Глупец с мечтой, талантливый протеже и умная куноичи. Часть 11. Финал

      Коноха не подходила для боя от слова совсем, особенно для Наруто, техники которого специализировались в основном на масштабности разрушений. Джинчуурики, прежде чем начать сражение, взглянул в сторону Саске. После того, как Данзо был свергнут, а Итачи умер, Саске пробудил Мангекью. И конечно же ему пересадили глаза старшего брата, в результате чего образовался Вечный Мангекью Шаринган… который сейчас смотрел на Момошики. — Наруто, — Саске сжал плечо друга, — ты ведь успел поставить на них печати? — Да, — Наруто кивнул, передав Печать Бога Грома и на друга. — Телепортируемся подальше. — А ты сам не справишься? — Учиха вскинул брови. — Впрочем, неважно. Устроим резню.

***

      — Предлагаю бой один на один, — Наруто стукнул кулаком о ладонь. — Я буду первым, кто против меня? — Ты шутишь? — Момошики усмехнулся. — Нас трое, вас двое, какие бои один на один? С математикой проблемы? — Да ну? — Саске вскинул брови, бросив Киншики под ноги Момошики. — Этот уже скопытился. Когда Саске успел убить Киншики, так никто и не понял. Момошики и Урашики даже оглянуться не успели, как остались вдвоем. Теперь все были в равных условиях, однако… Наруто хищно улыбнулся, когда Саске оголил спину, встав впереди друга. И Момошики это заметил: «М-да, все-таки люди — самые гнилые существа в мире», — Ооцуцуки тяжело вздохнул и улыбнулся про себя. — «Ради власти они готовы предать даже самого близкого друга… впрочем, Наруто будет мне должен. А на остальное мне плевать.» И только Саске собирался атаковать, как почувствовал, что что-то острое и холодное воткнулось в его спину. Учиха тяжело сглотнул, посмотрев через плечо; Наруто, казалось, был готов рассмеяться, проворачивая кунай и вызывая неимоверную боль у Саске. — Спасибо, Момошики-сан, буду должен, — Наруто театрально поклонился, шуточно отдавая честь. — Вы не представляете, как сильно облегчили мне задачу. Почему-то Саске не мог сдивнуться с места, его тело будто парализовало. Да и очаг чакры больше не ощущался, его словно… заморозили? Ноги подкосились, шиноби упал на землю, судорожно втягивая воздух. Тем временем Момошики кивнул, и, беря за руку Урашики, исчез в пространстве. Учиха и Узумаки остались вдвоем, причем последний с хрустом разминал шею. — Буду краток, я лишил тебя возможности двигаться и использовать чакру, — Наруто сформировал маленький Расенсюрикен и поднес его к шее Саске. — Тебе придется умереть. Учиху будто током пронзило, Наруто теперь выглядел по-другому. И все встало на свои места. Саске с недавних пор проводил кое-какое расследование, касающееся Наруто. Учиха подозревал того в предательстве, особенно после смерти Обито. Ну не мог один из сильнейших людей Конохи так просто погибнуть, здесь крылась другая причина. И имя ей было Наруто. Именно он подстроил все: войну и многочисленные смерти, а быстрый взлет по карьере был тому подтверждением. Наруто был императором, был убийцей Обито и косвенным убийцей Нагато, заказав того клану Ооцуцуки. А все для того, чтобы самому править всем миром… Узумаки обладал прагматичным умом, а, как известно, фортуна благосклонна к прагматикам. Саске наконец признал, что Наруто превзошел его во всем. Абсолютно. И еще и опередил. Если бы кто-нибудь семь лет назад сказал Учихе, что его вечный соперник обведет вокруг пальца весь мир, Саске бы рассмеялся ему в лицо. Подняв взгляд, Саске увидел слезы, текущие по обеим щекам Наруто. Каким-бы бесчувственным он не был, все равно обладал сердцем. — Твои последние слова? — Наруто, хоть и пытался скрыть печаль, выглядел спокойным и серьезным. — Пообещай мне, что не пойдешь по пути Данзо, — Саске улыбнулся. — Если цена мира — моя смерть, я готов ее заплатить. Наруто не ответил. Где-то внутри него бушевал Курама, крича что-то про нелогичность поступка, про тупость, про гниль, засевшую в сердце джинчуурики, но парень его не слышал. Вряд ли он когда-нибудь сможет простить себя за убийство лучшего друга, однако того требовала ситуация. Наруто зашел слишком далеко, и пути назад уже не было. — Обещаю, — Узумаки, казалось, выдавил из себя это слово. Нет, ему не обязательно было убивать Саске, но так было нужно. Учиха знал слишком много, чтобы просто оставить его в живых. Тишина окутала поле, лишь только Расенсюрикен нарушал ее, крутясь с неимоверной скоростью. Наруто, несмотря на всю свою решимость, не мог убить Саске. Просто не мог даже пошевелить пальцем… А дальше произошло то, чего Учиха никак не мог ожидать. Наруто резко вытащил из его спины кунай и запустил в рану чакру Курамы, залечивая очаг Саске. Опорно-двигательный аппарат тут же восстановился. — Вставай, — бросил Наруто, стараясь не смотреть на друга. — Вставай! Я не хочу такой победы! Встань и дерись со мной, мать твою! Дерись, словно хочешь убить, потому что я буду драться именно с этим намерением! Давай устроим финальный, мать его, бой! Саске несколько раз хлопнул глазами, не понимая, к чему такое благочестие. Наруто мог убить его, однако не стал… ловушка? Или просто внутри джинчуурики проснулась совесть? — Что ж, раз ты так хочешь, — Вечный Мангекью Шаринган крутанулся в глазах Саске. — Тогда приступим. Аматерасу! Учиха начал со своей мощнейшей техники. Будучи обделенным чувством привязанности, Саске не составило труда бить в полную силу. Впрочем, черное пламя конечно же не попало в цель, ведь Наруто использовал Полет Бога Грома. Учиха и не ожидал, что все поле уже было усеяно печатями телепортации, видимо, Наруто неспроста перенёс их сюда. Узумаки телепортировался из стороны в сторону, появляясь то за спиной, то спереди, то с небес. Наруто выжидал удобный момент для атаки. Саске же пытался сконцентрировать свой взгляд на противнике. Слово «друг» уже для обоих потеряло свой смысл. Наконец Учиха открылся, оголив левую ногу. И Узумаки тут же нанес по ней удар Расенганом, выбивая несколько костей. — Почему ты не используешь Сусаноо? — Наруто подошел к Саске, поднимающемуся с земли. — Без него тебе не победить… неужто ты не можешь? Учиха фыркнул, оттряхивая пыль с одежды, и сверкнул Шаринганом, кивая. Раз Наруто хочет, то так тому и быть. Гигантский фиолетовый самурай появился посреди поля. Теперь Саске собирался сражаться серьезно. — Тогда приступим, — Наруто ухмыльнулся, создавая полноценную реплику Курамы. Бой двух гигантов начался с мощнейших техник друг друга: Расенсюрикен и Чидори Кагуцучи. Мощный взрыв, казалось, был ощутим даже в Конохе. Когда пыль улеглась, Саске исчез из поля зрения Наруто. Его в принципе не было в поле, поэтому Узумаки сильно удивился, когда почувствовал обжигающий удар еще одного Чидори Кагуцучи, только теперь уже в спину. И даже реплика Курамы не спасла его от полета через все поле боя. Саске не остановился на этом, продолжая избивать Наруто в полете. Удар, еще один, нырок и снова удар, и вот Узумаки уже лежит на земле. Учиха сформировал еще одно Чидори Кагуцучи, дабы завершить бой, однако… Реплика Курамы развеялась, а тело Наруто испарилось в дымке; судя по всему, в полете тот смог заменить себя на клона, спрятавшись в дали. Саске убрал Сусаноо, подходя к месту исчезновения противника. Присел и дотронулся до земли. А затем почувствовал мощный удар в бок, отлетая в сторону. Тридцать Наруто атаковали Саске, перемещаясь по меткам Хирайшина, и если бы Учиха не обладал Шаринганом, кто знает, за сколько бы мог закончиться этот бой. Даже с учетом скорости всех клонов Наруто, Саске мог отражать всего атаки, но не более того. Он ушел в глухую оборону, даже не думая о том, чтобы из нее выйти. — Гигантский Расенган! Оказалось, что среди атакующих Наруто оригинала не было. Тот ударил из-под земли, отправляя врага в полет. Вытер нос, развеял клонов, и бросился следом. Саске и не понял, откуда в него попали, однако факт есть факт: парень отлетел в сторону, сменив траекторию. Лишь краем глаза тот успел заметить оранжевую чакру и Мистические Щиты, покрывшие Узумаки целиком. «В таком состоянии его хватит минут на тридцать-сорок, даже с учетом огромных запасов чакры», — Саске ничего не оставалось, кроме как анализировать ситуацию. — «Он хочет закончить бой быстро! Черт, нахрен я убрал Сусаноо?!» А тем временем Наруто, перемещаясь к Саске каждый раз, когда тот отлетал, ударял его в совершенно другом направлении кулаками или Расенганами. И как тот все еще не помер? — Довольно! — резко проорал Саске, активируя Сусаноо. — Ты меня разозлил! Расенган пришелся по фиолетовой броне, поэтому урона не нанес, а сам Наруто отлетел вниз, пропахав носом землю. Самурай грохнулся, подняв целую тучу пыли. И поднял голову, вновь увидев реплику Курамы. Гиганты сцепились в тайдзюцу, схватив друг друга кулаками. И кто знает, сколько бы они так стояли, если бы не способности Наруто. Девять хвостов Курамы выпрямились и одновременно стукнули Сусаноо по бокам, заставив броню немного треснуть. Саске на секунду замешкался, но этого хватило, чтобы Наруто сильно толкнул его в живот. — Ты мне не ровня, — пробормотал Узумаки, глядя на трясущего головой Учиху. Наруто решил вложить в свою последнюю атаку все силы, поэтому на каждом хвосте и в обеих руках начал формировать Расенсюрикены, вложив в них все свои силы, от чего те стали больше обычного. И конечно же он понимал, что за этим последует практически полное истощение чакры, но кто не рискует, тот не пьет сакэ. Саске оставалось только с ужасом осознавать, что даже броня Сусаноо не сдержит такую мощь. Да вообще никто не сможет. — Стой, Наруто! — Учиха успел только вскрикнуть, прежде чем Узумаки атаковал. Мощнейший взрыв создал гигантский кратор посреди поля, что аж грунтовая вода полилась фонтаном, заполняя расщелину. «Черт!» — глаза Наруто широко расширились от изумления. — «Я не рассчитал свои силы!» Его запасы чакры оказались полностью истощены, Узумаки крякнул, прежде чем упасть оземь. И наверное умер бы, если бы не хлынувшая чакра партнера в его тенкецу. Курама оказался тут как тут, максимально поддерживая жизнь напарника. — Бля, почти умер, — Наруто захихикал от такой нелепой ситуации. — Ну я и идиот… Он устремил свой взгляд в сторону лежащего без единого движения Саске. Наруто улыбнулся, поняв, что победил. Убил… убил… все-таки смог убить… — Не так быстро. Наруто чуть инфаркт не схватил, увидев, как Саске пошевелился. Но подняться не мог. Кости Учихи были переломаны, голова гудела, тело обезображено. — Ты… еще живой… — Наруто устало выдохнул. — Твою-то мать… Оба понимали, что были при смерти. Саске был готов умереть от потери крови, а Наруто от обжигающей чакры Курамы. И пусть та предназначалась для пополнения его запасов, все равно бы не помогло; у Наруто должно было оставаться хоть немного чакры, чтобы не умереть, а тут он истратил все. — Похоже… это конец… — Наруто и Саске одновременно выдохнули, прежде чем отойти в мир иной.

***

      — Ну что? Ну что, а? Доигрались, идиоты?! Наруто и Саске очнулись в темном помещении, где перед ними предстал старик, парящий в воздухе. В его глазах светился Риннеган, на лбу находился третий глаз, белое кимоно с магатамами явно указывало на принадлежность к клану Ооцуцуки. — Идиоты, — старик стукнул себя по лбу. — Ну и на что я надеялся, а? Мои сыновья неисправимы! Сначала один захотел полной власти, теперь второй! Знаете, что? С меня хватит всех этих реинкарнаций! Достали! — Т-ты кто еще такой? — Наруто удивленно вскинул брови, он был обескуражен столь резким наездом. — Молчать! — взвизгнул старик, заставив парней втянуть головы в плечи. — Вы… вы хоть понимаете, кто на самом деле?! Реинкарнации Индры и Асуры Ооцуцуки! Слышали о таких? — Нет, — ответил Саске и тут же ощутил на себе гнев старика. — Это был, мать твою, риторический вопрос! На него не надо было отвечать! — старик скрипел зубами. — Знаете, я обычно спокоен… нет, я всегда, мать вашу, спокоен! Но вы, дебилы, меня выбесили окончательно! Что вы устроили, а?! Какого хрена вы двое не можете жить мирно?! Когда мой родной сын, Индра, решил устроить массовый геноцид людей, я стерпел. Когда его реинкарнация, Мадара Учиха, решил повторить «успех» Индры, я стерпел. А знаете, почему? Потому что всегда Ашура и его реинкарнация, Хаширама Сенджу, прекращали беспредел! А что я вижу сейчас?! Два молокососа решили поменяться местами! Знаете, что? Достали! Я надеялся, что хоть вы сможете жить мирно, даже дал больше сил и возможностей реинкарнации Ашуры, но история повторилась! Надоело! За весь этот монолог парни успели сто раз перекреститься внутри, даже помолились неведомому Богу… но, судя по чакре старика, он им и являлся. — Все! Закончилось веселье! Дядя Хагоромо теперь злой! — он поднял руку и прижал пальцы, собираясь щелкнуть. — Думаете, я верну вас? Не-ет! Раз вы оба умерли, то все, пути назад нет! Прощайте, засранцы! — Нет! — только и успели выкрикнуть парни, прежде чем их поглотила кромешная темнота. Хагоромо остался один, судорожно втягивая воздух. Прежде он никогда так не ругался. Никогда и ни на кого. Но глядя на этих двух болванов, терпение старика подошло к своему логическому концу. — Мне пора на покой… в конце концов, я тоже мертв, — Хагоромо вытер проступивший пот со лба, устало вздохнув, и принялся бубнить какой-то стих себе под нос. — Смерть уже мертвым, их место навечно в гробах…