Часть 1

Все началось с глупой партии в «Правду или действие». Дамиано знал, что они староваты для этой игры, но они подвыпили и скучают и сейчас это кажется неплохим развлечением — Правда или действие?.. — широко улыбаясь поддразнивает Томас, глядя на своих товарищей. Он пробегается рукой по волосам, теребя дурацкий маленький хвостик, который только что соорудила Виктория. — …Дамиано! — Действие, — без раздумий отвечает Дамиано. Он слишком горд, чтобы идти безопасным путем. Томас хихикает, игриво склоняя голову. Дурацкий хвостик подпрыгивает от этого движения. Томас перекрещивает ноги и выставляет стопу. — Лизни мою ступню. — Фууу, какого хуя? — восклицает Дамиано и лихорадочно трясет головой. — Брось, Томас, это пиздец как мерзко! — Я только из душа, — Томас шевелит пальцами и Дамиано смотрит на них с отвращением. — Тебе это слишком нравится, — выдыхает Дамиано. — Пожалуйста, давай что-то другое? — Неа, — усмехается Томас. — Ты выбрал действие и должен его выполнить. — Долбоеб, — бормочет Дамиано. Он мог отказаться от игры. Он на самом деле яростно ненавидит стопы. Но он не хочет показаться трусом. Это слишком задевает его гордость. Внутри все скручивает в узел, когда он с пылающими алым щеками подходит к Томасу и опускается рядом с ним на пол. Смотрит на него. Это всего лишь Томас, — думает он про себя. — Ты не боишься его и не чувствуешь отвращения, верно? Но его ноги все равно, блядь, противные. Дамиано игнорирует хаотично скачущие мысли, хватает Томаса за ногу и быстро прижимается языком, облизывая её. Он содрогается всем телом, давится и моментально отстраняется, хватая ртом воздух. — О, Боже, — выдыхает он, садясь на пол. Он истерически смеется от абсурдности ситуации. Томас тоже не может перестать смеяться указывая на встревоженный вид Дамиано. — Ты реально так ненавидишь ступни, хах? — Тьфу, — рычит Дамиано, отмахиваясь от него. — По крайней мере, в отличие от тебя у меня нет на это фетиша. *** Второй раз — сразу после того как они сделали татуировки MÅ. Прежде чем он сообразил как именно они хотят сделать снимок, Вик уже поставила его на четвереньки и положила ногу на спину. Он был блядски напряжен, когда опустив голову ждал пока остальные парни займут свои места. — Вы уверены, что хотите, чтобы стопа Виктории была в центре кадра? — спрашивает кто-то. Дамиано хочется истерически рассмеяться. Он уверен, что не хочет и… Вот черт! Он почти забывает об этом, когда пальцы на ногах Итана упираются ему в живот. — Я не трогал тебя! — смеется Итан, когда Дамиано отстраняется от него. — Ну, конечно! — рычит Дамиано. — Он касается ногами моей талии. Он уверен, они специально доебывают его. Есть триллион других способов сделать это фото, но его товарищи по группе выбрали насилие. — Не играй, блядь, со мной, — бурчит он. — Делайте быстрее чертов снимок! Виктория смеется, вероятно обращаясь к тому, кто пытается сделать фото. — Дамиано боится ступней! После всего этого он вынужден признать, что само фото великолепно. Но он все равно дает Итану и Виктории подзатыльники, в шутку, конечно. — Подлецы, — вздыхает он. — Вам повезло, что я слишком люблю вас. — О, мы знаем. *** В третий раз они расслабляются в своем отеле на Евровидение. Вик потянула спину и ноет о том, что не может накрасить ногти на ногах. Она буквально умоляет Дамиано помочь ей. — Почему, блядь, ты не спросишь Итана или Томаса? Ты знаешь как я отношусь к ступням. — Меня не волнует, как ты к ним относишься! Итан спит, а у Томаса на это не хватает терпения, поэтому остаешься только ты. Пожалуйста? Пожалуйста Дамиано, мне нужно это. Недовольно фыркнув, он забирает у нее черный лак и заставляет сесть. Он ощущает себя слишком неуверенно, руки слишком дрожат, чтобы не накосячить то тут, то там, но глаза Виктории полны радости, когда она видит свои черные ногти и Дамиано сглатывает, сжимая челюсти, стараясь игнорировать кислоту, жгущую глотку. Он готов поклясться, что видит как заблестели глаза Виктории из-за этой ситуации но он не даст ей поводов прокомментировать это. *** В четвертый раз это опять Томас. Боже, Дамиано должен был догадаться, что это будет он. Они отдыхают у бассейна своего Монескин-дома. Томас курит, лежа на надувном матрасе и внезапно его нога оказывает поднятой вверх, почти касаясь лица Дамиано. Дамиано хочется кричать и ругаться, когда Томас через секунду не отстраняется, но он знает, что на него направлена камера, поэтому он поджимает губы и только пинает матрас. Томас только смеется отплывая от него. — Однажды, — угрожает Дамиано, — тебе достанется за это. *** Пятый раз на самом деле не совсем пятый. Нет. Это просто счастливый день для Дамиано. Он не совсем понял, как это произошло. Они просто бесились, шутливо дрались и боролись на газоне. — Ааа, Дамиано! — кричит Томас. — Убери свои грязные ноги с моего лица! Дамиано требуется всего секунда для осознания и с зарождающимся внутри пламенем, которого он ранее не чувствовал — мести, — ему удается повалить другого парня в траву и прижать ступню к лицу Томаса. Потереть по щекам. Он смеется, когда один из его пальцев попадает Томасу в рот. Ему и самому немного противно, но вопли Томаса этого, блядь, стоят. — ДАМИАНО! — кричит Томас. — Отвали! Хватит! — Раз ты просишь. С другой стороны, Итан и Виктория не могут прекратить смеяться над развернувшейся сценой, и Дамиано чувствует будто только что выиграл в ебаную лотерею. С этого момента он знает, что может дать сдачи Томасу. И он найдет способ отомстить остальным членам группы.