Часть 1

Мы с другом пришли в больницу на краю города. Она была отделена с двух сторон густым лесом и делилась на два здания. Нам нужно было в главное здание. Внутри него было три довольно узких коридора, соединяющихся между собой и лестницей большим холлом. Там нам предстояло сдать анализы для поездки в заграничный санаторий. Пройдя педиатра, мы решили сдать анализ мочи и пошли за баночками. Сдав анализ, мы направились на другой, анализ крови. Очередь, как обычно, большая, но с другом ждать оказалось недолго. Вот, медсестра уже иглой протыкает кожу, и с пальца начинает течь кровь. Ощущение, как обычно, неприятное, но терпимое. Взяв достаточно крови, она приложила мне ватку и сказала, что я свободен. Друг ждал меня на коридоре. - Ну как ты, нормально? - Не знаю, вроде бы, - ответил я. - Слушай, мне нужно ещё зайти в один кабинет, сходишь со мной? Идти все равно вместе, поэтому я согласился. Пройдя с одного конца крыла к другому мне показалось, что людей стало больше, причем большинство из них пожилые люди. Друг подметил, что к врачу никого нету, так что справиться быстро. - Как нету, если их тут целая толпа? - сказал я. - - В смысле? Не говори ерунды, тут только мы вдвоём, - с недоумением сказал друг и вошёл в кабинет. Я остался на коридоре ждать. Все стулья были заняты, поэтому пришлось сесть на корточки у стены. Люди постоянно о чем-то говорили, но речь их я понять не мог. "Устал, наверное" - подумал я и продолжил сидеть в телефоне, листая ленту ВК. Друг наконец-то вышел из кабинета. - Ну всё, можем идти, - сказал он, смотря через людей на стулья, будто их нету. Потом он повернулся в мою сторону. - Почему ты сидишь на корточках? Мест что ли мало? Выбирай не хочу. - Так занято всё. Вот и пришлось на корточках. Друг странно посмотрел на меня. - С тобой точно всё в порядке? - настороженно спросил он. - Ну, голова немного кружится, а так нормально. Может пойдем уже? - Да, пойдем. Я голодный. Может зайдём в магазин? - У меня нету денег. - Так и быть, куплю тебе что-нибудь. Деньги вернёшь потом. Мы шли по коридору, полному людей, но друг почему-то иногда проходил через них, будто никого и нету. Мои глаза начали закрываться сами по себе и с каждым разом всё больше. Я уже потерял друга из виду и, видимо, заблудился. Сил идти и поднимать веки уже не было, и я упал на пол, потеряв сознание. Проснулся я вечером или ночью, точно не скажу, ибо телефон куда-то исчез. Вокруг не души, только свет горел. Больница была будто заброшена, хотя фактов, указывающих на это, я не нашёл. Бродя по больнице, я все таки нашёл свой телефон, но на нём было меньше зарядки, чем когда я ждал друга, причем намного. Я решил, что раз я в пустой больнице, то смогу походить по всем отделениям, исследовать каждый уголок, при этом заснять всё на камеру. На первом этаже ничего интересного я не нашёл, всё то же, что я видел, только без людей. Единственное, что можно упомянуть, это то, что я нашел халат в одном из кабинетов и мог ходить по больнице как врач. На втором этаже меня ждало хирургическое отделение. Было интересно посмотреть на рабочие места хирургов, но при осмотре одного из кабинетов мне послышался чей-то крик. Я сначала боялся идти к источнику криков в соседнем, как мне казалось, помещении, но решил понемногу подходить. Посмотрев через окно и увидев тот ужас, от которого по мне пробежали мурашки, я не поверил своим глазам. Какой-то врач, видимо хирург, резал своими ножницами пациента, причем когда тот был в сознании. Я поспешил вбежать в дверь и остановить эту пытку, но, залетев в кабинет, ни хирурга, ни пациента там не оказалось, а стол был полностью чист, без единой капли крови. Я решил, что оставаться на этом этаже небезопасно и страшно, и ноги унесли меня оттуда на третий этаж больницы - в травмпункт. Пройдя несколько палат и кабинетов, я решил, что тут делать нечего и нужно идти дальше, но опять мне послышался странный звук. Мурашки в очередной раз пробежали по мне, а сердце стало биться чаще. После хирургического было страшновато идти на источник звука, но пылающий во мне интерес брал верх. Приблизившись к нему, я посмотрел в окно палаты. Там какая-та медсестра зашивала пациента. Но это был ужас. Она не зашивала какую-то отдельную часть тела, а проводила своими нитками по всему телу человека. Руки и ноги были насквозь проколоты. Он был как ёжик. Иглы торчали из всего тела, а из многих ран текла кровь. Медсестра что то напевала, а пациент смирно сидел, не сделав и движения. Я снова попытался остановить это безумие, но случилось тоже, что и в хирургическом. Выйдя из палаты, я только собрался перевести дух и успокоиться, но увидел ещё одно противное зрелище. От палаты исходил очень странный звук, будто кто-то что-то ломает. Как оказалось, ломали не что-то, а кого-то. В палате лежал очередной пациент, а врач своим молотом кромсал его. Рядом, на тумбе, лежал окровавленный топор, использовавшийся для разрезов, как можно было видеть. Пациент не издавал не звука, а просто лежал, не двигаясь. Я решил что должен хотя бы сейчас помешать этому и, кое-как проглотив ком в горле, вбежал внутрь, но снова случилось неизбежное. Телефон почти потерял свой заряд, оставаясь на каких-то жалких восьми процентах. Камеру я решил выключить, чтобы не посадить телефон окончательно. Дальше меня ждал четвертый этаж, где находилось отделение гинекологии. Его осматривать я не хотел ни коим образом и поэтому пошёл на этаж выше, но даже на лестнице я слышал крик какой-то женщины, доносившийся из отделения. Пятый этаж представлял собой детское отделение. Мне казалось, что это место не может меня чем-то напугать и, что я смогу здесь остыть. Куча игрушек в палатах, плюшевых и не только. Мне было впервые спокойно. Я думал, что худшее позади, но это были плохие слова... Проходя по отделению во второй раз, я услышал смех ребёнка в дальнем углу. Я подбежал к этому углу, но ребенка не было, а его смех уже слышался в другом месте. Так я побегал ещё раза три, из угла в угол, пока наконец звук не переместился в одну из палат. В этот раз я решил не наблюдать из окна, а сразу зайти. Лучше бы я этого не делал... Зайдя туда, передо мной предстала чудовищная картина. Какая-то плюшевая игрушка, то ли медведь, то ли лев, так и не смог различить, пожирала внутренности мальчика, пока тот безудержно смеялся. Я так испугался, что выбежал из палаты в холодном поту и на всей скорости побежал к лестнице. Тогда я даже не понимал, куда бегу. Когда я перестал слышать детский смех, то увидел, что ноги мои занесли меня на этаж выше этого жуткого здания - морг. Света здесь было по минимуму и поэтому пришлось разряжать телефон фонариком. Морг само по себе место не из приятных, а после всего, что случилось, желания здесь быть было минимальным. Я нашел в себе силы и начал проходить через эти кушетки, где лежали тела, накрытые пеленой. Пот бегал по моему телу, как и мурашки. Все шло спокойно, но дойдя до конца мне послышался чей-то голос. Обернувшись, я увидел перед выходом какой-то силуэт. Затем, рядом с кушетками, появилось ещё два силуэта. Они начали медленно двигаться в мою сторону. Ноги онемели, и я никак не мог сдвинуться с места. Я решил, что должен хотя бы увидеть, кто прячется за этими силуэтами и направил своими дрожащими руками фонарик на них. Я ужаснулся: первый силуэт, по правую сторону, был тот самый хирург со второго этажа, с ножницами, в омытых кровью руках, второй, по левую - медсестра из травматологии, почти чистая, только местами на одежде была кровь, а из карманов торчали иглы, третий силуэт - тот врач-кромсатель из того же отделения, весь в крови. Все они были без лица, что только усиливало мой страх, а желание закрыть глаза усиливалось с каждой секундой. Внезапно я почувствовал холодок, бегающий по моей спине. Я медленно обернулся - и передо мной предстал силуэт, похожий на зверя. Я, с дрожащей рукой, направил свет на силуэт. В ответ на меня зарычал огромный плюшевый коричневый медведь с окровавленной мордой и лапами. Он стоял на двух лапах и последнее, что я помню, это как его пасть стремительно приближалась к моей голове. От страха я закрыл глаза и, напоследок, услышал звук съёмки. Мне было страшно открывать их вновь, но спустя время пришёл в себя. Я осмотрелся: лежу в какой-то палате, окно открыто, на улице солнце, рядом сидит мой друг в телефоне, с другой стороны моя мама. Я приподнялся и спросил: - Где это я? Мама посмотрела на меня и от счастья набросилась на меня с объятиями и слезами. - Сынок, наконец-то ты проснулся, я так за тебя переживала! Я увидел, как друг положил свой телефон в карман. - Ты в одной из палат нашей больницы. - Но как? Как я здесь оказался? - Мы шли домой и по пути, возле регистратуры, ты упал без сознания. Я позвал врачей, и мы отнесли тебя в палату. На всякий случай позвонил твоей маме. - Я не помню того, как мы были у регистратуры, - сказал я, приложив руку к своей голове, - голова болит. Мамины слезы поутихли. Она села на место, сдерживая радость, от того, что с её сыном всё хорошо. - Сынок, всё хорошо, скоро мы поедем домой. - А телефон, что с моим телефоном? Друг обернулся и взял что-то руками с подоконника. - Держи. Взял себе на сохранение, пока ты был в отключке. - А почему я упал? - Врачи сказали, что из-за сдачи крови. - Сдачи крови? Ясно, значит, все что я видел, это был сон, - с облегчением сказал я. - Ладно, пойду я, наверное, встретимся в школе, - сказал друг и ушёл. - Нам бы тоже собираться надо, - сказал я маме. - Да, - ответила она. Уже собравшись уезжать из больницы, я заглянул в свой телефон. Что-то отталкивало меня от просмотра фото на телефоне, но всё же я решился. Надеясь найти те видео, меня постигла неудача, они как-будто не существовали, но зайдя в фото, по мне вновь пробежал холодок - я никогда не забуду, ту окровавленную пасть!