LOOK ON MY WORKS

Покинув банду, доселе считавшую меня, по их деревенской наивности, частью их жалкой семейки, состоящей из: надменного Датча и его прихвостней - хворых и убогих простофиль, придурка Джона, который лишь притворяется мужчиной и прочей рвани, чья компания мне до зубного скрипа осточертела. Также мне претит ноша ответственности за жизни всяких старух и потаскух в этом захиревшем подобии лагеря у обрыва. Все вместе они больше походили на бродячий цирк, нежели на банду, потому я и мчался всё дальше и дальше от этой безнравственной своры аборигенов, пока не услышал девичий плач и грязную ругань в лесу. Я направился туда, откуда доносились вопли. Чернокожая рабыня, навьюченная на круп скакуна какого-то мерзкого типа в чёрной дырявой маске и затёртом до дыр комбинезоне, мычала и ревела через сильно затянутый между зубами кусок ткани. Завидев меня - прямо храброго рыцаря, с напомаженными усами и баками, над которыми гнули спину лучшие барберы в Сен-Дени, в накрахмаленной французской рубашке с изысканными манжетами, в тиснёном кожаном жилете и вельветовых штанах, гордо восседая на ухоженном сизом венгерце, вдруг огонь надежды в глазах её разжёгся ярким пламенем, укрощая дикие тёмные леса - тучи разошлись перед солнечным светом, проникшем затем в дремучий лес сквозь толстые и частые ветви исполинских деревьев, растворяя густой туман. Сама тьма, царствующая в этих лесах целую вечность, в мгновение расступилась перед душевным порывом откликнуться на отчаянные мольбы и спасти несчастную душу, ибо никто не в силах помешать благородному сердцу в этот роковой миг. Местами ржавый Марлин с засохшей грязью и треснутым прикладом, вероятно, от попадания пули, был наготове и лежал в грубой, волосатой руке негодяя, что уволок негритянку против её воли. Его вспотевшая розовая ладонь предательски соскальзывала с сырого дерева винтовки, пока мой немец смиренно лежал в кобуре и ждал возможности проявить себя лучшим образом в подходящий момент. Я следил за глазами и движением плеч безжалостного пленителя. Его взор буравил мне прямо над правым глазом. Ловко поддавшись назад и влево, как можно дальше от намеченной мерзавцем точки на моём драгоценном черепе и успешно уклонившись от небрежного и откровенно дилетантского выстрела, я лишь пожертвовал правым уголком тульи своей шляпы. Для него настало время взвести затвор, лишившийся плавности хода из-за ржавчины и смытой грязью оружейной смазки, а я тут же выхватил свой наполированный, тщательно смазанный Маузер с гравировкой "Десперадо" и ловко расправился с ублюдком, всадив заранее надрезанную пулю меж его густых бровей. С широкой улыбкой, которую подчеркивали мои напомаженные усы, я поднял с земли свою уже зияющую от свежего и единственного прострела шляпу "Невада", найденную в ущелье за водопадом. Удачу она дарует. Несчастье другим сулит. Я неспешно подходил к скакуну ныне мёртвого бандита, чьи сальные неухоженные волосы поблёскивали на солнце, - к рыжей андалузской кобыле, нетерпеливо переминающейся на месте, дабы вызволить коротко стриженную темнокожую даму. Не успел я подойти, как был усыпал благословлениями, комплиментами и благодарностями за чудесное спасение. Но умысел мой касательно молодого чёрного тела хранился в тайне и от меня самого. Молча отнеся худощавую негритянку, я навьючил её на свою лошадь и увёз на болота Блюуотер. Ни единого всхлипа не услышал лес. Ни слезинки не впитал песок пустыни. Прерии - и те стыдливо укрылись пылью дорог, что усердно вздыбил своими мощными копытами мой венгерец, не желая быть причастными к мрачному делу. Обнаружено изуродованное, разбухшее тело, облюбованное мухами и потерявшее людской облик, в смрадной выгребной яме сырого сортира без крыши за бесхозным покосившимся домом на болотах. К двери прибита записка: "LOOK ON MY WORKS".