольно рассмеялась и поцеловала появившуюся между бровей морщинку. – Господи, расслабься. Я же несерьёзно, хотя, признаюсь, звучит весьма многообещающе.       Затем я сделала то, что хотела уже довольно давно. По очереди поцеловала очаровательные ямочки снова появившиеся на твоих щеках. – Иди, работать, трудоголик. Я приготовлю на ужин что-нибудь вкусное.       Я так резко расцепила руки, что непременно свалилась бы на кровать, если бы ты не придержал меня за спину. – Ты лу-у-у-у-учшая! - почти пропел ты, помогая мне слезть и вставая. – Признайся, тебя соблазнила исключительно перспектива вкусно покушать? - поинтересовалась я, ложась на живот и начиная болтать ногами.       Ты изобразил оскорблённую невинность, но всё-таки присел на корточки, чтобы наши лица оказались на одном уровне. – Это было первым условием, когда мы съезжались. – Что-то я не помню таких условий.       Ты звонко рассмеялся, а затем быстро поцеловал меня. – Люблю тебя, – шепнул ты мне в самые губы, прежде чем вскочить на ноги и бодрым шагом направиться к двери. У самого выхода ты обернулся и с хитрой физиономией бросил: – Хотя вкусную еду я всё-таки люблю чуточку больше. – Иди уже, а!       Брошенная мной подушка ударилась о закрытую дверь. Я фыркнула, перевернулась на спину, и блаженно раскинула руки.       В другой комнате меня ждала недочитанная книжка, взятая по совету подруги, и сотня сообщений от неё же с вопросами, понравилось ли мне.       В холодильнике было всё необходимое для твоей любимой лазаньи.       Я улыбнулась своим мыслям.       Возможно, этот выходной ещё можно было спасти.