Раба Его

Беверли шла за Ним до последнего, следовала по пятам за своим Моисеем, оттоптала ноги в мозоли. Он был вроде Иисуса для неё, а она Ему приходилась всего-навсего мотыльком, что слепо летела на убийственный свет... о Господи, как же нелепо Он провёл своей рукой по её веснушчатой щеке! Как наивного дитя коснулся, ей-богу!