Шарик

В одном обычном сером городе, коих тьма в этом мире жила женщин Ч. Была она до того непримечательной и обычной, что даже соседи или коллеги не приметили бы её в толпе, среди кучи точно таких же серых людей. Каждый миг её жизни был непримечательным и обычным. Каждое утро она вставала ровно в 7 утра по звонку самого обычного будильника. Пила чай на кухне, как делает множество других людей, причесывала волосы, всегда собирая их в ту причёску, которую с легкой руки некоторых личностей окрестили мышиным хвостиком. Надевала ежедневно одно и то же платье серого цвета и всегда являлась на работу ровно к восьми утра. Никогда не опаздывая, но и никогда не приходя раньше. Работала она как все. На самой простой работе, на такой должности, что никто и не помнил, для чего она нужна. Рабочий день проводила монотонно печатая, заполняя какие-то документы, что-то переписывая и каждый месяц сдавала структурированные отчеты, написанные аккуратным разборчивым почерком. В обеденный перерыв пила самый обычный крепкий кофе из кофемашины, в который никогда не добавляла ни сахара, ни даже молока и съедала три бутерброда с сыром и без масла из столовой предприятия на котором работала. Жила в самой обычной квартире, коих огромное количество на просторах нашей огромной вселенной. Каждый вечер, приходя домой, она варила себе макароны одной и той же марки, годами по одному и тому же рецепту. Пила все тот же чай. После, включала телевизор и смотрела какое-то шоу, где наблюдала за нелепой дружбой, глупыми признаниями в любви и прочим ребячеством. Ровно в 12 ночи она выключала телевизор и ложилась спать. Спала она спокойным сном без сновидений. Она никогда не использовала макияж, никогда не меняла причёску. Имела три абсолютно одинаковых платья на работу и старый, выцветший домашний костюм. Не имела она даже одного праздничного платья, так как никогда не появлялась ни на одном празднике. Впрочем, её отсутствия никто не замечал. Все свыклись с её «обычностью» и принимали за старый предмет интерьера, который несёт третьестепенную функцию, вроде ковра, который висит на стене лишь с той целью, чтобы прикрыть дыру на обоях её самой обыкновенной квартиры. Она редко плакала и никогда не смеялась, считая это уделом детей и инфантильных глупцов. То утро имело обычное начало. Стояла осень, в самом обычном сером городе шёл самый обыкновенный дождь, коими полно это время года. Её неприметное пальто мышиного цвета никак не выделялось из толпы. Такого же серого и унылого потока самых обычных людей. Она шла, разбрызгивая лужи, как корабль распрыскивает морскую воду, когда на его Родине началась война и теперь он, не имея возможности вернутся, без цели и смысла бороздит просторы мирового океана. И тут, среди всего этого серого мирка, окутанного выхлопными газами автомобилей, дымом из труб завода и серой массой людей, лишённых мыслей, чувств и эмоций, ей под ноги падает воздушный шарик. Ярко-красная резина с жёлтыми полосками и нарисованным маркёром лицом приземлилась аккурат у её чёрного сапога. Шарик попытался взлететь, но, видно гелий в нем уже закончился, и он беспомощно бился у земли. На другой стороне дороги стояла девочка. Это она упустила шарик. Сейчас она беспомощно озиралась по сторонам, в попытках найти его. Наконец, ее взгляд остановился. Увидела. Она беспокойно начала рассматривать бездушную реку машин, думая, как же ей перейти дорогу. Женщина на минутку замешкалась, задумавшись о том, чтобы вернуть шарик девочке, но уже через секунду поток едва не сбил её с ног и серые люди вновь неслись вперёд. И она была среди них. Ногой пнула что было мочи шарик и он улетел прямо под колёса чьего-то новенького БМВ. И от него осталась лишь кучка обрывков раскиданных по всей дороге. На той стороне плакала девочка, и слёзы застилали её голубые глаза, превращая их в два больших озера, с кристально чистой водой. Ни один прохожий не остановился, чтобы поинтересоваться, что же случилось у маленькой несчастной девочки, одиноко стоящей у дороги. И даже её родная мать (к слову, тоже самая обычная женщина) равнодушно стояла рядом, не утешая дочь. Эта пока ещё невинная и чистая душа плакала от боли, от потери, быть может, единственного друга в этом холодном и жестком мире. Это был первый урок жестокости, который она получила. Но наша героиня ничего этого не слышала. Она вновь мчалась в потоке и в голове её крутились все те уроки жестокости и безразличия, что она прекрасно усвоила за свою жизнь и повторить которые её заставили сегодня. И все в этом мире пошло само собой. Женщина жила, состарилась и однажды (впервые в жизни!) не явилась на работу вовремя. Её отсутствие заметили только под конец дня, когда она не принесла свой отчёт, написанный аккуратным и разборчивым почерком начальнику. Никто не переживал о ней, никого не смутило её отсутствие. Когда она не явилась и на следующий день, на её место просто взяли другую девушку. Девушку, чьи голубые глаза походили на два заледеневших озера. Которая, также пила кофе с бутербродами в обед, ела макароны известной фирмы на ужин и писала отчеты красивым аккуратным почерком. Шестерёнки сменились, но механизм продолжал работать, толкая мир всё в большую и большую пропасть.