Часть 1

Кэйла всегда любила родную деревню Glenoe и красивый водопад, скрывающийся в лесу среди дубов и вязов. Она обожала изумрудные холмы, между которыми ветвятся русла рек. Выйдя на рассвете на крыльцо, залюбовалась опушкой леса. Сегодня она постарается закрыть магазинчик пораньше и сводит Айрис на прогулку — посмотреть водопад. Лето — удивительное время года! За два часа до полуночи еще светло и не успеешь положить голову на подушку, как в окно стучатся первые утренние лучи. Зыбкая прохлада утра вместе с розовеющим небом целуют в лоб: воздух — холодный изумруд —  доносит пение птиц. Летний воздух можно пить, и Кэйла ощущала первобытную энергию земли, травы и деревьев. Порывисто трогает ветер с моря верхушки яблонь и улетает в лес, к мачтовым соснам. Снова возвращается и из покрытых утренним сумраком низин доносит острую свежесть хвои, прелую теплоту древесины и дубовых листьев. Кэйла пьянела от этого запаха лесного, чистого, земного, теплого… Каждый лист на яблонях в саду медленно колышется, он прозрачно-зелен и блестит в солнечных лучах. Каждый холм, каждый дом, каждое дерево —  стоящее в саду или растущее на опушке — еще укрыто туманом. В том, что больше всего Кэйла любит лето, она  призналась себе давно. Лишь бы лето не проходило так быстро… Сейчас не время думать об осени и зиме. В саду распустились милые лиловые ромашки. Простенькие цветы, посеянные Кэйлой еще прошлой весной, сегодня заполнили все пространство перед домом зелено-лиловым ковром с желтыми сердечками тычинок. Вчера в гости приехала маленькая племянница. Младшая сестра Нора привезла шестилетнюю Айрин на две недели, пока они с мужем отправятся нырять с аквалангом в Австралию. Кэйла с удовольствием встретила девочку. Она любила проводить время с племянницей, но сама никогда не желала обзавестись мужем и детьми. В семье Кэйлу считали чудаковатой — с молодости она изучала легенды Ирландии, гэлов, кельтов и магию друидов. Сейчас Кэйла делала амулеты, талисманы и обереги. Тридцатого апреля, в день Бельтайн, она устраивала празднество и на него приезжали гости и туристы со всей Ирландии и даже из Англии и Франции. Кэйла наслаждалась утренним временем. В ее деревне оно приходило с туманом в низинах, гулкими звуками с далекой автострады и водянисто-прозрачным воздухом лесистых холмов. — Тетя Кэлл? — на крыльце стояла заспанная Айрин в пижаме с забавной мордочкой панды спереди. — Уже проснулась? — улыбнулась Кэйла. — Умывайся, а я пока напеку блинчиков. — Можно мне погулять немного в саду? — Айрин смешно почесала кончик носа. — Да, тыковка. Только не выходи никуда. И собери букетик маргариток — мы поставим его вазу и завтракать будет намного веселее. — Хорошо, — серьезно ответила девчушка. Кэйла вернулась в дом и налила в чашу миксера молоко, потом разбила несколько яиц, теперь нужно отмерить муку. Миксер зашумел, отрезая тихие звуки деревенского утра. Она поставила на плиту сковороду, когда услышала, что входная дверь распахнулась. — Тетя Кэлл, тетя Кэлл, на заднем дворе спит маленький олененок. Пойдем скорее. Он такой милашка! — Айрин ворвалась на кухню крошечным вихрем. — Чудеса. Как он попал в сад? — удивилась Кэйла и выключила конфорку. Она поняла, что произошло, когда обогнула дом следом за племянницей. Старая щеколда на задней калитке давно разболталась и сейчас висела на проржавевшем гвозде. Дом стоит на отшибе, тут всегда тихо, и опушка леса находится всего в ста ярдах. Олененок мог легко забрести с сад ночью и уснуть в лиловых ромашках. — Осторожно, тыковка. Мы можем его напугать. Давай лучше присядем, и я расскажу тебе одну легенду, — прошептала Кэйла и положила руку на плечо девчушки.  Они осторожно опустились на садовый диван. Айрин смотрела на спящего олененка, округлив в удивлении глаза. — Слушай, — наклонив голову к племяннице, начала Кэйла. — Жил в дохристианские Финн Маккул, и возглавлял он дружину воинов-фениев. Они были сильны, храбры и неистовы в сражениях. Фениев мог призвать на службу король, но даже он опасался их силы и мощи. Финн Маккул держал лучших гончих во всей Ирландии и очень любил охоту. — Он убивал бедных зверушек? — казалось Айрин вот-вот расплачется. — Это происходило в древние времена, тогда была совершенно иная жизнь. У людей была другая система ценностей. Многие добывали на охоте еду. А такие, как Финн Маккул, часто охотились для своего удовольствия, — Кэйла посчитала, что племянница достаточно подросла, чтобы понять ее объяснения. — Хорошо, тетя. Думаю, я тебя поняла… — ответила тихонько девчушка. Кэйла удовлетворенно кивнула, погладила племянницу по голове и продолжила рассказ: — Однажды Финн отправился на охоту, когда перед ним, в лесной чаще, вдруг предстал красивый олененок. И тут, место того, чтобы бросится на зверя, гончие Маккула, Бран и Скеоланг, сначала замерли, как вкопанные, а потом приблизились к болшеглазому олененку и начали лизать его морду и шею. Финн был поражен и дал команду закончить охоту. Он с другими фениями и гончими направились обратно к замку. Олененок пошел за ними следом. У самых ворот крепости превратился в прекрасную деву. Она сказала, что ее зовут Сабд и объяснила Финну и его изумленным соратникам, что ее превратил в оленя друид Фер Доирих Темный. Могущественный жрец так отомстил красавице, отвергшей его ухаживания. Девушку пожалели фейри и рассказали, что если Финн возьмет ее под свою защиту, то чары утратят силу, и  она рискнула предстать перед ним на охоте. Пораженный рыжими кудрями и и голубыми глазами Сабд Финн Маккул полюбил девушку, и вскоре они сыграли шумную свадьбу. Но через год случилась беда. Однажды, когда Финн снова отправился на охоту, Фер Доирих похитил Садб и увез ее в неизвестность. К тому моменту она уже была беременна, но Финн об этом не знал. Семь лет Финн тщетно искал пропавшую жену, прежде чем его верные гончие на нашли в чаще красивого маленького мальчика, его сына. Малыш рассказал, что его воспитали олени и он тоже искал мать, но не нашел. Даже фейри не сумели помоыь. К сожалению, он немногое смог рассказать отцу о своем детстве. Отец дал ему имя Ойсин, что означает «олененок». Со временем Ойсин стал величайшим певцом и воителем фианны — но Сабд они с отцом так и не нашли. Кэйла замолчала и посмотрела на спящего среди лиловых ромашек олененка. Сквозь крону старой яблони, под которой он заснул, уже просочились солнечные лучи. Блики смешались с белыми пятнышками на рыжеватой шерсти. Утро вступало в свои права. — Ты думаешь — этот олененок тоже заколдован злым друидом? — осторожно спросила Айрин. — Нет. Посмотри вон туда, — Кэйла указала рукой на опушку леса. Она давно заметила, что там стоит олениха. — Это его мама? — Да. Пожалуй, нам надо отойти подальше, — ответила Кэйла и взяла Айрин за руку. Оно спрятались за угол дома. Присели на корточки и осторожно выглянули. Олениха настороженно пряла ушами и вдруг издала громкий звук, одновременно похожий на рев и крик. Айрис взюрогнула и Кэйла успокаивающе погладила девчушку по волосам. Олененок поднял голову и заозирался вокруг круглыми карими глазами. Мать снова позвала детеныша. Олененок вскочил и поскакал в сторону приоткрытой калитки. Вскоре животные скрылись в лесу. — Видишь, тыковка, все закончилось хорошо. Пошли в дом — поможешь мне с оладушками. Довольная Айрис побежала на кухню и уселась за стол в ожидании распоряжений тети. Стоя на пороге, Кэйла улыбнулась наступающему дню. У нее найдется много старинных легенд для Айрин, и они весело и с пользой проведут эти две недели.