Часть 1

      У Сигрюн глаза необычного аметистового оттенка (Миккель не в первый раз невольно задаётся вопросом, передастся ли этот цвет её детям), — удивительно сочетаются с ярко-рыжим цветом волос, со светлой кожей, на которую почти не ложится загар. Выразительное лицо, все эмоции на виду, быстро сменяют друг друга: удивление, досада, почти обида, всплеск энтузиазма. Сигрюн взмахивает зажатым в руке сэндвичем, вдохновенно подаётся вперёд:       — У меня есть отличный аргумент, почему Норвегия лучше Швеции! Так вот…       Тут она осекается, поперхнувшись: жевать и говорить одновременно — не лучшая идея, меланхолично отмечает Миккель. Конечно, только мысленно — от замечаний не будет никакого толка, а его чувства самосохранения хватает, чтобы не шутить.       Сигрюн замирает на пару мгновений, опустив голову.       — Нет, я передумала, — сообщает она резко, роняет сэндвич на стол и взмахивает уже свободной рукой. — Ни Швеция, ни Норвегия... Лучше Дания. Никаких магов.       Перепады настроения — ещё больше, чем обычно. Но и от ремарок про то, в каких ситуациях у женщин скачет настроение и желания меняются каждые пять минут, Миккелю удаётся удержаться.       — Посмотри мне в глаза… Достали эти маги — сил нет, — проникновенно продолжает она, касаясь кончиками пальцев его запястья. — Все с какими-то закидонами, не знаешь, чего от них ждать. Видеть их больше не хочу. И ты тоже, ведь правда?       Миккель смотрит на неё и не может отвести взгляд: глаза у Сигрюн голубые, чуть мерцающие, будто отражение ясного неба в прозрачной воде.       ...и ему непреодолимо хочется согласиться со всем, что она говорит. 07.01.2022