Стеклянный дождь

      Он бегло оглядел девушку и снова остановился на больших зелёных глазах, которые смотрели на него с ничуть не скрываемым удивлением. Она медленно и редко моргала, а на лице её появилась легкая улыбка.       Рейчел была всё та же. Кожа её совсем немного загорела и на вид казалась будто матовой. Тонкие пальцы касались стойки и еле слышно тарабанили по ней. Лёгкая льняная рубашка была накинута поверх белой майки, а снизу виднелись её классические светлые джинсы и кроссовки.       Её ключицы сильно выступали и были видны как никогда прежде, чем приковывали внимание парня, а губы были опять искусаны. Кажется, Стив успел заметить каждую мелочь за эти несколько секунд, что молча смотрел на неё.       — Вау, — наконец сказала она.       Спокойно, и всё так же едва улыбаясь. Она осматривала его форму, бегая глазами по телу парня, и улыбка на лице расширялась всё больше.       — Тебе идёт форма, Стив, — говорит девушка и вскидывает бровью.       — Мне вот кажется, что явный перебор с морской тематикой, — отвечает парень и натягивает на лице ухмылку. — Я думал, что ты в Сент-Луис.       — Вчера приехали, — вмешалась Нора и положила подбородок на плечо Рейчел. — Рейчи соскучилась по дому и друзьям, и я тоже.       — Да, мы решили сделать сюрприз и приехать раньше. Только Джонатан знал.       Стив неловко скривился и кивнул головой.       — Я рад, что вы, девушки, вернулись, — подытожил парень и кинул дружественную улыбку Элеоноре.       — Ох, кого это я вижу? — резко отвлеклась блондинка на подошедшую к стойке Бакли. — Это кафе-мороженное нравится мне куда больше. Посмотри-ка, кто здесь работает.       — Робин, — кивнула Рейчел с улыбкой.       — Привет, Рейч, — улыбнулась в ответ ей девушка за стойкой.       — Вы знаете друг друга? — нахмурив брови спросил Стив.       — Мы в классе литературы вместе, — пояснила Элеонора. — Более чем знакомы.       — Что я могу тебе предложить, Нора? — спросила Робин и поиграла бровями.       Блондинка шмыгнула к витрине с мороженым и горящими глазами начала рассматривать ассортимент, временами задавая Робин вопросы о вкусе и возможном сочетании.       Стив снова перевёл взгляд на Рейчел и сглотнул. Она так же непроизвольно постукивала тонкими пальцами по стойке и наблюдала за подругой. Девушка была собрана и источала неподдельное спокойствие и уют. Она размеренно дышала, и губы её плавно расползались в улыбке.       — Так, — начал Стив и привлёк её внимание к себе. — А что ты мне позволишь тебе предложить? Есть клубничное, сливочное, шоколадное, банановое и манговое из относительной классики.       — Не люблю мороженое, — она отрицательно помахала головой и сложила руки на груди. — Я тут исключительно из-за Норы. Но можешь удовлетворить мой интерес и рассказать, как так вышло, что ты работаешь здесь.       — Как сказать, — он почесал затылок. — Это было на правах эксперимента в июне, но сейчас уже июль и я всё ещё тут, так что можно считать, что это официальное заявление о моём искреннем желании здесь работать. Плюс с Робин мы, кажется, сработались.       — Вздор, не слушай его, — прервала их Робин, не переводя взгляд на ребят.       — Она скромничает, — отмахнулся Стив.       — Всё, что ты делаешь каждый день, это флирт с девушками и попытка уйти вечером хоть с одной из них, — съязвила Робин и снова отвернулась к Элеоноре.       В планы Стива явно не входило оповещение Рейчел о его летних похождениях, и его напряжённый от этого взгляд было сложно скрыть за завесой улыбки.       Рейчел вздохнула, не отводя от него глаза, и уголки губ снова потянулись вверх.       — И как успехи?       Теперь её голос был той едкой нотой в его голове. Она смотрела уверенно и скулы её немного сокращались. Подбородок был гордо поднят вверх, а одна бровь слегка вздёрнута.       — Это всё забавы ради, — отшутился Стив. — Потешить самолюбие, да и только.        — Всё играешь с сердцами девушек, Харрингтон, — сказала Рейчел, состроив гримасу. — Жестоко. Когда последний раз с твоим сердцем играли? Тяжело, поди, вспомнить?       Стив покачал головой, не отрывая от неё глаз, и натянул ухмылку.       — Как же не вспомнить. Декабрь одна тысяча девятьсот восемьдесят четвёртого, вечер пятницы. Одна дамочка сказала мне не совсем лестные слова и разбила мне сердце. Было больно, чего уж лукавить.       Рейчел усмехнулась и скинула брови в кучу.       — Помнится, Нора подарила тебе пачку пластырей. Должно помочь при разбитом сердце.       В кафе снова повисла тишина. Он продолжал смотреть на неё, не отрываясь. Слова эти прозвучали резко и уверенно, с должным количеством яда в них, но в её зелёных глазах он видел будто что-то совсем иное. Она могла скрывать всё что угодно, но взгляд выдавал Рейчел.       Нора бегло оглядывала ребят, сжав губы. Она потянулась к форме с банановым сплитом и притянула его к себе, раскраивая тишь помещения глухим звуком картонной коробки, ползущей по стойке.       — Вот и славно! — громко воскликнула Элеонора. — Я рада была всех видеть. Робин, — она обратилась к Бакли и широко улыбнулась. — мороженое чудесное, не ела ничего вкуснее. И тебе, Стив, до встречи.       — Удачи, — Рейчел опять оглядела его, еле слышно выдохнув. — капитан.       Последнее слово она произнесла с усмешкой и какой-то непонятной каплей раздражения наряду со смирением.       Он смотрел за её уходящим силуэтом, который вскоре скрылся за дверью, и непроизвольно сжимал в руке фирменную шапку. Косточки на руке обтянулись кожей, и тонкие синие вены выступили на тыльной стороне его кисти.       — А вот это уже было интересно, — прервала его мысли Робин.       — Ты о чём? — нахмурился Стив.       — Не прикидывайся, Харрингтон, — она сложила руки на груди, и победная улыбка украсила лицо девушки. — Как мальчишка вёл себя.       — Что ты несёшь? — усмехнулся парень и поправил волосы под головным убором. — Рейчел за пример не считается. Покажу мастер-класс обольщения на следующей клиентке.       Робин с улыбкой кивнула.       — Конечно, не пример. Она то, про что я и говорила, — сказала Бакли и похлопала парня по плечу перед тем, как скрыться в служебном помещении. — То, что ты на самом деле хочешь.

***

      Небо затянуло серыми тучками, и солнце спряталось за них, настойчиво пытаясь пробить хоть мельчайший лучик сквозь завесу облачных элементов. Воздух моментально стал влажным и душным, а листочки на деревьях слабо покачивались от появившегося ветерка.       Недалеко от главного шоссе Хоукинса, по правой его стороне, отходила небольшая тропинка из замшелого камня и щебёнки. Тропа эта давно поросла травой, и первое время жители города пытались её расчищать на благотворительных началах, но вскоре она позабылась и самому последнему энтузиасту, а потому заросли эти доходили до высоты колена среднестатистической женщины лет тридцати отроду. Она простиралась на расстояние около километров двух в длину, и местами сильно извиливала кривыми зигзагами из стороны в сторону.       Иногда по краям её произрастала полынь, которая агрессивно выкорчёвывала поросшие валуны в земле. А осенью или ранней зимой там зацветали дорожки сиреневых крокусов и смущённо склонялись к земле.       В метрах пятисот от начала пути начинался лес. Высоченные секвоядендроны огибали тропу и кронами своими препятствовали попаданию лучей солнца на дорогу, но самые ушлые лучики всё равно находили слабое место и аккуратной каплей падали на землю. Дорога эта вела к небольшому полю средь ветвистого леса красного дуба. Там стоял небольшой стол, который порядком истрепался, и краска на нём изошла корочками, словно магма, а на удалении где-то в метров сто стояли самодельные мишени.       Стрела прилетела ровно в третий круг, чуть левее центра.       Девушка напряжённо выдохнула и опустила лук.       — Что-то стряслось? — спросил парень, стоящий сбоку.       Он провёл рукой по стреле и передал подруге.       — Всё в порядке, — сухо ответила Рейчел и выстрелила ещё раз. Резко и быстро, сжав в руках лук.       — Ещё немного и ты выжмешь из него сок, — Джонатан кивнул в сторону рук девушки, которые крепко сжимали оружие.       Она передала лук парню и потёрла красные от сдавливания орудия пятна на ладонях.       — Дурацкое занятие.       — Потому что ты ни разу и близко с целью не попала за сегодня, — Байерс натянул стрелу и выпустил её, пробив центр мишени. — Ты рассеяна.       Девушка недовольно фыркнула и открыла жестяную банку с газировкой, громко щёлкнув ей.       — Ты помнишь, что я сказала тебе в день, когда мы встретились в первый раз? — начала она вдруг, встревоженно посмотрев на него.       — Ну, — задумался Джонатан. — В день нашей самой первой встречи, когда я заехал за Уиллом к вам домой, ты раздражённо посмотрела на меня и показательно отвернулась.       — Забудем это. В другой день. В день, когда я впервые заговорила с тобой.       — Дай вспомнить, — сказал Байерс, постукивая пальцем по луку. — Ага! Ты подошла ко мне в коридоре школы, когда я расклеивал листовки о пропаже Уилла, и спросила, не нужна ли мне помощь, — Джонатан улыбнулся. — Да, это то самое.       — Так, меняем условия. На второй день после этого.       Парень пожал плечами и взял банку газировки, которую ему передала девушка.       — Я сказала, что не собираюсь заводить здесь друзей. Я была сфокусирована на себе и своих достижениях. Я избегала эти чёртовы курсы и факультативы, к которым меня так упорно пытались склонить, а я продолжала всем напоминать, что я здесь не для того, чтобы заводить связи и укреплять их. Что произошло с того момента? — она вопросительно посмотрела на друга и вскинула бровями. — Да, мы с тобой стали друзьями. Потом меня запрягли в эту богадельню. Не без твоей помощи, дорогой друг. А за этим моментом последовала встреча с Элеонорой. Что дальше? Дальше я подружилась с твоей девушкой, и Нэнси Уилер, — она особенно выделила её имя. — звонила мне чаще, чем ты, пока я была в Сент-Луисе. Я обзавелась младшей сестрой в лице рыжеволосой девчонки Харгроува, что в мои планы тоже не входило, а ещё в один прекрасный момент ты решил показать мне, что значит молчание, и пропал практически на неделю. И эта привязанность, которой ты меня успел наградить, свербела в груди с каждым не сказанным мне словом и каждой не поднятой трубкой телефона.       Рейчел забрала лук у Джонатана и взяла стрелу в руки, уверенно помещая её в нужном направлении.       — И в это время на горизонте вырисовался Стив Харрингтон, собственной персоной. И теперь нет и дня, кажется, чтобы я не встретила его. И мои чувства меняют полярность, я ощущаю это всем своим телом, — она натянула тетиву и отпустила стрелу, которая угодила точно в цель.       Рейчел медленно опустила руку с луком и глубоко вздохнула.       — Я хотела уехать из этого городка, а не укореняться в нём.       — Неужели твои планы касательно этого как-то изменились? — спросил Джонатан, понимающе посмотрев на неё.       Плечи девушки расслаблено пали вниз.       — Нет. Просто они будут выполнены не с должной им лёгкостью. К слову об этом, вы всё ещё думаете о Саут Бенд?       — Болл появился на примете. Там не высокие взносы и плата за семестр вполне приемлемая. Нэнси вот предлагает Стэнфорд.       — Стэнфорд отличный вариант. Принстон и Трин тоже рассмотреть можно.       — Куда собираешься подавать документы ты? — Джонатан присел на землю.       — Элеонора бредит Принстоном, который в Нью-Джерси. Вариант не самый плохой: есть химическая кафедра, отличные по расположению кампусы, интересная история основания и это не Индиана. Одно смущает: средний балл там начинается от восьми.       — Какой твой средний балл?       — Не восемь, — сухо ответила Рейчел.       — Ах да, тебе тяжело говорить о своих неудачах, — Байерс усмехнулся и отпил газировку из алюминиевой банки.       — Мне тяжело пробежать два километра финального семестрового забега на физическом воспитании, потому что после пятисот метров мои ноги подкашиваются и в глазах темнеет, а всё остальное мне просто не охота делать.       Ребят отвлек звук со спины, и фигура Нэнси выглянула из-за ветвистых деревьев. Она торопливо шла по тропинке, цокая невысокими каблуками по местами каменой плитке.       Девушка подняла руку ввысь, держа пару сэндвичей, и помахала ими в сторону.       — Ты как раз вовремя. Твой молодой человек уничтожает меня в стрельбе, — заявила Рейчел, как только Уилер подошла близко к ним. — Мы обсуждаем поступление и то, что я не в состоянии признавать свои неудачи. Присоединяйся.       — Я за Стэнфорд, — Нэнси повернулась к Джонатану и подняла брови в убеждающей манере. — Сколько ребят из Хоукинса пробивались в Стэнфорд? Не так ведь и много. Нельзя не попытать удачу. Тем более наш с тобой средний балл для поступления на журналистику почти дотягивает до проходящего. После подачи документов о летней работе в редакции нам добавят два с половиной балла, а это уже в сумме семь.       Рейчел участливо кивнула головой и подняла рюкзак с земли, запустив в него руку. Она начала хаотично водить ладонью по дну сумки, пытаясь нащупать мамины серые часы, чтобы посмотреть время.       — Взнос за семестр там куда выше того, на что я рассчитывал, — на заднем фоне отвечал Байерс в споре с Нэнси.       Рука, наконец, ухватилась за холодный предмет, и девушка вытянула наручные часы из рюкзака.       — Ох, черт, — выругалась Рейчел. — мне пора. Сегодня я и Нора решаем тесты с парой ребят из класса. Я обещала показать несколько заданий на примере. Мне нужно идти.       Она кинула часы обратно в рюкзак и накинула его на плечо. Девушка подняла лук и стрелу с земли, перетасовав их в руке, а потом передала Уилер, вежливо улыбнувшись.       — Постарайся не завести друзей по дороге! — крикнул Джонатан ей в след, чем вызвал её ухмылку, и вскоре она скрылась за ветвистой тропой леса.

***

      Блондинка сидела на пошарпанном стуле, медленно покачиваясь, и держала в руке листок бумаги, который местами просвечивал крохотные чёрные пятнышки от чернил.       Её чуть прищуренные глаза бегали по бумаге, рассматривая содержание текста, а губы иногда стискивались в одну тонкую линию от размышлений.       — Порядок, — Нора протянула работу парню напротив. — Но тренируй подчерк. Где-то твоя семёрка смахивает на единицу, а где-то совсем наоборот. Это может привести к спорным ситуациям при проверке, и не всегда сыграть в твою пользу.       Парень внимательно кивнул головой.       — И отрывай ручку от бумаги, когда думаешь. Чернила оставляют на листе пятнышки от неравномерно распределённого давления, а они просвечиваются и получаются кляксы. В остальном всё неплохо.       — Спасибо, Элеонор, — парень убрал лист в сумку и направился к выходу, махнув рукой Рейчел.       Беннет выдохнула и откинулась на спинку кресла.       — Почему некоторые произносят моё имя без «а» на конце? Вот уж мне невдомёк. Разные имена совсем, а они коверкают, как хотят.       — Не велика разница, — ответила Рейчел, вытирая доску.       — Мои родители сегодня устраивают званый ужин в честь помолвки моей тёти. И ведь не надоело же. Тётя выходила замуж уже четыре раза и всё без толку. Пятый такой ужин выдержать будет сложно. Не хочешь присоединиться? Всё будет ужасно неловко и странно, это я гарантирую.       — Нет, я пасс, — Рейчел бросила тряпку в сторону и поставила руки по бокам. — Нужно забрать господ Уилла и Дастина от Майка и развести по домам. С одним мне даже по пути домой.       — Эх, — кряхтя сказала Элеонора, поднимаясь со стула. — Придётся справляться с весельем самой. Ты как, идёшь?       — Иди без меня, — она упёрла одну руку в бок, а другой вытерла лоб. — Планирую немного убраться здесь. Я раскидывала всё по ящикам до тех пор, пока из них не начало всё вываливаться, и теперь настало время, кажется, распихать всё по своим местам. Задержусь немного.       Нора махнула рукой и неспешно вышла из аудитории, шарпая костлявыми ногами по гладким полам тёмных школьных коридоров, окропляемых тусклым жёлтым светом.       Рейчел осталась в кабинете одна. Девушка оглядела комнату и провела рукой по небольшой стойке у стены, собрав на пальце слой пыли, которая хлопьями разлетелась в воздухе. Рейчел скривилась и вытерла руку о джинсы.       Сперва она открыла старую дверцу тумбочки под шкафом и вытащила оттуда все книги, начав сортировать по размеру, чтобы книжонка побольше не сваливалась при одном неловком движении с книжонки поменьше. Потом перебрала склянки и приборы, протёрла пыльные бутылочки и проверила их целостность. Расставила их в ровную прямую на шкафу, специально отойдя на расстояние, чтобы увидеть это со стороны. Рейчел уверенно кивнула головой и теперь схватилась за бледно-жёлтую тряпочку, смочив её в воде.       Рука направилась прямиком к поверхности тумбочки, на которой остался пыльный след от пальца, и мокрая тряпка незамедлительно шлёпнулась на стол, придавив пыль. Девушка резво вытерла грязь со стола и перевернула тряпку другой стороной, повторив движение.       Спустя пару минут кабинет выглядел уже не так запущено, хотя большинство шкафов ещё кишели сваленными в кучу книгами и бумажками, которые ещё предстояло разобрать. Её слабая улыбка на лице сменилась нахмуренными бровями и склонённой набок головой.       На книжном шкафу наверху Рейчел заметила пошарпанную коробку со следами от скотча и прочими потёртостями.       — Я её туда не ставила, — пронеслось у Хендерсон в голове, и неумолимое желание спустить коробку заполнило сознание.       Она подошла к шкафу и протянула руку в попытке зацепить коробушку длинными пальцами, но мимо. Это заставило её насупиться, а великая лень тащить сюда табуретку пробубнила где-то внутри, чтобы Рейчел попыталась ухватить коробку ещё раз.       Так и вышло. Девушка с размахом стукнула коробку, которая издала странный бренчащий звук, и резво соскользнула в сторону со шкафа.       Содержимое оказалось не самым лёгким. Бренчащий звук предположительно исходил от стекляшек внутри. Рейчел от испуга попыталась ухватить коробку, которая на своём пути зацепила ещё пару-тройку склянок и теперь заняла щекотливое положение, когда любое действие девушки привело бы к разбитому стеклу.       Рейчел сморщилась, поднявшись на носочки, и изо всех сил держала коробку одной рукой, а другой пыталась дотянуться до склянки подобной декантеру, чтобы спасти её, но даже длины её пальцев не хватало.       — Давай-ка помогу, — прозвучал голос за её спиной.       Вдруг мужская рука схватила коробку и Рейчел смогла поймать сосуд.       Парень взял её в обе руки и поднял на высоту груди.       — Премного благодарна, — сказала она, неловко приподняв склянку.       — Грохот с аудитории сложно было не услышать, — ответил парень, усмехнувшись, — Правда, я не уверен, что мы знакомы.       — Не знакомы, — ответила она, выпрямившись, — Я бы предпочла и не знакомиться, но раз уж этого не избежать, — она протянула холодную руку в сторону мужчины напротив неё, — Рейчел.       Вытянутая ладонь сменила удивление на лице парня на ухмылку, будто приведя его в чувства от нелестного приветствия.       — Билли.

***

      Элеонора к этому моменту вышла из маленького супермаркета где-то в паре километров от дома. В руках она сжимала стеклянную бутылку виноградной газировки, которую купила себе на вечер, а во рту держала кекс, обёртку от которого запихивала в карман.       На улице моросил слабый дождик, и парочка прядей белоснежных волос намокли, а оттого налипли на её лицо по бокам.       Элеонора, наконец, запихнула обёртку в карман и свободной рукой смахнула волосы назад.       Белые кеды аккуратно оббегали лужи на пути к машине, и блондинка снова засунула руку в карман, рыща в поисках ключей, как кто-то окликнул её.       Девушка резко развернулась, оглядывая площадку, но никого не увидела. На улице не было ни души. Жёлтый фонарь ярко свисал над асфальтом, откидывая блики на влажную дорогу.       — Хоу? — негромко крикнула девушка, ожидая реакции, но в ответ тишина и тихо падающие капли дождя.       Нора нащупала ключи в кармане и достала их, как невнятный звук позади снова отвлёк её.       Это было похоже на мычание и очень громкий болезненный стон, исходящий от человека.       Она развернулась и уставилась на дрожащие кусты в паре сотен метров от неё и чуть поддалась вперёд, щурясь.       Бутылка с газировкой выскользнула из руки, с треском разбившись о землю. Осколки стекла разлетелись в разные стороны, а сладкая вода смешалась с дождём и грязью.       Яркие жёлтые глаза смотрели на девушку, медленно моргая. Рот человека напротив Элеоноры был слегка приоткрыт, а тонкие руки с пульсирующими на них венами свисали по бокам.       В Хоукинсе продолжал идти дождь, скрывая за собой лишний шум. Шёл не переставая, постепенно наращивая темп и обильность, а за каждой каплей, которая в эту ночь ударилась о землю, таился звук разбитой бутылки на площадке перед маленьким супермаркетом.