***

— Дзинннь…  — Кап…       Капли падали на гладкую, матовую поверхность воды, разбиваясь об неё, как об лёд, танцуя и пробивая тишину, которая стояла плотной стеной, давила на уши и обрубала все пути. Капли летели, рассыпаясь бриллиантами и сливаясь с океаном, скрытым в глубине. Капли принимали причудливые, новые, прекрасные формы, всё же оставляя в себе неизменную мягкость — их неотъемлемую часть. Они падали редко-редко, то ли капли далёкого будущего, нависшего высоко-высоко, под сводом пещеры, на расстоянии двух вселенных, со звоном рассыпающиеся при столкновении с настоящим, то ли замерзающие в полёте капли недоступного прошлого, словно Аркенстон переливающегося где-то в глубине, то ли слёзы — капли настоящего, такого близкого, но такого ужасного, что к нему не хочется даже протянуть руку, растворённые в целом океане горя и беспомощности. Они падали сначала редко, потом всё быстрее, быстрее, и вот они уже текут по лицу ручьями, потоками, объединяя в единое целое эти три времени. Три мира. Три совершенно разных жизни. Прошлое, Настоящее и Будущее. Бурлили в горле, миллиардами текли из глаз, пытаясь вымыть разъедающее изнутри горе, но падали в озеро, не унося с собой ничего. Оставляя внутри всю ту боль, которая въедливой краской покрывала всё моё существо. Я сидела на берегу подземного озера, глядя на причудливый полёт врезающихся в тишину капель, оставляющих после себя лишь далёкое эхо. Сердце стучало быстро-быстро, стараясь помочь мне, стараясь смыть кровью непробиваемую эмаль беспомощности и ужаса, покрывающую все сосуды моего тела. Я ещё могла предотвратить то, что должно произойти. Но я сидела здесь, подумать только, заблудившись в подземных ходах Эребора, у этого озера, которого никогда до этого не видела, и наблюдала за полётом своих собственных слёз! Как нелепо, — пронеслось в голове, — я ведь не «могла», я МОГУ! Я сжала кулаки и вгляделась в толщу воды. Там, в глубине, мне почудился свет. Я поднялась, вытерла слёзы. Отчаяние каким-то чудом сменила решимость. Я побежала по коридору, оскальзываясь и спотыкаясь. Ну давай же! Прошло время. Время, каждым долгим, длящимся целую вечность мгновением ударяющее меня под дых. И прорвавшись сквозь эти долгие мгновения, прометавшись по душным тоннелям, я вылетела из тёмного, когда-то такого родного подземелья, вдохнув полной грудью свежий, морозный воздух, побежала, врезаясь в косяки и еле успевая тормозить перед обрывами. Только бы успеть! - ударами молота колотилось в сердце. И выбежав на ледяную гладь, так похожую на ту, матовую гладь озера внизу, я поняла, что тот свет, который увидела в озере, был светом надежды. А слезинки, ручьями стекавшие в озеро из далёкого прошлого, танцевали в его глубине, золотом разливаясь в толще воды.