Нерадивый ученик

      Рейстлин, сидя в своей башне почти всегда один - не считая гиперактивный ком лести и руины в виде его ученика Даламара - иногда возвращался мыслями к недавно закончившемуся приключению. Возвращался он отнюдь не из-за каких-то нежных чувств или ностальгии, нет. Он думал о том времени исключительно в научных целях, в целях выудить что-то новое и полезное ему. Так последние недели две его занимала мысль о драконидах, а точнее об их способности обращаться, хоть и ненадолго, в камень. В этом было множество преимуществ, особенно если этот процесс сделать обратимым или направленным на врагов. Оба варианта звучали лучше, чем вдохновивший на все это оригинал - окаменение с дальнейшим рассыпанием в пыль после смерти.       Размышления об этом свойстве и возможности его использовать занимали мысли Рейстлина. Иногда он только и мог, что жить одной идеей, которая, возможно, поможет в будущем. Как только он понимал, что это дело пропащее - он бросал его, чтобы не тратить время в пустую, ведь у него была цель и эту цель нельзя было откладывать даже на день или два; его план был строен, точен и деликатен, в нем не было места ошибкам. Зато было место экспериментам.       У темного мага была возможность изучить природу драконидов, пока он был подле Такхезис, причем не только в теории, но и на практике. Его занимали эти организмы, ведь в них от драконов - величавых, благородных и справедливых существ - не осталось и следа. Они были ближе почти по всем признакам к каким-нибудь хобгоблинам.       Рейстлина передернуло от воспоминаний первой встречи с этими тварями. Какими же жалкими они ему казались - нескольких таких существ их группа из совершенно неподготовленных к командной работе вояк уничтожила почти без потерь, не считая одного быстро восстановленного идиота.       Рейстлин тихо заскрипел зубами, аккуратно смешивая порошки из двух ступок в третьей. Ещё чуть-чуть и у него получится, получится, получится!       Он решил, что лучше создать порошок, который он смог бы потом усилить заклинанием, и который бы превращал его врагов в камень - он так и не смог победить последствия этого состояния в виде превращения в пыль, так что такое решение для себя или кого-то, с кем его когда-нибудь судьба заставит работать, было не самым лучшим. Хотя никто не мешает так избавиться от кого-нибудь очень назойливого... Но тратить ради такой малой цели столько сил - расточительство богохульное.       Стараясь быть максимально сосредоточенным, Рейстлин зашагал к выходу, дабы спуститься из лаборатории в более просторные залы, в который было бы меньше ущерба.       Интересно, что ещё будет чувствовать враг вместе с этим эффектом окаменения? Будет ли ему больно, будет ли он вообще что-нибудь чувствовать, будет ли он лучше ощущать температуру, успеет ли он вообще что-нибудь сделать? Как жаль, что твари, которых Рейстлин призывал для разного рода работы и экспериментов, не могли дать ответ на эти вопросы - у них совсем другие мироощущения, да некоторых из них в принципе сложно заставить говорить. Промелькнула, конечно же, нехорошая мысль использовать кое-кого другого для этого эксперимента, но Рейстлин быстро отогнал её от себя - Даламар был ему полезен, хоть и редко. Да и на него были другие планы.       Раздумывая об этом, Рейстлин крутил в руках перед собой ступку с готовым порошком, не особо поглядывая вокруг себя - он знал, что в Башне кроме него где-то на нижних этажах Даламар практикуется в призывах, что означает спокойствие, пока тёмный эльф не прибежит хвастаться своими успехами и в принципе рассказывать все подряд из жизни вокруг.       Даламар вообще странное создание - проклят своим народом, обожает магию и видит в ней спасение и силу. В этом он очень похож на Рейстлина. Но также эльф был безумно активен, позитивен и болтлив. Этим он раздражает своего учителя, чертовски раздражает и заставляет задаваться вопросами - как можно быть таким беспечным, как можно так витать в облаках? Хотя такие вопросы хотелось задавать почти любому знакомому темного мага - для него они все слишком беспечно тратят своё время и слишком радостные.       Но выбора у Рейстлина нет. Он не глупый, потому понимает, что в одиночестве он сойдёт с ума, как и любое разумное создание Кринна; в одиночестве он ослабеет, что недопустимо для его цели; в одиночестве он потеряет счёт времени, он перестанет нормально есть и спать, ведь каждый его день будет похож на прошлый, один будет тонкой речкой перетекать в другой, унося его с собой в своём течении. Даламар вносит рябь в этот поток воды, словно упавший камешек. В интересах Даламара следить, чтобы его учитель нормально питался и жил - иначе он не сможет его обучить. Эльф это понимает, а Рейстлин своим сломанным сознанием нет - он считает, что у него нет времени на всякие мелочи, вроде еды.       Предательский живот заурчал, соглашаясь с внутренним голосом мага, твердящим о том, что последний раз он ел два дня назад. Вслед за этим звуком в пространстве зазвучал другой, не менее раздражающий - топот ног. Рейстлин закатил глаза - он ожидал больше времени тишины. -Клянусь Бездной, Даламар, если ты опять начнешь мне рассказывать какой-нибудь бред...- не поднимая взгляд и до последнего игнорируя приближающиеся шаги, маг вдруг напряг все свои чувства, что дало возможность подготовиться - это был не Даламар, но крик последнего звучал довольно близко.       -Шалафи! Осторожнее, я... - договорить он не успел - напуганное призванное создание, успев понять, что находиться в обители магии, а перед ним маг с чем-то опасным, вцепилось в ступку, успев порезать своими когтями руки Рейстлина, после чего отскочило назад и, в попытке спастись или хотя бы уничтожить вместе с собой потревоживших его, хватил горшок об пол.       Рейстлин успел проговорить какие-то слова своим зловещим шепотом и рассыпать перед собой несколько камней, непонятным полупрозрачным куполом защитивших его от разлетевшегося во все стороны порошка. Существо тут же, стоя в самом эпицентре, стало обращаться в камень, начиная с подобия ног и крича, судя по всему проклиная всё вокруг, в особенности призвавшего его тёмного эльфа.       Рейст с нескрываемым интересом наблюдал за этой смертью, отмечая про себя что-то и представляя, какой колоссальный эффект будет, если это чудо химии усилить заклинанием.       Перенаправив всю свою силу в новый купол, выстроившийся вокруг всей зоны, пострадавшей от порошка, Рейст подошёл к стене, оперся на неё и пытался выровнять дыхание, изучая все, что происходило - каменное изваяние, которое только что дышало и кричало, стояло ровно и источало лишь холод какого-то далекого мира и ужас. Через несколько минут оно развалится и превратиться в пыль.       -Браво, шалафи! Вы все же закончили этот свой эксперимент! Какой изумительный эффект! Расскажите подробнее об этом? - тёмный эльф улыбался и сиял своими огромными пронзительными глазами, поблескивая отраженным лунным светом из окна на своем бледном лице. Он с интересом рассматривал сцену перед собой, стараясь подобраться к своему учителю поближе.       Восторг и ажиотаж от прошедшего эксперимента пропал в туже секунду, как послышался этот звонкий и жизнерадостный голос, руки были спрятаны в рукава. "Что же тебя все время так радует, безумное создание?" - этот вопрос навсегда останется не озвученным в голове тёмного мага. Маджере тяжко вздохнул, оттолкнулся от стены и пошёл в обход защитного купола, наблюдая.       -Да, - сухим шёпотом ответил он на все вопросы. Не было никакого настроения, чтобы объяснять что-либо.       Даламар же, увидев, что его учитель ведёт себя как всегда и, судя по всему, в помощи не нуждается, воодушевленно скакал вокруг, вглядываясь сквозь оседающую завесу магического порошка, постоянно поворачиваясь на своего собеседника и ожидая от него отклик, хотя бы взгляд в ответ. Но, разумеется, он не получал его. Это чертовски расстраивало внутреннего ребёнка, но эльф, на секунду давая своей грусти слабину, тут же снова сиял широченной улыбкой - Рейстлин не выгоняет него за проступки и это уже хорошо.       Статуя, наконец, начала осыпаться серыми и чёрными частичками. Сквозь защитное поле просачивался холод и противный спертый запах, будто из старой лаборатории, которую не чистили годами. Как грустно, грустно - Маджере не смог узнать больше обо всем; жаль, что он не смог задать вопросов...       Но что-то было не так. Нет, не горка пепла в центре коридора, не холод, не противный запах, не ноющие от небольших ран болезненные руки, ничего из этого не пугало в достаточной степени, в отличии от...       Тишины. Резко стало тихо. Вечно болтающий в присутствии Рейстлина Даламар замолчал. "Наконец-то" -выдохнул тёмный маг. Как же он уставал от этого шумного и звонкого голоса. Хотя было странно - эльф даже не скакал и не ходил, не шуршал одеждами - он не издавал ни единого звука. Казалось, что его вовсе нет на том месте, где он только что был. Но это не могло быть правдой - чтобы ученик и без разрешения учителя после своей оплошности слинял - да никогда. Поборов в себе гордость, Рейстлин посмотрел на темного эльфа, силясь понять, что же все-таки случилось. А случилось следующее - Даламар стоял тихо, прямо и зажато, рассматривал свою левую руку и кусал губы. Он поднял напуганные и непонимающие глаза и показал ладонь, на тыльной стороне которой блестел магический порошок и только-только появляющаяся каменная корка.