Прости, я не хотел

      Спокойный первый рабочий день для новичков? Нет, не слышали. У нас, спасателей, есть куча примет, одна из них: если помыл машину и до блеска натёр мигалки — жди вызова на пожар или несчастный случай. Что, собственно говоря, сегодня и произошло. На пересечении Уилдон и Мирей стрит загорелся торговый центр. Благо народа там было примерно человек тысяч на пять.       Будь я на месте капитана, то оставил бы Лиззи снаружи, но, увы и ах, капитан не я. Я прекрасно понимаю, что она была лучшей на курсе и хорошо себя зарекомендовала, но она по-прежнему остаётся новичком в деле спасателей. Я, как её «воспитатель», боже, как же это странно звучит, в общем, я переживаю за неё, в прочем, как и за остальных ребят из команды. Каждый будто стал частью этой семьи.       Даже не знаю, за кого я переживал больше: за Элизабет, которая не боясь огня заходила в здание и чудом находила людей, которых не смогли найти наши опытные парни; или за Танью, что осталась снаружи и помогала ребятам подавлять языки пламени. Обе героини, и за обеих болит сердце, но вот за кого больше? На этот вопрос я ответа найти не могу. — Сколько погибших? — спросил я у Моники, что тяжело дышала и снимала каску с головы, при этом находясь в метре от меня. — Ни одного, — ответила мне рыжеволосая с удивлённым выражением лица, а глаза её были такие большие, как пять центов, — Есть только пострадавшие, Уилл. Ничего серьёзного, только пару ушибов и переломов.       «Ни одного» отдалось звонким эхом у меня в голове. Это большая редкость, когда в пожаре нет ни одного погибшего. Девушка и дальше продолжала что-то говорить, но я уже не слышал, что именно, ведь моё внимание привлекла Норт, выходящая из здания с ребёнком на руках. К ней тут же подбежал Эрлл и прямо у неё на руках начал осматривать мальчика. — Милый, всё в порядке? — привёл в чувства меня голос моей девушки. Она мягко положила руку на моё плечо и посмотрела туда же, куда и я, — Она молодец. Большую часть людей спасла именно она, фартовая.       Усмешка Таньи показался мне ядовитой. Не знаю почему, но ощущение у меня было не очень. Поэтому я проигнорировал её и пошёл к машине со словами: — Ребята, возвращаемся на базу.

***

      Уже в части я мог вздохнуть с облегчением, ведь людей мы спасли, пожар потушили, и из ребят никто не пострадал. Это была тяжёлая ночь. Все разошлись по своим любимым местам: Эрлл и Моника на кухню бурно разговаривая о чём-то, Танья перебирала препараты в аптечке, в надежде найти что-то от головной боли. А вот Лиззи исчезла из моего поля зрения сразу же, как мы вышли из машины. Не помню, говорила ли она что-то, я был слишком погружен в свои мысли, как и сейчас.       В раздевалке я снял верхнюю часть экипировки и взял своё полотенце из шкафчика. Направляясь в душ я вновь задумался над словами Таньи. Может и правда Лиззи фартовая, потому что в первый день своей работы мало кто так блестяще справлялся со своей обязанностью. Я так глубоко погрузился в свои мысли, что даже не услышал шума воды из душевой.       Дыхание перехватило, сердце начало отбивать чечётку, а взгляд неприлично скользнул по обнажённому женскому телу, по которому тонкими дорожками стекали капли воды. К горлу подступал ком, я будто потерял дар речи. Это был первый раз, когда я увидел оголённую Элизабет. Нужно было немедленно перестать смотреть на неё, как голодный зверь и закрыть дверь, но я не мог пошевелить и пальцем. Я лишь стоял в дверях и будто под гипнозом взглядом изучал каждый изгиб её прекрасного тела. — Уилл! — взвизгнула она и тут же прикрылась руками и ретировалась к стене душевой кабинки, когда заметила меня. — Прости, — сдавленно ответил я, возвращаясь в реальность и быстро прикрывая дверь, оставляя лишь небольшую щель, чтобы она могла услышать мои детсадовские оправдания, — Я не знал… Я… Я не заметил. Прости, я не хотел.