Часть 1

Представший перед Святым слизнекот был... интригующим, мягко говоря. Его тело отличалось неестественной худобой, с головы до хво.. до лап. Хвост наоборот выглядел аномально крупным и толстым, разбухшим, даже; на его конце располагалось множество белых узких пятен, варьирующихся в бледности. Святой не брал бы это в голову и посчитал бы, что это просто необычный окрас, однако не потребовалось много времени, чтобы заметить, что пятнышки на самом деле являются неглубокими впадинами. Также стоит приметить то, что первым бросилось в глаза пацифисту: у незнакомца не было шубки. Он был гладок, как поверхность воды. Его лапы были довольно тонки, даже изящны. В левой руке он неуверенно прижимал к телу оранжевый фонарь. В правой же он крепко сжимал не очень ровную, белую, такую же неестественную, как весь он, палку, опущенную остриём вниз; на другом конце палки находились какие-то.. наросты? Святой уже не уверен, палка ли это. Лицо неизвестного также выглядело.. неправильно. В большинстве своём такое впечатление складывалось из-за худобы и примечательно опалых щёк, но глаза его были немного сужены, что вызывало ощущение недоброжелательности. Он намеренно их щурит или они просто сами по себе узкие? И уши его были слишком близко друг у другу расположены. Всё не так. Инстинкты забили тревогу и вопили Святому отойти от зверя немедленно. Мало того, что это чужак: этот слизнекот выглядит слишком аномальным, слишком неестественным! Вдруг это хищник, умеющей не очень умело прикидываться другим зверем? А даже если нет, то вдруг этот кот попросту болен? Вдруг заразен? Один только вид на его хвост с дырами вызывает неконтролируемое отвращение. Однако Святой не из тех, кто прислушивается к инстинктам. Он напряжён, чувствует противный, липкий страх, но всё равно добродушно склоняет голову немного набок, глядя в глаза фиолетового. – Здравствуй. – мягко и просто говорит он. Уши незнакомца дёрнулись. Он тоже немного склонил голову, посмотрев на зелёного, но в более настороженной, оценивающей манере. А затем, отвернувшись, он швырнул палку в сторону, однако совсем легонько, просто чтобы избавиться от предмета. Не успел Святой даже на мгновение задаться вопросом, зачем, как кот лёг наземь перед ним, смотря ему в глаза. От этого жеста Святой почувствовал огромное облегчение, плечи расслабились. Это знак мира! Улучшенный, даже. Святой всё ещё чувствовал бы себя немного на нервах, если бы слизнекот оставил оружие в лапах, а не кинул куда подальше. – Ох! Ну.. – облегчение позволило Святому искренне улыбнуться. Он тоже лёг наземь, смотря уже наравне в глаза необычному слизнекоту. – Я тоже не хочу тебе вредить. Кот ничего не ответил, но, кажется, дружелюбно закрыл глаза. – ..У тебя есть имя? Фиолетовый, замерев на мгновение, приподнялся(что сделал и Святой), немного ссутулившись. Затем кот показал пальцем на свой рот, постукав по нему несколько раз. Святой секунду озадаченно глядел на него, пока не спросил: – Ты не можешь говорить? Незнакомец кивнул. – Ах. – выронил Святой. Что ж. Это весьма всё усложняет. Потеряв былое напряжение, зелёный начал обращать больше внимания на детали: его нового знакомого серьёзно потряхивало от холода, и его взгляд, полный любопытства, был прикован к шубе Святого. Снегопад тем временем усилился. Подкрался студёный ветер, приветствующий всё живое неуютным, угрожающим свистом. – Недалеко отсюда есть убежище. Хочешь пойти со мной? – любезно предложил пацифист. Он всё ещё хранил некоторое недоверие к коту, однако решил, что риск того стоит. Что-то подсказывало ему это сделать, что-то не дикое в нём настойчиво это просило, и к этому чувству Святой прислушивался почти всегда. К тому же, куда же его новый друг денется? Не успеет наступить пурга, как он уже падёт наземь от переохлаждения. Аномалия активно закивала на предложение, кажется, улыбнувшись.