Капризы

— Но я и правда скоро умру! — с несколько неуместным столь громким словам пылом возразил Эдмунд, тут же приподнимаясь на локтях и, наконец, усаживаясь. — О, милая Софика! Неужели в вас нет ни капли жалости ко мне? Я так надеялся хотя бы на ваше сочувствие, раз уж родная мать так жестока ко мне!